платье, не могла бы себе позволить такого костюма. Он стоил, наверное, раза в три больше, чем лучший повседневный костюм отца. В такой одежде разве что на прием к королю ходить!
“Выпендрежник самовлюбленный!” – подумала я, но озвучивать не стала. Мало ли кто услышит?
Мартин проговорил с деканом буквально пару минут, в отличие от предыдущего парня, как, впрочем, и Рей. Видимо, декан хотел просто на них посмотреть, познакомиться, никаких каверзных вопросов не задавал. Парни получили документы на вселение и ушли. Но, надеюсь, мы скоро увидимся и окажемся в одной группе. Вообще же, по словам папы, на каждом направлении было по две-три группы одного курса. Так что вполне можем быть в разных.
Но долго мне поразмышлять не дали. Теперь к декану пригласили уже меня. И что-то мне так неуютно стало…
Я с гордо поднятой головой вошла в огромный кабинет декана. Предполагала, что он будет темным, с массивной, возможно, антикварной мебелью, с тяжелыми шторами и едва способными разогнать темноту светильниками в металлических подсвечниках. А еще книги, в таких кабинетах обязательно должны быть книги и много. И эти книги обязательно читают, они не для красоты занимают всю стену.
Так и вышло, я не ошиблась ни в одном пункте из того, что я себе представляла. Кроме того, что вот лампа за столом декана горела ярко, не оставляя тени шанса на огромном письменном столе и около него.
– Диана де Тремиль. Добрый день, господин декан, – представилась и поздоровалась я.
Это был мужчина лет около сорока, наверное. Мрачный тип, как и большинство некромантов, не тех, кто работает, как мой отец, от случая к случаю, когда помощь нужна, а тех, кто связал с этим даром свою жизнь. А еще у него на лице, шее и даже сквозь короткую стрижку были видны уродливые шрамы, с первого взгляда понятно, что от когтей лича, скорее всего.
– Декан де Бразиос. Присаживайтесь, миледи, – мужчина указал на стул напротив своего стола, на него как раз падал основной свет от лампы и вряд ли это случайность.
Я передала ему документы, села и даже про себя поморщилась из-за контраста освещения, потому что хоть в приемной и было довольно светло, но в кабинете наоборот царила полутьма, а около стола свет был очень ярким. Ну спасибо, что хоть сразу лампу в глаза не направили.
– Итак, – начал декан, потому что я молчала и вообще вела себя как высокородная пай-девочка, – давайте начнем с вами, миледи де Тремиль, с главного: вы сами хотите развивать свой дар некромантии?
Хм… Хороший вопрос, конечно, который не мешало бы задать образовательной комиссии перед тем, как меня сюда засовывать. А то ведь реально могли послать человека, которому это и не нужно.
– Да, хочу, господин декан, – честно ответила я. – Мне интересна эта область дара.
– В вашей семье есть некроманты или появление дара спонтанно? – задал следующий вопрос декан, немного погрустнев. Кажется, он надеялся, что я скажу нет, и он меня с чистой совестью отправит домой. Хотя не уверена, что такое в принципе возможно.
– Отец – некромант, учился здесь же, много рассказывал о годах учебы, хотя, в основном, поверхностно. Младший брат тоже, но он еще маленький, дар не сформировался окончательно.
– Ну хорошо, – кивнул мужчина. – Как вы представляете свое обучение тут?
– Смутно, – честно ответила я. – Мне же ничего не сообщили. Наверное, набирается женская группа или нас распределяют равномерно по всем группам?
– Вас распределят, да… Дело вот в чем, миледи де Тремиль, всего в Академию де Бланшир приняли трех девушек – одну магичку Смерти, одну магичку Крови и также одну магичку Тьмы.
Я открыла рот, потом закрыла, потом открыла еще раз, но так ничего и не сказала. Нет, я подозревала, что нас будет немного, но я не думала, что всего трое, причем, с разными дарами. То есть мы не будем учиться вместе ни в одной группе, ни в параллельных. У нас банально разные факультеты!
– Это… Это неожиданно, – все же выдавила я.
– Для нас это тоже неожиданно, миледи, уж поверьте. Приказ о зачислении трех женщин в мужскую академию мы сами получили всего две недели назад, наверное, всего на пару дней раньше вас. То есть, как вы понимаете, к приему студентов другого пола академия не готова.
– И как же быть?
– Мы решили поселить вас троих пока в корпусе для преподавателей, вам выделят трехкомнатные апартаменты, вы будете жить вместе, но вполне комфортно. Это пока все, что мы можем сделать. Если эксперимент продолжится, то на следующий год поступит уже больше женщин и мы построим отдельное общежитие, а пока так.
Я пожала плечами, потому что это было приемлемо. Честно говоря, я ожидала худшего, после того, как услышала, что нас всего трое. Насколько я знала из рассказов отца, тут студенты жили в апартаментах по двое, если вы благородный, и в комнатах по двое, если простолюдины. И нет, это не одно и то же. Ну а у нас будут апартаменты на троих, что тоже нормально, учитывая ситуацию, к тому же, в отдельном здании, где жила часть работников и преподавателей. Таких зданий было несколько, правда, и еще неизвестно, в каком нас поселят.
– Проблема, впрочем, заключается не в вашем размещении, – продолжил декан, а я кивнула, понимая, к чему он ведет. – Значительная часть студентов, а также преподавателей не в восторге от этой образовательной инициативы.
Я чуть приподняла брови, посмотрела на декана де Бразиоса.
– Если вы хотите узнать мое мнение, то оно в целом нейтральное, – правильно понял мою мимику мужчина. – Я принимаю необходимость обучать женщин в соответствии с их дарами, если они сами этого хотят. Проблема заключается в том, как этот эксперимент организован. Подготовительная работа проведена лишь формально, а вот люди, люди не были должным образом…
– Обработаны? – вставила я, когда декан чуть замялся.
– Пусть будет так. Но я хотел сказать, подготовлены. Поэтому я вас предупреждаю, что проблемы могут возникнуть, да наверняка возникнут. Если будет что-то серьезное, вы можете обратиться напрямую ко мне, миледи де Тремиль.
– Благодарю, – вежливо кивнула я, про
