Но дракон явно разбил ее надежду на окончание в прах.
— Мы еще не закончили, — предвкушающе ухмыльнувшись, сообщил ей мужчина, обхватывая пальцами ее лодыжки и подтягивая к себе.
Машинально царапая пальцами покрывала, Айнэ вскрикнула. Попыталась вырвать ногу из захвата дракона, но ее слабое трепыхание осталось практически незаметно.
Устроив ее практически на самом краешке постели и широко раздвинув ее ноги, Ирравэль с хищной ухмылкой снова приставил головку члена к женской промежностью и одним резким и быстрым толчком вошел на всю глубину. Упершись ладонями в матрас, принцесса содрогнулась, но тут же приподнялась и неожиданно широко раскрытыми глазами, на дне которых плескался ужас и непонимание, уставилась на длинный и твердый мужской орган, который быстро двигался, то утопая в ее собственном теле, то выскальзывая наружу.
Такая реакция — смесь интереса со страхом — позабавила Ирравэля. И, поддавшись вперед, он с рыком бросил ей:
— Нравится, да?!
Жгуче покраснев, девушка тут же зажмурилась. И, может быть, откинулась бы обратно на спину, но, крепко обхватив пальцами свободной руки ее затылок, дракон потянулся ртом к ее шее и прижался к одуряюще вкусно пахнущей коже.
А спустя несколько минут, кончая, Ирравэль вгрызться в нее клыками, оставляя неглубокую, но кровоточащую рану и свою метку.
— Теперь ты меня съешь? — обреченно пролепетала Айнэ.
После оргазма дракон не поспешил уйти, чтобы оставить потрясенную девушку в одиночестве. Нет, он не думал в этот момент о ней. Только лишь о собственном комфорте. Поэтому, отпустив ее многострадальные, со следами его пальцев но лодыжках, ноги он с наслаждением рухнул на постель животом вперед, довольно потянувшись. Принцесса же соскользнула прочь, но, болезненно охнув, тут же опустилась на пол, потерянно и недоуменно качнув головой, и обреченно прислонилась к деревянному перекрытию.
Айнэ чувствовала себя странно и необычно. Ее тело было слабым, ноги дрожали и не держали ее вроде как небольшой вес, внутри живота что-то пульсировало, а между бедер было влажно и липко. Еще слегка мутило, голова кружилась, а глаза заволокла неприятная туманная дымка.
— Съем? — рассеянно ухмыльнулся дракон, повернувшись на бок и подложив под голову согнутую в локте руку. Со своего места он видел только светловолосую растрепанную макушку да плечи, прикрытые халатом, но тон девушки — печальный и отчаянный, его снова рассмешил. — Так вроде бы ты не кусалась. А я обещания держу…
Принцесса все-таки обернулась и глянула на него — кротко и грустно. Шелковистые пряди рассыпались, и Ирравэль увидел глубокий след своих зубов на тонкой шее и сочившуюся из глубоких ранок кровь. Алые капель очень красиво смотрелись на бледной коже, ярко контрастировали с ней и волосами, и их вид вдруг снова взволновал дракона, который понял, что снова возбуждается. Он даже сомкнул ладонь на своей обмякшей плоти, и принцесса, заметив этот жест, снова покраснела, сравнившись вспыхнувшей алым кожей с цветком шиповника.
Мужчина подумал, что в этом есть даже какая-то своеобразная прелесть — соблазнять и совращать невинную девушку, не знающую ранее ни мужских объятий, ни поцелуев. Энергии, которой он смог подпитался благодаря ей, было немного, но она оказалась чистой и совершенно ничем не замутненной. И не походила ни на что, что он раньше пробовал. И это за столько столетий его жизни!
Может, не все так и плохо сложилось?
Может, в лице принцессы Айнэ Рубис он нашел приличный источник пищи и ее, благодаря ее дару, хватил на более долгий срок, чем обычно?
А еще этот ее вопрос… Забавная девочка! Хотя ничего удивительного в нем не было — по королевству, да в других землях ходило множество историй о драконах. Люди начитанные и знающие мало в них верили. Но многие — принимали за истину.
