Контроль Т-Робота осуществлялся на более низком уровне, и Песня отступала, не начав струиться в чёрные глубины пространства. Миллиарды инфоканалов шнурами сверкающей плазмы окружали то, что заменяло Вечному саму его душу, управляя тераваттами силовых установок Т-Робота, словно то была его собственная ладонь.
Огромная машина свернула окружавший её сияющее тело беспросветно-чёрный саван, замерла на миг, словно раздумывая, а потом камнем рухнула в наш мир, некогда неразумно выпустивший её из рук. Тут же снова возник в пространстве этот мертвенно-тихий диалог, долгие тысячи лет продолжавшийся на дне великого разума. Вселенная содрогнулась. Ей было невыносимо слушать.
Защитник.
Отозвалось:
Да.
Когда прозвучал сигнал?
Около десяти объективных часов назад, точнее пока не известно. Локальное время из…
Оставь. Обстановка?
Без изменений. На границе Системы обнаружен рассыпающийся строй рейдеров. В том числе высших классов. Предположение: была начата экстренная эвакуация. Других сигналов тревоги уже не последовало, вторичное эхо ходовых генераторов до сих пор не обнаружено. Конфигурация Системы в настоящий момент крайне неудачная – враг подходил со стороны ближайшего выступа ЗСМ, доступен был лишь Колодец Раше, расположенный сейчас оверсан от Пентарры. В таких условиях по предварительным расчётам соотношения сил вероятность транспортам достигнуть…
Отчёт расшифрован? Почему им это удалось так просто? Что-то технологически новое?
Расшифровка идёт, но в данном случае это останется несущественным.
Я знаю.
Всё это неважно. Почти всегда. Сколько раз они прибывали слишком поздно. Этот – не станет исключением. Субьективное время, оно движется, но словно стоит. Век Вне, Битва Тысячи Лет, затем кровавый Мирофаит. Уже всё совсем иначе, уже победы следуют за победами, а поражения нечасты, исчезающе редки… И тут снова нечто ужасное, пусть периферия, но сколько лет прошло! И, как назло, именно там, где можно остаться безнаказанным, ударить и снова уйти в вековое безмолвие прыжка.
Предательское время. Оно никогда не перестанет быть его врагом.
Силы группировки Флота достаточны?
Все доступные резервы подняты по тревоге, КГС закрывает Сектор, Галактическая База «Мерк» приведена в нулевую готовность, но эти меры неэффективны, ожидания на вероятность именно такого поворота событий составляли меньше…
Да, это их, Совета ошибка. Пропустили. Не предусмотрели. Сколько субъективных веков…
Сто пятьдесят пять лет по Террианскому Стандарту, – услужливо подсказал Защитник.
Сколько тут… было?..
Два миллиарда людей, четыреста тысяч представителей остальных рас Содружества плюс гарнизон Базы ГКК «Керн», по минимальному расписанию – основные силы сейчас в прыжке к Дрэгону.
За всю свою полную крови и страданий жизнь Первый так и не научился спокойно переносить такие сообщения. Галактика, почему Хранители опять промолчали? Что они увидели за всем этим?
Два миллиарда.
Ты уже привык. Не обманывай себя. Это призраки мёртвой эмоции. Фантомные боли, не более. Я знаю.
– Я не хочу к этому привыкать! К этому нельзя привыкать! – это была не речь, а кашель, его сжатые губы разлепились, произнося слова вслух, не в силах сдержаться, не в силах молчать. Впрочем, ярость была пустой. Некогда люди заставили одного из Хранителей умереть, но тот так ничего и не сказал, скорее всего – просто ничего не почувствовав. Они никогда ничего не говорят.
Услужливая память Вечного напомнила. Он сам – почти один из них, из Хранителей, с тех самых пор, как появились первые из них. Часть этого проклятия передалась и ему, путешественнику во времени и пространстве, видевшему слишком много.
Земля. Не то, что сейчас называют Старой Террой, а настоящая, ещё живая Земля. Синий, мертвенно-синий лёд Антарктиды. Неумолчный срывающийся визг допотопных силовых барьеров, развёрнутых прямо в тропосфере. Ослепляющие вспышки в небе над головой, где гибли последние оборонительные силы человечества, так и не успевшего вырасти из собственной колыбели. Та оборона была долгой, невыносимо долгой, всепоглощающе долгой. Смертоубийственно долгой.
Здесь тоже недавно были люди, и их тоже уже нет. Защитник прав. Там, где десяток часов властвовали рейдеры ЭрИкс… там людей нет.
Не надейся, Первый.
– Молчать, – бесформенная туша носителя прямо на ходу выдвигала свои чудовищные орудийные стволы за пределы внешней силовой брони. – Они ещё не все ушли. Выбрать цель.
