— Позвольте полюбопытствовать, вы местная или приезжая? — спросил Саймон, когда мы перешли к десерту и голова у меня уже немного кружилась.
— Угадайте.
— Если уж вы предлагаете поиграть, то давайте условимся, какой приз получит победитель. — Он улыбнулся, и на щеках проступили ямочки. Раньше я их почему-то не замечала, а теперь вот не могла оторваться.
— Э, нет. — Я покачала головой. — Так нельзя. Мы же не в казино, где каждый знает, что выиграет и что проиграет. Нас свел случай, а случайное знакомство подразумевает романтику, которая невозможна без тайны, неопределенности, мистики. Насколько я могу судить, в казино романтике места нет, там во главе угла холодный расчет и жажда наживы. Ваше предложение выдает в вас прагматика.
Несколько секунд Саймон молча смотрел на меня с легкой добродушной улыбкой, как смотрит брат-старшеклассник на младшую сестру, только что отведавшую вкус первого поцелуя.
— Не могу согласиться с вами по поводу казино, — сказал он наконец, делая еще глоток красного вина. — По-видимому, все ваши знания об этой стороне жизни основаны на книгах и фильмах. Но…
— А вы бывали в Лас-Вегасе? — довольно бесцеремонно перебила его я.
Саймон кивнул.
— Да. Провел однажды целых два месяца.
— И как, не подхватили игорную лихорадку?
— У меня к ней иммунитет. Переболел в молодости, причем в довольно тяжелой форме.
— Неужели вас ни разу не тянуло вернуться, сесть за карточный стол или подойти к автомату?
Он покачал головой, и глаза у него стали серьезные, а ямочки на щеках исчезли.
— Нет, не тянуло. Я заплатил за тот урок слишком высокую цену и не имею ни малейшего желания его повторять.
На языке у меня вертелась еще парочка вопросов, но задавать их уже не хотелось.
Потом он проводил меня почти до дома, а перед расставанием сказал:
— Знаешь, мне было хорошо с тобой, и тебе со мной, похоже, тоже понравилось, и мы можем либо продолжить этот вечер традиционной прогулкой, либо обменяться визитками и взять паузу, чтобы принять более взвешенное решение. Поскольку мне не хочется выглядеть в твоих глазах прожженным прагматиком и рационалистом, я предлагаю сделать выбор тебе.
— Второй вариант мне больше по душе, — ответила я, немного разочарованная его пассивностью. — И спасибо за вечер.
Понедельник принято считать тяжелым днем, а для меня начало каждой недели это в каком-то смысле новые горизонты, новые планы, вызовы, мечты. Еще один этап пройден, еще один барьер взят, и, если есть силы и желание штурмовать другой, значит, ты жив и молод.
А вот Кейт, судя по пасмурному выражению лица, придерживалась в отношении понедельника более традиционного взгляда. Понять ее можно: четыре месяца назад у них с Ником родился ребенок. Зарабатывают оба неплохо, так что с дочкой сидит няня, но Кейт все равно жутко выматывается, потому что относится к тому типу женщин, которых называют «беспокойными мамашами».
Обменявшись новостями — я пожаловалась на мать и рассказала о знакомстве в баре, Кейт поделилась опасениями, вызванными тем, что ее Джулия дважды чихнула, — и, выпив по чашке кофе, мы занялись каждая своим делом: Кейт — составлением финансового отчета, я — наведением порядка в своем кабинете. Леди еще не появилась — по понедельникам она обычно приходила около одиннадцати, приглашала нас к себе и после подведения итогов и раздачи чеков ставила новые задачи.
Около одиннадцати Деннис привез цветы, и мы с Кейт перебрались в рабочую комнату.
Заказ на изготовление свадебных букетов можно считать мелочью в сравнении с подготовкой свадебной церемонии, но, как ни странно, зарабатывали мы прежде всего на таких вот мелочах, тем более что люди зачастую откладывают их напоследок и, спохватившись в последнюю минуту, готовы заплатить двойную цену.
На этот раз нам предстояло приготовить около сотни букетов: перевязать шелковой ленточкой, прикрепить к стеблям пробковое донышко, сложить концы ленты хитроумным бантом и запечатать.
В общем, все шло своим чередом, пока в начале двенадцати не позвонила Криста. Оказывается, ее субботнее опоздание на свадьбу было связано с тем, что у нее сломалась коронка (пришлось срочно ставить временную), и вот теперь она задерживалась у дантиста и обещала быть не раньше трех.
Кого-то отсутствие начальства толкает на трудовые подвиги, но это не про нас с Кейт, а потому в половине первого, когда с букетами было покончено и Деннис забрал их, чтобы доставить по назначению, я предложила отправиться на ланч в расположенное на углу улицы кафе, специализирующееся на блюдах из морепродуктов, но при этом вовсе не зацикливающееся только на них. Возражений со стороны Кейт не последовало.
Расположившись на открытой верхней веранде с прекрасным видом на бухту Шарлотта, мы заказали свежевыпеченных булочек, запах которых, едва достигнув моего носа, мгновенно разбудил спавший дотоле аппетит, рыбу махи-махи с гарниром из риса и тушеных овощей и по бокалу белого вина.
Стулья и столы, сделанные из какого-то заморского дерева, яркая мозаика из цветного пластика, свежие цветы, нежный ветерок и ленивое колыханье пальм настраивали на романтический лад.
Официант принес сначала апельсиновый коктейль, после пары глотков которого аппетит у меня разыгрался, как жеребенок на лужку, а уже потом огромные блюда с рыбой. Я набросилась на нее с такой жадностью, что у Кейт глаза полезли на лоб. Заботясь о здоровье и беря на заметку каждую проглоченную калорию, она заказала вместо коктейля стакан обычной воды, в которую выдавила несколько капелек лимона.
Вообще Кейт из тех женщин, которые всегда привлекают к себе внимание. Прежде всего яркой, часто демонстративно яркой внешностью. Каждые два месяца она перекрашивала волосы, раз в полгода меняла прическу, предпочитала топы со смелым вырезом, никогда не застегивала блузки на все пуговицы и отважно заковывала себя в облегающие юбки и джинсы. За последние три года я ни разу не видела ее ненакрашенной, с бледными губами, неаккуратными ногтями или неподведенными глазами.
Самым главным своим врагом Кейт считает Метаболизм. Именно так, с большой буквы. Враг этот силен, коварен и бессмертен. Каждая съеденная калория немедленно откладывается у нее на щеках, плечах, бедрах. Время от времени Кейт объявляет Метаболизму бой и ведет его с переменным успехом, используя каждый раз какую-нибудь новомодную, суперэффективную и нередко экзотическую диету.
Всю последнюю неделю Кейт обходилась без углеводов, а потому не позволяла себе ни пирожных, ни шоколада, ни мороженого, ни сахара вообще, потому что жутко боялась растолстеть, боялась того, что не удержится в рамках — и тогда ее бедра превратятся в окорока, задница станет уж слишком округлой, а многочисленные платья, блузки, кофточки и брючки просто лопнут по швам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
