Исследовав рацию пилота, эксперты выяснили, что на контактах не осталось и миллиграмма золота. Соединения проводов словно оборвали – именно поэтому рация и вышла из строя. Поднять самолет со дна океана представлялось в настоящий момент задачей нереальной, но эксперты вполне допускали вариант падения самолета после исчезновения всего золота из его радиосхем.
Конструкторские бюро получили срочные заказы о модернизации электрического оборудования путем использования схем без золота. Военная техника не должна была поддаваться новому неведомому оружию.
* * *
Карманный компьютер Игоря тихо попискивал в кармане куртки, висевшей на спинке стула. На стуле сидела Маша, которая была слишком занята необходимостью сделать репортаж, чтобы обращать внимание на такие мелочи, а Козырев еще не вполне пришел в себя и решил, что телефон Маши пищит, принимая электронные сообщения.
Только когда Стив снял на камеру предположение Игоря о сверхтекучести золота, и счастливая Маша умчалась в редакцию монтировать сюжет, оставив номер своего телефона с предложением звонить в любое время дня и ночи, Козырев распознал знакомый писк.
Отец передал Игорю коммуникатор. Как ни странно, сообщение на нем было только одно. И звучало оно очень странно.
«Ультиматум.
Настоящим сообщается, что все золото мира безвозмездно отчуждается в пользу законного владельца как предмет, невозможный быть объектом владения.
Возможно проведение переговоров о минимизации ущерба».
– Что за ерунда? – спросил Игорь отца. – Что за невозможность владения? Какие переговоры? Они хотят заплатить мне за пропавший золотой крестик?
– Передано по сети?
– Конечно.
– Розыгрыш, – предположил Михаил Львович. – Кто-то рассылает спам, считая это забавным. Хотя ничего смешного я в сложившейся ситуации не нахожу.
– В сети полно уродов, – пожал плечами Козырев-младший. – Они развлекаются по любому поводу.
Компьютер занял место на тумбочке, а Игорь заснул – ему давно хотелось смежить веки после ночного дежурства, допросов и всепроникающего холода... Только присутствие Маши сдерживало. Интересно, она дала свой настоящий телефон? И ей правда можно будет позвонить – не для того, чтобы сделать сенсационное заявление, а просто так, по-дружески?
* * *
Золотой сгусток заходил на Россию с севера. Вторгшись в полярные владения страны, он подбирался к берегам, то и дело меняя курс, словно пытаясь угадать, где будет лучше выбраться на землю, или в устье какой реки войти.
На командном пункте центра чрезвычайных ситуаций собралось человек тридцать. Высшее руководство страны, военные, эксперты.
– На Москву дорогу ищет, гад, – прокомментировал поведение объекта пожилой генерал. – Триста тонн золота – сколько это в тротиловом эквиваленте?
– Вы полагаете, что оно может взорваться? – прищурившись, спросил президент.
– Золото, даже возбужденное на атомарном уровне и обладающее сверхтекучестью, не может взрываться, – бескомпромиссно заявил молодой нобелевский лауреат, специалист по физике высоких энергий, который не слишком-то разбирался в золоте и политике, но имел хорошую научную репутацию. – Для взрыва необходимо высвобождение энергии, которой в атомарном золоте много не накопится.
– Но энергию объект поглощает постоянно, – заметил президент, который тоже получил хорошее университетское образование. – Он даже оставляет за собой холодный след. И в хранилищах, откуда было похищено золото, словно жидкого азота налили.
– Полагаю, поглощенная извне энергия сопоставима с возрастанием кинетической энергии такой огромной массы золота, – предположил физик. – Оно ведь движется.
– А сверхтекучесть? – спросил генерал.
– Никакая сверхтекучесть не заставит ни гелий, ни золото, ни обычную воду течь в гору. Да и движение сверхтекучего объекта в вязкой жидкости без сопротивления сомнительно. Сейчас я затрудняюсь оценить необходимую для перемещения энергию – нужно учитывать слишком много факторов.
– Так почему их до сих пор не учли? – жестко спросил президент. – Неужели нельзя разработать приемлемую теорию?
– Я не специалист по гидродинамике, – пожал плечами нобелевский лауреат. – Да и данных для анализа имею очень мало. Принесите хотя бы каплю этого необычного золота в лабораторию – и мы будем его изучать.
– А сами вы такое золото сделать не можете? – спросил помощник президента.
– Сверхтекучее золото, которое подчиняется командам неведомого оператора? – уточнил физик. – Нет, не можем. Увы.
– Мы не о том спорим, – веско заметил президент. – Нужно решить, опасен этот объект, или нет. Американцы вполне могли нашпиговать золото чипами, взрывчаткой, ядерными зарядами. Что, если объект сейчас разделится на несколько частей? А потом устремится к нашим крупным городам, ракетным шахтам, системам противоракетной обороны?
– Зачем использовать для атаки золото? – поинтересовался министр чрезвычайных ситуаций.
– Чтобы никто не догадался, – хохотнул генерал. – А что золото не взрывается – так это ерунда. Если оно так шустро по дну океану ползает, кто может сказать, на что еще оно сгодится?
– Да, влезет каждому в ухо и там застынет, – раздраженно бросил физик. – Понимаете, для определенного поведения каждого физического объекта имеются те или иные причины. Но золото не может вести себя, как кровожадный монстр. Оно не способно размножаться, совершать обходные маневры, атаковать наши ракетные шахты. Все это делается только кем-то и для чего-то. Разумное поведение металлу, даже с самыми необычными характеристиками, не свойственно.
– Вы мне скажите, что делать с ним, когда оно выползет на берег? – спросил президент. – Атаковать?
– Несомненно, – отозвался генерал. – Всеми имеющимися средствами.
– Ядерным оружием?
– Ну, сначала, конечно, стоит обычными ракетами попробовать, – ответил военный. – Только, кажется мне, не поможет. Придется из главного калибра бить.
– А гражданское население?
– Очень удачно, что золотишко с севера ползет, – заявил генерал. – Там людей мало, а мирного населения так и вообще нет. Пусть только покажется на берегу.
* * *
Коммуникатор продолжал настойчиво пищать. Игорь с трудом открыл глаза, протянул руку к тумбочке, едва не уронил коммуникатор на пол, поднес его к глазам и вздрогнул. Там, где у карманного компьютера имелся вход для подключения наушников, сияла крупная золотая капля. Золотая полоска шла и вдоль корпуса.
Козырев решил, что ему мерещится. Он провел по полоске пальцем. На миг золото потускнело, а потом словно вернулось на место. Это было страшно – так, что Игорь едва не бросил коммуникатор на пол. Но хорошую вещь было жаль, да и сообщения прочитать хотелось. Или все золотые контакты коммуникатора оплавились, и он пищит из-за сбоя программы?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
