– А ты действительно пошел бы в армию, если бы я дал тебе денег? – спросил сэр Ричард.
– Трезвым – да, пьяным – нет! – ответил Седрик со своей совершенно обезоруживающей улыбкой. – Сейчас-то я абсолютно трезв, но это долго не продлится. Не давай мне ни пенни, старина! Не давай ни пенни Беву! Он – плохой человек. Вот я – хороший человек, когда трезвый, но я редко бываю трезв больше шести часов в сутки – я тебя предупредил, Ричи! А теперь я удаляюсь. Я постарался предупредить тебя, Ричи, потому что ты мне нравишься, но если ты все же отправишься навстречу своей гибели, я умываю руки! Нет, я присосусь к тебе, как пиявка, на всю оставшуюся жизнь. Подумай над этим как следует, дорогой Ричи! Бев и твой покорный слуга на пороге твоего дома шесть дней из семи каждую неделю! Назойливые кредиторы, угрозы, обнищавшие братья жены, в карманах ни пенни, жена в слезах – не остается ничего, кроме как заплатить! Не делай этого! Ей-богу, мы этого не стоим!
– Подожди, – сказал сэр Ричард, не давая ему выйти из комнаты. – Если я заплачу твои долги, ты отправишься на Пиренеи?
– Ричи, из нас двоих пьян ты! Иди-ка лучше домой!
– Ты только подумай, Седрик, как великолепно ты будешь выглядеть в форме гусара!
В глазах Седрика сверкнула озорная улыбка.
– Еще бы! Но в данный момент я гораздо лучше буду смотреться в Гайд-парке. С дороги, друг мой! У меня очень важная встреча. Я поставил на гуся против индюка в гонке на сто ярдов! Совершенно беспроигрышно! Крупнейшее спортивное событие сезона!
С этими словами он исчез, предоставив сэру Ричарду возможность спасаться бегством или ожидать появления достопочтенной Мелиссы Брэндон.
Она не заставила себя долго ждать. Вскоре пришел слуга и пригласил сэр Ричарда наверх, и тот последовал за слугой по широкой лестнице в одну из комнат второго этажа.
Мелисса Брэндон была красивой темноволосой девушкой, на вид ей можно было дать чуть больше двадцати пяти лет. Ее профиль считался безупречным, но при взгляде прямо в лицо обнаруживалось, что для красавицы ее глаза слишком жестки и холодны. Когда она только начинала выезжать в свет, она не испытывала недостатка в поклонниках, но никто из джентльменов, привлеченных ее красотой, не попытался, по выражению грубияна старшего брата, проникнуть глубже. Склоняясь над ее рукой, сэр Ричард вспомнил, как Джордж сравнил Мелиссу с айсбергом, и тут же запретил себе думать об этом.
– Итак, Ричард?
Голос Мелиссы был холоден и безразличен, а вежливая улыбка, которая появилась на ее губах, не была проявлением искренней радости.
– Надеюсь, у тебя все в порядке, Мелисса? – вежливо осведомился сэр Ричард.
– Отлично, спасибо. Прошу тебя, садись! Я догадываюсь, что ты пришел обсудить наш брак.
Он слегка приподнял брови и бросил на нее удивленный взгляд.
– Бог мой! – констатировал он с досадой. – Кто-то вчера очень поспешил.
Мелисса была занята шитьем и продолжала спокойно работать иголкой.
– Давай не будем ходить вокруг да около, – предложила она. – Мне уже слишком много лет, чтобы я вела себя как дебютантка, и ты, без сомнения, разумный человек.
– А ты когда-нибудь вела себя как дебютантка? – спросил сэр Ричард.
– Надеюсь, что нет. Я просто не выношу этих глупостей и совершенно чужда романтике. В этом отношении мы составим прекрасную пару.
– Ты думаешь? – сказал сэр Ричард, покачивая на пальце шнурок от своего лорнета в золотой оправе.
Этот вопрос, казалось, рассмешил ее.
– Конечно! Я надеюсь, что и ты не стал сентиментальным! Это было бы совершенным абсурдом!
– Старость, – задумчиво заметил сэр Ричард, – часто сопровождается сентиментальностью. По крайней мере, мне так говорили.
– Нам ни к чему рассуждать об этом. Ты мне очень нравишься, Ричард, но в твоем характере есть что-то такое, что позволяет все обращать в шутку. Я все-таки более серьезный человек.
– Значит, в этом отношении мы не очень друг другу подходим, – сделал вывод сэр Ричард.
– Я не считаю это непреодолимым препятствием. В конце концов, жизнь, которую ты вел до настоящего времени, не способствовала тому, чтобы серьезно о чем-то задуматься. Я бы предположила, что со временем ты станешь более надежным человеком, поскольку у тебя вполне достаточно здравого смысла. Но обсуждение этого вопроса лучше оставить на будущее. В любом случае, я не настолько неразумна, чтобы считать некоторые различия в наших характерах серьезной помехой для брака.
– Мелисса, – сказал сэр Ричард, – ответь мне, пожалуйста, на один вопрос.
Она подняла на него глаза:
– Пожалуйста, что ты хочешь узнать?
– Ты когда-нибудь была влюблена? – спросил сэр Ричард.
Она слегка порозовела.
– Нет. И, судя по моим наблюдениям, я должна быть благодарна за это Небесам. В человеке, подверженном сильным эмоциям, есть, согласись, что-то чрезвычайно вульгарное. Не хочу сказать, что это плохо, но, скорее всего, я более утонченна по сравнению с большинством людей, и такие вещи кажутся мне совершенной безвкусицей.
– Ты вообще отвергаешь вероятность того, – протянул сэр Ричард, – что можешь… э-э… влюбиться несколько позднее?
– Мой дорогой Ричард! Но в кого же?
– Ну хотя бы в меня?
Она рассмеялась.
– Ну это просто абсурд! Если кто-то сказал тебе, что, сватаясь ко мне, нужно принять вид влюбленного, то этот человек дал тебе плохой совет. Наш брак будет браком по расчету. Ты мне очень нравишься, но ты вовсе не тот мужчина, который мог бы зажечь пламя страсти в моей груди. Я не вижу причин беспокоиться об этом. Вот если бы ты был романтиком, это было бы совсем другое дело.
– Боюсь, – сказал сэр Ричард, – что я романтик в большей степени, чем ты думаешь.
– Думаю, что ты сейчас снова шутишь, – ответила она, слегка пожимая плечами.
– Вовсе нет. Я настолько романтичен, что иногда позволяю себе помечтать о женщине – без сомнения, не существующей, – которая хотела бы выйти за меня замуж не из-за того, что я очень богат, но из-за того, – надеюсь, ты простишь мне эту вульгарность, – что она просто любит меня.
Она бросила на него слегка презрительный взгляд.
– Я думала, ты уже вырос из бархатных штанишек, Ричард. Я, конечно, не против чувств, но, откровенно говоря, браки по любви кажутся мне недостойными нашего положения в обществе. Такое впечатление, что ты долго общался с буржуа где-то в Айлингтон-Спа или в другом таком же банальном месте! Я же никогда не забываю, что я – Брэндон. Осмелюсь заметить, мы все очень горды… да, надеюсь, что так оно и есть!
– Этот аспект ситуации, – сухо отреагировал сэр Ричард, – признаюсь честно, не приходил мне в голову.
Она была искренне изумлена:
