Читаем без скачивания Люди и чудовища. И прибудет погибель ко всем нам - Кристина Ива

нее, и девочка печально улыбалась. Теперь всё будет хорошо, теперь у нее есть Юджин. Элеон не знала, что те снежинки у дороги — следствие страшной бури, полностью заморозившей ее деревню. Девочка понятия не имела, что Юджин пришел на площадь вовсе не ее спасать, а изничтожить людей. Она не догадывалась, что почти все, кто жил с ней бок о бок эти годы, теперь спят вечным сном в оковах льда. Элеон этого не знала и грезила мечтами о новом прекрасным будущем. А Юджин посматривал на нее порой и в тайне злорадствовал. Он-то знал, кому теперь принадлежит сердце этой маленькой девчушки, и понимал, что сделает из нее, что захочет. И ехал Юджин в этой карете и улыбался тоже.

Ледяной мальчик История прошлого I

На площади буйствовал народ: на сожжение вели ведьму. Люди жаждали отмщения, хоть и не могли поверить в то, кем оказалась убийца. Прекрасная, молодая, беловолосая и белокожая, она торжественно шла к месту своей погибели и томными темно-серыми глазами молила о пощаде. Но нет пощады чудовищам! Нет пощады убийцам!

Да, она очаровывала и губила мужчин, и всё ради того, чтобы быть красивой чуть дольше, быть сильнее чуть больше. Эта красавица вырезала человеческие сердца и съедала их.

— Прошу, я невиновна, — говорила она. — Это ошибка. Вы все меня знаете. Я не могла. Я не такая. У меня есть муж, маленький сын. Вы хоть о них подумайте! Что станет с ребенком?

— Нужно казнить и ее отродье, — прокричал из толпы подвыпивший паренек.

Красавица вмиг переменилась: лицо ее почернело, а глаза налились кровью.

— Это ты, тварь, грязное отродье! Сдохнешь здесь за бутылку водки, — был ее ответ.

Теперь ведьма уже не выдавала себя за прекрасную леди: она бушевала, рвалась, и трем взрослым мужчинам было трудно удержать ее. Но всё же огонь вскоре стал пожирать колдунью, и она кричала в агонии долго и душераздирающе.

— Сжечь ведьму! Сжечь ведьму! — радовался победе народ.

Люди еще не знали, что не найдут четырехлетнего сына ведьмы, потому что несколько дней назад отец передал купцу ребенка, попросил увезти подальше. Мальчик и теперь ехал в телеге по дороге и, кажется, чувствовал всю боль сгорающей заживо матери. И вместе с болью в нем зарождалось еще более сильное чувство — ненависть. Мальчик знал, что приговор маме уже объявлен, что его исполняют сегодня, возможно, прямо сейчас. Он ехал в телеге и смотрел вдаль — туда, где находилась его деревня, когда-то был его дом.

— Я отомщу вам, — шептал маленький Юджин и хмурился. — Я отомщу вам. Вы будете мучиться, как она, и умрете. Я отомщу, отомщу.

Госпожа Чёрные Крылья III

Самое обидное в путешествиях — это когда свернешь не туда и поймешь это только часа через три, блуждая по лесу, утопив в болотах и карету, и лошадей. Но даже в такой ситуации Юджин вел себя наилучшим образом: шутил, улыбался и уверенно вел всех обратно к дороге. «Все-таки он очень умный и смелый», — думала Элеон.

Странно, но, потерявшись в лесу, она чувствовала себя спокойней, чем в приюте. Наверное, потому что в округе — ни одного простого человека и можно не бояться, что крылья отрастут в самый неподходящий момент. Раньше Элеон думала, что ее стихия — это ночь, но теперь поняла: ее стихия — лес. Лес стал ее защитником, ее другом, в лесу всё казалось таким родным. На дереве девочка заметила белку — такую же рыжую, как она сама. Минут пятнадцать Элеон гонялась за зверьком по всей опушке, чтобы погладить. Юджин сначала умилялся, а потом забеспокоился: «Как бы ты не упала. Как бы крылья не зашибла». Элеон не хотела, чтобы Юджина волновался, поэтому пошла дальше.

Но затем… девочка увидела большое дерево, которое лежало плашмя, тут же забралась на него, начала бегать, прыгать. Юджину это не нравилось. А Элеон, как назло, еще заметила тропинку вдали и в радости спрыгнула к юноше — раскрыла крылья и изящно приземлилась перед ним.

— Госпожа Черные Крылья, — покачал головой Юджин. — Ты ведешь себя как ребенок! Зачем ты туда залезла? А если бы поранилась, как бы мы тебе помогли в лесу? Если уж хотела сверху местность осмотреть, сразу бы взлетела.

— Прости. Я как-то не подумала, — смутилась Элеон. Она не привыкла решать проблемы с помощью магии — за такое у людей и на костер можно угодить.

— А еще не сразу расправила крылья, когда падала. А если б не успела? — проворчал Юджин.

— Но я увидела дорогу! И, кажется, там был дом. Пошли!

Элеон выскочила на тропу и побежала. Юджин и Филипп еле за ней поспевали. Вскоре они заметили и дом. А точнее избу, старую-престарую деревянную избу. Она стояла на месте так долго, что растущее возле деревце просочилось корнями под фундамент постройки и чуть приподняло здание с одной стороны.

— Нужно спросить у хозяина дома дорогу! — закричала Элеон и бросилась к избе.

— Не думаю, что это хорошая идея, — сказал Юджин. — Там никто не живет.

— Но я слышала какой-то шорох. — Элеон продолжала бежать.

— Это мыши. — Юджин тоже прибавил шаг. Только Филипп не ускорялся, ему все-таки было уже не двенадцать.

Элеон добралась до избы первой. Дом и правда напоминал какой-то заброшенный артефакт, весь в плесени и паутине. Окон не было видно, может, находились с другой стороны, но шорох Элеон слышала и сейчас. Она пошла по лестнице и чуть не провалилась на гнилой ступеньке, но перескочила с нее сразу на крыльцо. Элеон приготовилась стучать, но дверь сама отворилась. Девочка перешагнула порог.

— Здра-а-вствуйте, — протянула она, осматривая всё вокруг. Было темно. Элеон отличала силуэт печи, стола, кажется, была еще вторая комната. — Где все? Я хотела спросить дорогу.

Дверь захлопнуло ветром. Стало совсем темно. Элеон подалась вперед и нащупала что-то железное, наподобие забора. А потом увидела силуэт.

Крик.

Юджин с Филиппом переглянулись. Мальчик рванул к избе, поскользнулся на льду у входа, вбежал на порог, и тут — сковорода.