Читаем без скачивания Цена твоих грехов (СИ) - Cherry Ksenia

Я тоже никогда не думала об этом, но теперь в полной мере осознаю, что такое безысходность, когда сидя в темнице с ужасом встречаешь рассвет, понимая, что он для тебя станет последним. Ожидание и неизвестность — вот то, что страшнее самой смерти.

Мои дни в бункере тянулись ужасно медленно. Я не понимала, ночь сейчас или утро и сколько вообще дней прошло с того момента, как сюда попала. Мое физическое самочувствие начало улучшаться, но вот морально я была измотана. Это ужасное замкнутое пространство пугало, но всем было плевать на твои страхи. Казалось, что это место питалось кошмарами.

Артем Александрович приходил ко мне в палату лишь один раз в день, чтобы измерить температуру и дать лекарства. Мои попытки как-то разговорить доктора увенчались неудачей. Он списывал все на занятость и быстро покидал меня.

Эти стены душили. Хотелось выйти наружу и вдохнуть свежего осеннего воздуха, с терпкими нотками опавших листьев и влажной земли после дождя, подставить бледное лицо к солнышку и просто наслаждаться моментом. Я мечтала вновь увидеть родителей, обнять и сказать, как сильно их люблю. Наши отношения хоть и далеки от понятия «идеальная семья», но без них мне безумно плохо. Мои родные слишком загружены работой, но в глубине души я знаю, что они стараются ради меня и моего безоблачного будущего. Вот только вряд ли меня ждет это будущее.

На следующий день ко мне вновь пришел Артем. В этот раз его лицо было непривычно бледным. На руке я увидела наспех забинтованную повязку, сквозь которую просачивалась кровь.

— Доброе утро, Милана. Моя помощь больше тебе не требуется. Твое самочувствие в норме, сейчас за тобой придут. Я назначил курс витаминов, которые будут приносить вместе с едой. Пожалуйста, не забывай их принимать. У тебя слабый иммунитет, нужно его подкреплять, — слова давались ему с трудом, мужчина поморщился, пытаясь скрыть раненую руку.

Я вскочила со стула, подойдя к нему. Его нравоучения о каких-то таблетках пропустила мимо ушей.

— Что с вашей рукой? — понимаю, что лезу не в свое дело, но ничего не могу поделать со своим любопытством.

— Пустяки, пару швов и заживет, — отмахнулся доктор, слегка улыбнувшись. На его лбу появилась испарина.

— Я могу наложить швы и обработать рану.

Мужчина удивился, недоверчиво уставившись на меня.

— Ты умеешь накладывать швы?

— Да, я проходила много дополнительных курсов у себя в медицинском университете, — пожала плечами, — пожалуйста, разрешите помочь вам, иначе я сойду с ума, находясь здесь.

— Они только этого и ждут, — пробубнил мужчина почти шепотом.

— Простите, что?

— Ничего, пойдем.

Неужели мне удалось уговорить его?! Маленькая частичка надежды вновь затеплилась внутри.

Артем шел очень быстро, поэтому разглядеть лабораторию как следует, удавалось плохо. Странно, но сегодня здесь не было ни души. Без людей это крыло выглядело мрачным и зловещим.

Я увидела, что на противоположной стороне было какое-то помещение, находящееся за толстым стеклом. Около него стоял большой странный прибор, с множеством кнопок и рычагов. На секунду мне показалось, что за этим стеклом кто-то есть, но быстро откинула подобные предположения, дабы не нагнетать плохих мыслей, которые итак спутались в один большой клубок.

Добравшись до знакомого кабинета, Артем положил передо мной все необходимое для обработки раны. Он молча сел, наблюдая за моими дальнейшими действиями. Меня потряхивало, но собрав волю в кулак, подошла к мужчине. Я начала разматывать окровавленную повязку на его руке, а когда сняла, охнула от увиденной картины. Это был глубокий порез почти во все предплечье. Да, придется попотеть.

Все время, пока обрабатывала и зашивала рану, доктор ни разу не дернулся, даже не поморщился. Его лицо не выражало никаких эмоций, словно превратившись в камень. Закончив со швами, осторожно перевязала руку Артема Александровича.

Мне было некомфортно от этого царившего молчания.