Перевернувшись, Ирравэль снова лег, но на этот раз, вытянув руку, обхватил девушку за шею и заставил ее откинуть голову назад. Айнэ, разумеется, снова содрогнулась и попыталась вырваться — дурная привычка, от которой он сумеет ее быстро избавить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нависнув сверху, он внимательно посмотрел в серые и блестящие, как речная галька, глаза и без труда проник в мысли девушки.
Хотя какие там мысли? Полные сомнений, пронизанные сплошными эмоциями. Не надо быть драконом, чтобы понять всё то, что терзало юную принцессу. Разумеется, она сетовала на несправедливость судьбы, на жестокость родных, продавших ее, на его собственную, дракона, грубость и развращенность. Ей было больно.
Страшно. Стыдно. Тревожно…
Странно, но даже эти эмоции в исполнении принцессы были вкусными.
Взгляд испуганных глаз, конечно, неприятно царапал его самолюбие, но, в целом, он просто не будет обращать на это внимание.
А вот ощущение хрупкой шейки по пальцами… Если чуть сжать, то на ней мгновенно расцветут лиловые пятна. А кожа нежная, мягкая, тонкая…
И как же одуряюще пахнет!
— Иди сюда! — грубо приказал дракон, упираясь коленями в матрас и приподнимаясь. И одновременно — хватая девушку за плечо повыше локтя и подтягивая содрогнувшее тело к себе.
— Нет! — испуганно вскричала принцесса, сопротивляясь. Но бестолку. В ее хрупком теле было слишком мало силы.
Снова опрокинув девушку навзничь, дракон с глухим рыком накинулся на нее, чтобы, после непродолжительной борьбы и незатейливых ласк, снова взять ее и без того истерзанное им тело.
Глава 2
Айнэ не запомнила, как и где уснула. Она совсем потеряла счет времени и могла лишь молиться Светлейшему, верховному богу всех богов, чтобы ее мучения наконец прекратились. Единственное, что она отметила, это что совсем недавно за окном сгущались вечерние сумерки, а сейчас в оконный проем ярко светило полуденное солнце.
Как и положено чудовищу, дракон был безжалостен и вынослив. Но при всем желании, она не могла сказать, что он насиловал ее — порой Ирравэль останавливался и покидал ее горячее и саднящее лоно, лаская пальцами и ладонями, скользя губами по ее влажному от пота телу. Он снова с жадностью мял и кусал ее грудь, наверняка оставив на ней очередное ожерелье от синяков и кровоточащих ранок. А её телу… Телу было томно и приятно.
По крайней до того момента, как Айнэ проснулась. Первое, что она ощутила — это спазмы внизу живота, царапанье в горле и саднящие от укусов губы. Дракон заставил ее стонать и даже кричать, делая свои движения грубее, жестче и глубже. Сдерживаться было трудно…
Но самым странным было ощущение липкой влаги между бедер. Это были ее собственные соки, а также семя Ирравэля. Из-за этого очень хотелось помыться и что есть силы растереть свою кожу грубой шершавой губкой или даже песком.
Но слабость… Какую ужасную слабость она испытывала! Казалось, ей не получится не то, что помыться, но и элементарно подняться на ноги, чтобы помочиться.
Поэтому, продолжая тихонько лежать, Айнэ огляделась. Она была в другой постели. И в другой комнате, куда как более просторной, чем та, в которой они с драконом занимались любовью. Здесь было больше окон и света, больше мебели и всевозможных деталей типа канделябров, статуэток, ваз и цветных подушечек на низких кушетках, креслах и прямо на коврах.
Девушка разглядела много золота и даже драгоценных камней, украшающих дерево мебели и каменные барельефы на стенах. Здесь было странное сочетание востока и запада, но они сочетались правильно и гармонично, с чье-то заботой и даже… любовью?
Это была не та комната, в которой ее изначально поселили, когда она прибыла во дворец Ирравэля. Но именно здесь, и она это видела, уже стояли на полках ее книги и шкатулка с украшениями, сундук с одеждой, которую она так и не переложила в гардеробную, и небольшой несессер с рукоделием.
Кто и, главное, зачем ее перенес сюда? В каком все-таки статусе она пребывала в доме дракона? Он не съел ее вчера, хотя, согласно слухам, именно этим и занимаются драконы, получая в свои лапы девственниц, только очень долго и упорно занимался… всякими непотребствами.
