с нами», - отвечаю я и отвожу назад ноющие плечи. Я бы сейчас убил за полноценный ужин со стейком и всеми атрибутами. Переход в альтернативные формы всегда отнимает у меня много энергии, а в желудке остается пустота. Я знаю, что нам всем нужно отдохнуть после всего, но сначала нам нужно обсудить множество вещей. Например, силы Евы, ее прошлое и то, как Арис связан со всем этим.
И, конечно, что, черт возьми, мы должны делать дальше.
Глаза Евы расширяются.
«Это может подождать?» Талия спрашивает. «Ты видела, что произошло внизу. Она так слаба, что едва...»
«Ты здесь не для того, чтобы высказывать свое мнение, Талия», - выкрикиваю я, мой гнев нарастает. Но, похоже, смысл сказанного дошел до нее, потому что она поджала губы.
«Она права», - говорит Ева. «Я устала».
«Мы все устали».
«Драк...» начинает Кассиус, в его тоне звучит сочувствие. Это только еще больше выводит меня из себя. «Может, это может подождать...»
«Подождать, пока Арис не ворвется в эту дверь?» кричу я, заставляя Талию вздрогнуть. Ева же просто смотрит на меня.
Я напрягаюсь. Неужели она не понимает, в какой опасности находится? Насколько мы все в опасности, когда она здесь? Каждая секунда может привести к новому нападению, к нашей смерти.
Но даже зная все это, глядя на нее, стоящую рядом со мной, не сдающуюся, покрытую царапинами и темно-фиолетовыми синяками, я чувствую, как моя ярость улетучивается. Я хочу быть на месте Талии, утешать ее, сражаться за нее. А не против нее. Я хочу заботиться о ней, мыть ее, ухаживать за ней. И эта мысль потрясает меня до глубины души.
Между нами происходят изменения, и я не уверен, что готов к этому.
Мои плечи опускаются в знак поражения. «Хорошо», - говорю я, несмотря на свои лучшие побуждения. «Но ты будешь в гостиной через сорок пять минут. Ни секундой позже».
Ева собирается сказать что-то еще, но Талия быстро направляет ее по коридору в спальню, прежде чем она успевает сделать что-то еще хуже.
Хорошо. Она должна усвоить, что моя доброта - редкость и практически не встречается. Она должна взять ее и убежать.
Когда они с Талией исчезают, а дверь спальни захлопывается, я выхожу в гостиную и провожу пальцами по волосам. Снова и снова, пока кожа головы не запылает, а кровь не окрасит ногти.
«Итак...» Хлопнув один раз, Кассиус заходит в комнату и оглядывается по сторонам. «Мы разозлили многих людей. В этом нет ничего нового. Но это первый раз, когда мы наебали бога. Что нам делать?»
«Арис - не бог», - коротко отвечаю я. «Он может умереть. Как и все мы».
Кассиус опускается на диван и вытягивает ноги на подушки. «Вот только во всем мироздании есть только одно оружие, которое может его уничтожить. И это оружие в данный момент находится в розыске, где бы ни был этот чертов Нокс».
«Он вернется».
«Ты уверен в этом?»
«Для Смерти он ох как труден, чтобы его убить».
Кассиус вздыхает и резко закидывает руку за голову. «Не могу поверить, что все, что он рассказывал нам об Арисе и дурацком клинке, было правдой. А я-то думал, что он просто социопат с убийственными наклонностями. Какой-то теневой манипулятор или что-то в этом роде», - говорит он. «Но вся эта шумиха вокруг всадника и его косы... все это было правдой».
«По крайней мере, мы знаем, что он не лжец».
«Это уж точно». Он хихикает, но недолго. «Итак, если говорить об огнедышащем ублюдке, то мы застряли, пока не вернется Нокс. Надеюсь, с клинком в руках».
Я скрежещу зубами. Очень похоже на то, что это так, и я это ненавижу.
«Черные пики» - легкая добыча. Хотя я сомневаюсь, что они скоро выползут из своих нор, раз их число сократилось. Сегодня мы убили их много, - продолжает он.
«Но их всегда больше. Они как крысы», - отвечаю я.
«Или тараканы».
Это сравнение гораздо лучше. Особенно для Франко, этого труса. Он сбежал в горы, как только увидел просвет, и бросил своих ребят на растерзание.
Внезапно балконные двери распахиваются, и в Башню врывается морозный ночной воздух.
«Какого черта!» слышу я позади себя крик Кассиуса, вскарабкивающегося на ноги.
Ожидая увидеть Ариса, мой Апекс-зверь рычит, моя первобытная сторона высвобождается, готовая принять любую форму, чтобы отправить его задницу через перила на улицы внизу, но когда внутри клубится черный туман, становится ясно, что это не Арис пришел в гости.
Это Нокс.
Он трансформируется за миллисекунду, призрачная тень застывает быстрее, чем миг, пока человек, споткнувшись, не оказывается в комнате и не врезается в спинку противоположного дивана. Задыхаясь, он сползает с него, неуклюже отступая назад, пока не ударяется спиной об одну из колонн. Его темные волосы намокли, кровь капает с лица и одежды на ковер. В его руке - Клинок Мортема, также сияющий багровым цветом.
«Нокс!» Кассиус осторожно движется к нему. «Ты в порядке, парень? Ты ведешь себя так, будто приложился к бутылке».
Нокс вскидывает голову, его радужные оболочки и зрачки поглощает тьма.
«Вот дерьмо», - огрызается Кассиус и отступает на шаг.
Моя энергия витает на поверхности, оставляя мурашки по рукам. Я готов в любой момент переключиться, если понадобится - если по какой-то причине Нокс стал бешеным, врагом.
Между нами повисает напряженная тишина. Грудь Нокса вздымается при каждом тяжелом вдохе, а его кожа так бледна, что я отчетливо вижу под ней голубые очертания вен.
Он похож на монстра. Как нечто, что доктор Франкенштейн откопал и не смог довести до ума, пытаясь собрать его воедино.
«Где... Ева...» Он вдыхает и выдыхает между словами.
Я делаю шаг к нему, сердце колотится, а по венам течет очередной прилив защитного чувства. «Не здесь», - говорю я.
Его ноздри раздуваются - я узнаю этот жест, когда перевертыш или зверь пытается вынюхать добычу, - и он поворачивается к двери. «Ее комната».
Я знаю, что его обоняние не такое, как у меня, но тем не менее он хищник. Только по-другому. Должно быть, он чувствует ее темную магию или какую-то связь между ними - если то, что говорит Арис, правда и она его дочь. Возможно, они не связаны кровным родством, но это означает, что у них с Арисом одна и та же космическая энергия. Возможно, он сможет отследить ее таким образом.
Неважно. Я ни за что не позволю ему прикоснуться к ней.
Кассиус на