У нас недостаточно наличной мощности для эффективной атаки.
– Это Т-Робот. Это носитель класса Ню-Файри, – прорычал в ответ Первый. В душе у него сегодня было всё пусто. Одна тоска. И ненависть.
– Первый, не нужно, они уже уходят, осталось шестьсот тридцать субъективных секунд хода до границы ЗСМ. Нам не успеть.
Голос Защитника? Первый не помнил, слышал ли его когда-нибудь вне своих мыслей. Это создание не снисходило до синтеза живой речи. Значит, это Дух. Величайшая загадка Вечных. Для него это снова – лишь повторение пройденного. Там, откуда он пришёл, нет никаких ЗСМ, нет никаких кораблей, нет даже миров в космическом пространстве. Но он знает, чем сегодня всё кончится.
Неподвижное тело Первого напряглось в липких тенетах силового кокона, упрятанного в н-фазных глубинах носителя. Ровно на мгновение. И тогда голубое сияние носового силового щита степенно отделилось от красноватой россыпи огней удаляющихся рейдеров, огромная машина ринулась к замершей в полной тишине и отчаянии планете.
Зачем я туда лечу? Чего жду оттуда услышать? Никто больше не позовёт на помощь, никто не расскажет, как тут всё было. Даже те, кто знает. Кандидат и Хронар… чем вы обернётесь для меня теперь… Защитник, ходовые генераторы на полную.
Рэдди проснулся против обыкновения как-то разом, с натужным вдохом выбрасываясь на поверхность напряжённого сна, ещё секунду назад захлёстывавшего его с головой.
Вот, даже в первый день долгожданного отпуска не дают поспать.
Сноп невыносимо яркого света щекотал ноздри, мешая мыслям вновь уложиться на дно сознания.
Пришлось подняться, под соскользнувшие простыни тут же забрался ветерок, оцарапал кожу студёным прикосновением – Рэдди основательно вспотел, пока валялся на утреннем припёке. И чего он ставни не закрыл, спрашивается?
Рэдди в последний раз вздохнул вслед ускользающему сну, что-то в нём было не так…
– Подъём!!!
Его крик вырвался на свободу, заметавшись меж деревьев. Ура! Тренированное тело пилота стрелой мелькнуло в сенях, так что дверь еле успела его пропустить.
Три круга вокруг дома, прямо так, нагишом. Прохладный воздух вокруг – со свистом, хлёсткие удары листвы по щекам, роса под ногами. Хм, ему казалось, что уже поздновато для неё. И сразу же, с разбегу – налёт на ягодник, автоматика в его отсутствие прекрасно справилась, кроваво-красные гроздья висели на крепеньких черешках, такие огромные, такие сочные… Ммм… Слюна во рту лилась потоком, яркий сок капал с кончиков пальцев ему на колени, пока Рэдди тянулся к очередному плодово-ягодному чудовищу.
Эх! Прыжок под собранный в стороне самодельный душ исторг из его груди второй вопль – вода в бочке была ледяная. Какого рожна домовой сегодня над ним так издевается? Прыгая на одной ноге и скрипя заледеневающими суставами, Рэдди дурным голосом поминал всех тех отщепенцев и моральных уродов, которые избаловали его личный дом вместе с его обитателями, запихали в его глупую внутренность всяких банальностей про близость к природе и закаливание. На кой ляд ему сдалось это всё, он и на орбитальной Базе ПКО от начальства регулярно получал по разнарядке требуемую дозу дискомфорта, но тут! Дома! Терпеть эти издевательства!
Рэдди выскочил из-под издыхающе булькающего потока воды. Фу, еле дотерпел.
Пилоту заатмосферного истребителя необходима ежедневная порция тренировок, мышечные и нервные реакции требовали постоянной шлифовки, и лучшее для этого время – раннее утро, когда организм отдохнул и готов к максимальным нагрузкам, но в этот день Рэдди решил оставить это всё на вечер. Ну его, этот распорядок. Сегодня его планы были далеки от служебных обязанностей.
Завтракать тоже не хотелось, однако увидев выдвинувшийся ему навстречу поднос с ароматной яичницей с дольками свеженарезанного сладкого перца и морковным салатом, он не утерпел и разом очистил тарелки.
Надевая шорты и лёгкую майку, Рэдди краем уха прислушивался к бормотанию невесть откуда исходившего голоса: «ну вот, а то налетели тут, распорядки нарушать», странно, откуда у тривиального домового в репертуаре такие изыски речи? Или он, несмотря на особо наговорённый запрет, всё-таки слушает ночами инфоканалы? Открутить приёмный контур и отдать на растерзание лесным зверям!
