посмотрела на своего попутчика. Я, наверное, была слишком расстроена для простой новости о закрытии одного из многочисленных клубов Донецка. Мы стояли некоторое время молча.
– Ну, куда поедем теперь? – спросил он меня. Мне было всё равно.
– А давай просто покатаемся! – предложил он. Мне захотелось развеяться, и я согласилась.
Мы поехали по окраинам Донецка. Я по-прежнему молчала. Говорил Попутчик, а я слушала рассеянно, на этот раз от огорчения. Но кое- что мне запомнилось. Его звали Алексей, ох и везло мне на это имя! Он руководил крупным магазином детских игрушек, но фактическим хозяином был его отец, с которым у Алексея были конфликты. Но он говорил об этом спокойно, я так поняла, ему просто хотелось самостоятельности, а в целом он отзывался об отце с уважением.
Наверное, моё рассеянное внимание имело оттенок ненавязчивости, раз Алексей так разговорился, а может ему хотелось мне понравиться, хотя бы таким путём, раз я не проявляла активного внимания.
Он купил нам что-то поесть в придорожном киоске. И мы приехали в место, где за многоэтажками простирались поля. Остановились, моя рассеянность не проходила, я даже не помню, что он за еду принёс. Но Алексей был приятным собеседником, манера разговора у него была мягкая, задушевная.
Неожиданно он замолчал, наклонился к моему лицу и попытался поцеловать. Я отстранилась. Алексей отреагировал спокойно. Спросил своим задушевным голосом очень тихо:
– Ты не хочешь? Я промолчала.
Он внимательно посмотрел на меня. Я сказала, что мне нужно выйти из машины. В своей рассеянности я не ожидала, что он попытается меня поцеловать. И ко всем прелестям сложившегося неловкого положения мне хотелось в туалет.
Он меня не удерживал. А так как в туалет хотелось сильно, мне предстояла нелёгкая задача найти для этого место в поле. Из-за этого пришлось идти довольно далеко, чтобы скрыться из вида. Это ещё хорошо, что была туманная погода.
В общем, я была смущена всем этим до беспредела, когда вернулась. Алексей сохранял спокойствие. Мы опять немного помолчали.
– Наверное, тебе это не очень нравится, и ты не умеешь этим наслаждаться? – нарушил он тишину всё тем же задушевным голосом.
Я подумала, что это относится не только к поцелую, а к сексу вообще. И тут в ответ на такую деликатность во мне проснулась строптивость.
– А ему, значит, нравится и он, значит, умеет! Эх, рассказать бы ему ещё про поиски туалета!
И хотя, он был прав в отношении меня, и это было самое тактичное приглашение к сексу, с каким я сталкивалась к этому времени, я его проигнорировала и не проявила интереса к обучению.
Алексей остался всё так же спокоен и прост в общении. В его манерах не было чувства превосходства надо мной, которое так меня бесит, особенно в мужчинах, претендующих на секс. Однако это был опытный, проницательный мужчина с хорошим самообладанием и превосходство у него Действительно было, как у зрелого опытного человека. Вот к этому я совсем не была готова. Он отвёз меня в общежитие и оставил номер своего телефона.
Я разок ему таки позвонила, но совсем нескоро, где-то через год. И совсем не по сексуальному вопросу. Меня поразила внезапная смерть одного пожилого доктора. Этот доктор работал в центре переливания крови, я иногда подрабатывала донором, когда не хватало денег, там я с ним и познакомилась, он умел рассказать что-то такое душевное о жизни и обо мне. Я прихожу в очередной раз в гости, а мне сообщают, что он умер от инсульта прямо на работе. И почему-то мне захотелось позвонить именно Алексею. Может быть из-за того, что его магазин был поблизости, а может, из-за его взрослости.
Как бы там ни было, Алексей со мной встретился и довольно быстро. Мы пообщались немного. Он был удивлён причиной моего звонка. Я и сама неясно понимала свои мотивы. Но общение как–то быстро исчерпалось, и мы разошлись со странным чувством и недоумением.
Глава 4. Танцы
Когда учёбы в медицинском университете стало меньше, пришло время вспомнить о других своих желаниях. Я нашла танцевальную студию и стала заниматься эстрадными танцами.
Студия находилась во Дворце Молодёжи Юность, в котором проходили выступления известных артистов. Это был ещё один плюс чувствовать причастность к этому миру. Но больше всего мне нравился зал для репетиций – большой просторный со станками и зеркальными стенами. Зал находился на втором этаже, из его огромных окон открывалась широкая панорама на Донецк.
На тренировках была серьёзная хореографическая разминка. Меня не утомляло длительное повторение упражнений, моё тело наслаждалось этим и прекрасной музыкой. Меня так в это затянуло, что я занималась регулярно и отдавала последние деньги за занятия. Хотя меня огорчало, что мы отрабатывали только отдельные танцевальные связки, а целые танцы для выступлений изучали только девочки из основного состава, которые занимались давно.
Но какое-то время меня это устраивало. Я хорошела, мои руки и ноги становились выточенными. Я чувствовала в теле энергию, упругость и гибкость, во мне появилась уверенность от того, что у меня получается и от причастности к прекрасному.
В двадцать один год я села на все шпагаты. Доставала у подруг магнитофон и самостоятельно занималась танцами в читальном зале общежития по два – три раза в неделю, кроме посещения тренировок. Ко мне даже пытались присоединиться подруги и даже предлагали деньги, но я тогда не готова была обучать кого-то ещё, тем более за деньги.
Зато я чувствовала такую уверенность, которая помогала преодолевать страх перед новыми и особенно дорогими заведениями, где были дискотеки. Теперь я могла хорошо двигаться почти под любую музыку, для меня распахнули двери все дискотеки Донецка, я с удовольствием везде танцевала. Во время танца я забывала обо всём, даже о подругах, с которыми приходила.
Один раз подруга Валя сильно на меня за это обиделась, взяла и ушла, пока я танцевала. Когда я заметила её отсутствие, тут же выбежала на улицу, но её фигурка мелькала уже далеко. Мне стало очень не по себе и захотелось её догнать, но бежать на каблуках было тяжко. Мимо проезжал джип, я, не раздумывая, рванула к нему и стала махать руками. Водитель остановился.
–Помогите догнать подругу, – я обратилась к нему с таким порывом, как будто дело касалось жизни и смерти.
Водитель взял меня в свой джип без лишних расспросов, и мы догнали подругу. Она была очень довольна, что я догоняю её на джипе, и скорее всего потрясена, потому что