— Я закончила, — заявила доктору, складывая все препараты обратно в небольшой чемоданчик.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты молодец, хорошо справилась. Спасибо. Но теперь тебе и вправду нужно возвращаться к себе.

***

Прошло около недели, после того, как меня снова заселили в эту ненавистную комнату с камерами. Соколовский больше не объявлялся, что очень странно.

Затишье ведь наступает перед бурей…

Нервы были на пределе, я не знала, что меня ждет в следующий момент, и какие «сюрпризы» преподнесет бункер.

От скуки я часто сидела в зале отдыха вместе с другими девушками, хотя им моя компания была не по душе. Они смотрели на меня с ненавистью и злобой, ведь в прошлый раз Кирилл «выбрал» меня, а не их. Некоторые особы подходили и напрямую спрашивали начала ли я работать, сколько у меня было клиентов, и понравился ли мне секс с Соколовским. От таких вопросов волосы вставали дыбом, хотелось запустить в этих искусственных кукол-Барби чем-нибудь тяжелым. Когда на все я отвечала сухим «нет» их лица становились чернее грозовой тучи.

Перешептывания доносились отовсюду.

— «Как это так, она столько времени здесь, а ее еще никто не потрахал?!»

— «Мы тут работаем, а эта сучка прохлаждается!»

— «Девочки, просто эта замухрышка никому не интересна, тем более нам ведь лучше. Больше достанется сюрпризов!»

Единственный человек, который отнесся ко мне с пониманием и не брезговал общением — была Карина. Я пыталась выведать у нее больше информации о бункере, но она лишь извинилась, сказав, что ей запретили сплетничать и вводить в заблуждение. Не хотелось подставлять девушку, поэтому свое расследование решила приостановить. Детектив из меня хреновый, за все время, пока здесь нахожусь, удалось узнать только маленькую частичку информации.

С Кариной мы разговаривали каждый день и подолгу. Она поведала, что всю жизнь воспитывалась в детском доме, а после совершеннолетия собиралась поступать в университет на архитектора. Вот только, чтобы туда поступить, нужны были деньги, которые ей приходилось зарабатывать ближайшие два года официанткой в ночном клубе. Оттуда девушка и попала сюда.

— Сначала я так же, как и ты была в шоке. Можно сказать, испытала весь спектр негативных эмоций. Мои мечты и надежды рухнули в одночасье. Но у меня всегда было то, ради чего стоит бороться — это желание жить. Приют научил нас цепляться за жизнь всеми силами.

Когда после очередного разговора со своей новой знакомой я вернулась к себе в камеру, то меня уже ждали. Двое охранников стояли около двери, один из них держал какой-то пакет.

— Собирайся, — сухо прогремел громила, кидая пакет мне в руки.

Сердце вырывалось из груди. Куда они меня поведут?

Заглянув в сверток, увидела в нем мои старые вещи.

Может…они решили отпустить?!

Я кинулась переодеваться в туалет, а когда вышла, те двое надели на мою голову мешок и повели куда-то.

Когда мы оказались на улице, моему счастью не было предела. Наконец-то я не под землей! Но радость продлилась недолго… Меня посадили в машину и когда сняли мешок, я увидела безумно довольное лицо моего похитителя. На его коленях стоял ноутбук, а в руках он держал стакан ароматного кофе. Голодный взгляд Кирилла был прикован к моей персоне.

— Привет, малышка. Давно не виделись. Скучала по мне?

Глава 9.

Атмосфера в машине стала зловещей и напряженной. Он не отпустит меня. Тогда куда повезет? Страх сковал стальными наручниками.

— Я скучаю только по родителям и учебе, — злюсь, впиваясь ногтями в ладони.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Как мило. Приличная дочь и отличница. Гордость родителей. Разве не учили тебя мама с папой, что никому нельзя верить? Видишь, как бывает, твой дорогой друг подарил тебя мне, а теперь даже не вспоминает о такой замухрышке, — Он дернул меня за руку, придвинув к себе.

Во мне кипела ярость, этот ублюдок сгорит в аду.

— Отпусти меня, Кирилл. Я все равно не стану той, кем являются все те девушки в бункере. Они смирились со своей судьбой, но со мной ты этого не дождешься. Я быстрее убью себя, но никогда не лягу под твоих заказчиков, — мой голос был спокоен и холоден, но тело выдавало животный страх перед этим страшным человеком.