рабочему контролю, штаб Красной гвардии, затем – штаб Красной армии. Ревтрибунал. 14–15 февраля 1918 года во Владивостоке прошёл областной съезд комитетов рабочего контроля, после чего в банки, на промышленные предприятия и в торговые заведения были направлены контролёры и комиссары.
Особый Уссурийский казачий отряд атамана И.П. Калмыкова, июнь 1918 г.
Из фондов УГМ
В ответ биржевой комитет Владивостока потребовал от Совета снять рабочий контроль. После отказа он призвал промышленников, предпринимателей, чиновников объявить всеобщую забастовку. Она началась 6 марта 1918 года, после чего в городе сложилась напряжённая обстановка. В ответ исполком Владивостокского Совета распорядился арестовать членов президиума биржевого комитета – известных предпринимателей И.И. Циммермана, Э.Г. Сенкевича, А.Г. Свидерского и А.Л. Рабиновича. В их защиту высказались иностранные консулы, забастовали почтово-телеграфные служащие, чиновники, были закрыты магазины. Жизнь в городе оказалась парализованной…
Значительно ухудшились отношения Владивостокского Совета с городской думой и управой. В январе 1918 года дума приняла резолюцию в защиту Учредительного собрания, в ответ фракция большевиков вышла из состава думы. 25 февраля состоялись перевыборы городской думы, и её новый состав оказался значительно правее прежнего. Городским головой снова был избран меньшевик А.Ф. Агарев. На деловых взаимоотношениях Совета и гордумы сказывалась и позиция консулов иностранных государств, открыто поддерживавших думу и управу. Вполне реальной стала и угроза прямого вмешательства в ситуацию в городе вооружённых сил стран Антанты, в связи с чем 26 февраля 1918 года во Владивостоке был создан революционный штаб. В него вошли П.М. Никифоров, К.А. Суханов, Е.Г. Ходанович и другие, штаб возглавил общее руководство воинскими частями гарнизона, Сибирской флотилией и Красной гвардией.
Парад американских войск во Владивостоке
Полномасштабной интервенции на Дальнем Востоке России предшествовал японский «пробный камень». 12 января 1918 года Генеральный консул Японии во Владивостоке Хиро Кикучи отметил «чрезвычайную тревогу» японцев, «проживающих во Владивостоке и окрестностях его», вследствие чего «Императорское японское правительство… решило отправить военные суда во Владивостокский порт». В январе 1918 года в бухте Золотой Рог уже стояли два японских крейсера – «Ивами» и «Асахи», английский крейсер «Суффолк», а в феврале появился американский крейсер «Бруклин». 21 января 1918 года в гостинице «Версаль» налётчики ограбили нескольких иностранцев. Для тех неспокойных времён это было обычное событие, но консулы иностранных государств обратились к своим правительствам с требованием о принятии мер для наведения порядка в городе. Результатом стало появление на улицах Владивостока японских и английских матросских патрулей. На запрос городских властей командиры кораблей ответили, что это не десант, а охрана, высланная по просьбе консульств.
Японские военные моряки в окрестностях г. Владивостока. МПК 2812-40. Ф. 7144
4 апреля 1918 года были убиты трое подданных Японии, служащих конторы Иси-до (есть версия, что это была провокация японских спецслужб). X. Кикучи, «вышедший уже из терпения в отношении безопасности жизни и имуществ японских подданных», обратился к командующему японской эскадрой с целью «принятия экстренных мер, которые он сочтет необходимыми для ограждения жизни и имуществ японских подданных». Ответ контр-адмирала X. Като последовал немедленно. На следующий день, 5 апреля, он выпустил обращение к гражданам Владивостока, в котором заявлял, что хотя он «до настоящего времени абсолютно избегал совершать такие действия, как вмешательство во внутреннюю политику России или оказание той или иной политической партии поддержки», «произошедшее среди бела дня убийство и ранение трех японцев… заставило принять на себя ответственность за защиту жизни и имущества подданных Японской Империи», то есть «высадить десант с вверенной эскадры и принять меры, какие считаю соответствующими».
Управляющий КВЖД, генерал Д.Л. Хорват (в центре, с бородой) в группе военных в г. Владивостоке, 1918 г. МПК 16211-17. Ф. 37405
Е.Г. Ходанович, бывший тогда членом исполкома Владивостокского Совета, позже вспоминал: «4 апреля 1918 г… во Владивостокском отделении японской конторы «Исидо» было убито 2 японца и один ранен. К месту убийства прибыли начальник милиции Д. Мельников, начальник уголовного розыска А. Проминский, военный комиссар В. Бородавкин, но японцы не допустили к осмотру трупов и производству следствия. Японский консул явился в исполком Совета к Суханову и выразил протест против убийства двух японских граждан и настаивал на разрешении взять под свою защиту всех японских граждан, проживающих во Владивостоке. Суханов обещал найти виновников и предать их суду, а в отношении защиты японских граждан указал, что исполком Совета имеет достаточно своих сил… При переговорах присутствовали Б. Антонов, П. Никифоров, Е. Ковальчук и я. Несмотря на переговоры, на следующий день высадился японский десант и стал патрулировать по Светланской улице… Революционный штаб дал приказ, чтобы военно-морской флот также организовал круглосуточное патрулирование по Светланской улице. Несколько дней по Светланской улице с одной стороны ходил японский патруль, с другой – наш. Если японский патруль останавливался, то же делал и наш патруль. Но через несколько суток во избежание провокаций наш патруль был отменён».
Таким образом, Япония в начале апреля 1918 года самостоятельно продемонстрировала реальную военную силу, не дожидаясь решений Верховного Совета Антанты. Появление во Владивостоке японских контингентов вызвало опасения со стороны союзников по Антанте – они поняли, что следует поторопиться с началом интервенции. Разумеется, в этом вопросе существовали определённые разногласия, особенно между Японией и США. В том же 1918 году японская газета «Ничи-Ничи Симбун» писала: «Америка должна понять, что во Владивостоке и вдоль Восточно-Китайской и Сибирской железных дорог Япония не должна игнорироваться, и Америка не может действовать так, как ей нравится. Мы надеемся, что Америка не будет препятствовать осуществлению нашего плана». А ещё через два года, 3 июля 1920 года, правительство Японии выступило с декларацией о занятии своими войсками всего Сахалина. Но правительство США ответило нотой протеста, указав на необходимость придерживаться условий Портсмутского договора, по которому северная часть Сахалина должна была принадлежать России.
Существующая Советская власть утверждалась на местах с заметными трудностями, итоги этого сложного процесса были подведены 8-14 апреля 1918 года, когда в Хабаровске состоялся IV краевой съезд Советов Дальнего Востока. В нём приняло участие 107 делегатов с правом решающего голоса и 62 – совещательного, большинство их составляли рабочие, крестьяне и казаки, были представлены все области. При открытии съезда председатель Краевого комитета Советов А.М. Краснощеков заявил: «В будущей истории нашего края этот период будет известен как период завоевания Дальнего Востока трудовым народом». IV краевой съезд Советов в целом одобрил проделанную
