Читаем без скачивания Цена твоих грехов (СИ) - Cherry Ksenia

— Я не боюсь, — бессовестно лгу, прекрасно понимая, что врать абсолютно не умею.

— Как интересно. Тогда поцелуй меня, Милана. Покажи, на что способна. Твой друг уверял, что я не разочаруюсь, — Соколовский приблизился так близко, что наши губы почти соприкоснулись.

— Лучше умереть, чем стать чьей-то подстилкой. Я прекрасно понимаю, ради чего здесь все эти девушки, но если они смогли смириться со своей судьбой, то вам меня такой сделать не удастся, — моя пламенная речь вызвала на устах мужчины улыбку.

— Все сказала? Ты даже не представляешь, что это за место, маленькая. Все, что поведали твои новые подружки — лишь крохотная частичка того, что им разрешено знать. И если будешь умной девочкой, то еще долго не узнаешь правду, которая тебе точно не придется по душе.

Глава 7.

— Что-то мы заболтались с тобой. Пора бы переходить к делу, — слова Соколовского заставили мое сердце пропустить удар.

Он вытащил меня из-под раковины, закинув, словно мешок к себе на плечо. Я била его по спине кулаками, царапалась, пиналась ногами, но все было тщетно. Такую груду мышц щуплой девочке ни за что в жизни не одолеть.

— Пусти меня, чудовище! — Я кричала так сильно, но ему было плевать на мои жалкие попытки сопротивления.

Пошатываясь, мужчина донес меня до кровати и небрежно бросил, забираясь следом. Он навис сверху, уткнувшись носом в мою шею, опаляя горячим дыханием чувствительную кожу. Его зубы прикусили пульсирующую венку и я вскрикнула. Кирилл втиснулся между моих ног, раздвинув их коленом. В голове крутились шестеренки, я не оставляла попыток отбиться ни на секунду. Соколовский ловко заломил мои руки у меня над головой, спускаясь своими губами все ниже и ниже. Я дергалась, словно в судорожном припадке, пытаясь увернуться от настойчивых уст этого ужасного человека.

— Кирилл, пожалуйста, не надо… Умоляю, не делай этого, — Я чувствовала влагу на своих щеках, хотя обещала себе больше не плакать. Вот только силы начали покидать. Мне никто не поможет, сейчас этот монстр изнасилует меня, получит мою девственность, как трофей, а потом выкинет другим ублюдкам, чтобы и они могли пользоваться моим телом.

— Тш-ш, зачем сопротивляешься? — Рывком рвет на мне сорочку, отбрасывая куда-то в сторону, — Блядь, какая же ты тощая. Твои родители-бизнесмены плохо кормили тебя, девочка?

— Мне плевать, что не подхожу под твои идеалы, больной извращенец! — выкрикиваю в сердцах.

Хрипло смеется, пробираясь рукой к застежке моего простенького бюстгальтера.

— Больше не носи его, все равно в нем нечего прятать. Лишняя трата времени, — его губы коснулись моей груди, посасывая то один сосок, то другой.

Я ревела во весь голос, понимая, что не смогу жить после такого. Мне противно. Лучше смерть, чем вся эта грязь, в которую меня погрузили с головой всего за несколько дней.

— Строишь из себя недотрогу? Скольким ты давала, маленькая шлюха? Как сильно они тебя трахали? — В его интонации сквозила ненависть. Ненависть ко всем женщинам. Соколовский отодвинул ткань моих трусиков и вошел одним пальцем, вызывая отвращение и болезненные ощущения.

— У меня никого не было. Никого, — мой ослабленный шепот был еле слышен.

Господи, пусть меня заберет темнота. Я не смогу вытерпеть это. Не смогу…

Мои руки вдруг оказались свободными. Кирилл замер, любопытно вглядываясь в заплаканные глаза своей жертвы. Он пытался найти в них ложь. Мужчина приблизился своими сухими губами к моим, искусанным в кровь и поцеловал так, словно выпивал до последней капли. Я пыталась увернуться, но он лишь обхватил мое лицо ладонями, продолжая терзать, вторгаясь в мой рот своим языком, прикусывая его зубами и посасывая. Мои ногти царапали его спину, мне хотелось сделать этому монстру больно, оставить после себя кровавые следы.

Телефон Кирилла неожиданно зазвонил, разрушая оглушающую тишину. Он зло рыкнул, сбрасывая входящий номер.

— Ты можешь распускать свои коготки сколько угодно, меня еще больше заводит это. Ты такая сладкая малышка, первый раз в моей практике девственницы. Сегодня удача на твоей стороне, можешь спать спокойно. Но совсем скоро придется посетить мой дом снова. Хочу лишить тебя невинности в своей спальне, в своей кровати. Я буду ловить каждый твой крик и стон. Теперь ты только моя, запомни это, девочка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В тот вечер мне действительно повезло. Кирилл оставил меня. Вот только надолго ли? Когда это чудовище вернется и возьмет то, что ему нужно?

***

Следующие дни помнила смутно. После того, как Соколовский ушел, я постоянно проваливалась в беспокойный сон и просыпалась в холодном поту. Меня лихорадило, горло нестерпимо болело, постоянно хотелось пить, но встать с постели не могла. Никто не трогал и не беспокоил меня, иногда через пелену звона в ушах, слышала, как кто-то приносил еду и быстро покидал камеру. Я не знаю, сколько пролежала в таком полубессознательном состоянии, может день, а может два. Когда они опомнились, что со мной что-то не так, позвали Артема. Он кричал на кого-то, злился. Мне стало хуже, я начала задыхаться, жар был такой сильный, будто тело положили на раскаленные угли. Потом вдруг почувствовала невесомость, меня куда-то нес на руках Артем Александрович. Почему-то точно знала, что это его сильные руки так нежно обхватывают мою талию, его прохладное мятное дыхание окутывает и успокаивает. Он что-то шептал мне на ухо, убаюкивая. Остатки сознания стремительно покидали, утягивая в царство Морфея.

Я чувствовала, что в объятьях этого человека нахожусь в полной безопасности, а все остальное не имело никакого смысла.

***

— Как же тебя угораздило оказаться здесь, — тихо бормотал Артем, поправляя мою подушку.

— Я тоже не понимаю, как меня сюда занесло, — просипела севшим голосом, застав доктора врасплох. Он удивленно моргнул, когда я разлепила глаза и уставилась на него.

— Наконец-то ты очнулась, Милана, — мужчина слегка улыбнулся, трогая своей ладонью мой лоб.

— Сколько я здесь нахожусь? — Начинаю осматривать помещение.

Это была небольшая палата в белом цвете. Здесь сильно пахло лекарствами. Вокруг не было ничего, кроме кровати, на которой я лежала, стула и капельницы, поддерживающей мою жизнь. Но тут намного уютнее, чем в той ужасной комнате с камерами. Хотя, может и здесь они есть, просто хорошо спрятаны.

— В палате нет видеонаблюдения, Милана, — словно прочитав мои мысли, сообщил мужчина, — Ты была без сознания два дня.

— А что со мной, Артем Александрович? — Мое состояние мало волновало, все равно тут долго не живут. Я просто хотела поговорить с этим человеком, чтобы он подольше остался здесь, со мной.

— Обычная простуда на фоне стрессовой ситуации, — констатировал доктор, протягивая градусник. Вымученно ухмыляюсь, вспоминая истинную причину этой «стрессовой ситуации». Правда, весь ужас мне еще предстоит узнать. Соколовский обязательно вернется и тогда молитвы уже не помогут.

— Мне пора идти, я позже проведаю тебя еще раз. Отдыхай. — Спустя пару минут он забрал термометр, и, убедившись, что моя температура в норме, одобрительно кивнул.

От этих слов внутри что-то оборвалось. Я невольно схватила мужчину за рукав халата.

— Пожалуйста, не уходите. Мне страшно, — глаза защипало, но на этот раз сдержала эмоции в себе.

Доктор удивился такому порыву с моей стороны и осторожно убрал мою руку.

— Извини, но у меня много дел, — его манера общения вдруг изменилась. Он стал каким-то отстраненным и сухим.

На что ты надеялась, Архипова?! Что он поможет тебе? Артем тоже в сговоре с Соколовским. Вернись с небес на землю и просто прими тот факт, что ты — лишь временная игрушка для извращенцев.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глава 8.

Вы когда-нибудь задумывались о том, каково это жить, зная, что в скором времени вас ждет казнь? Что палач вот-вот взмахнет острым топором и ваша жизнь покинет тело, ускользнет, словно золотистый песок между пальцев…