Читаем без скачивания Вернувший к свету - Наталия Романова

– Не знаю, – честно ответила я.

– Приглашаю тебя в ресторан, – без обиняков заявил он, можно сказать, поставил в известность. – Знаю одно камерное местечко, думаю, тебе понравится.

Глава 4

Время до четверга тянулось долго и совершенно бесполезно. Я осваивалась в квартире, переставила кое-какие мелочи на свой вкус. Попыталась сдвинуть диван ближе к окну, тем самым освободив пятачок свободной площади для детского столика, поняла, что это мне не под силу. Что ж… пока так.

Выходила на улицу, рефлекторно стараясь не отходить далеко от дома. Шестым, иррациональным чувством боялась удалиться чуть дальше условно обозначенных границ в голове, будто постройка из красного кирпича – моё временное пристанище – гарантирует безопасность. Усилием воли заставляла себя пробираться дальше, обследовать окрестности, заходить по пути в магазины.

С крошечными торговыми точками, больше похожими на лавчонки коробейников, проблем не возникало. Я могла видеть происходящее в магазине почти с любого угла. Одновременно в поле зрения попадали касса, прилавок, выход.

С супермаркетом, который располагался в одной автобусной остановке от дома, дела обстояли намного хуже. Психолог предупреждал о подобном, но я не думала, что всё окажется настолько… пугающим. До дрожи в коленях, до пересохшего рта и холодного пота по спине.

Первый раз я смогла дойти до входа. Увидела ряд тележек, составленных у стены, тут же поспешила на выход. После почти сорок минут гуляла по небольшому скверу напротив, считая шаги и дыхание, чтобы преодолеть внутреннюю панику. Почему я веду себя как истеричка?

Да, случилось. Да, страшно. Но жизнь продолжается. Жить я обязана, и жить полноценной жизнью. Насколько позволит здоровье и финансы. Ради Кирюши. Зачем ему мать, которая не в состоянии зайти в торговый центр с супермаркетом на первом этаже? Которая не сможет элементарно купить молока, масла, каши, хлеба, не говоря уже о менее значимых, но всё-таки важных вещах.

Второй раз продвинулась чуть дальше, до конца овощного отдела. Сразу у холодильников с молочными товарами позорно ретировалась. Как выскакивала на улицу, не вспомнила даже через сутки.

В итоге на третий день, с утра, мне удалось неспешно выбрать полкило ненужного мне картофеля, авокадо, взять литр молока, десяток яиц. Пройти в рыбный отдел, прицениться там. Отстоять очередь из трёх человек, расплатиться и почти неспешной походкой выбраться на улицу.

Правда, кассирша несколько раз озадаченно на меня посмотрела, поинтересовалась, всё ли в порядке, не нужна ли мне – бледной, трясущейся, со струйкой пота, стекающей у виска, – помощь. Я молчаливо отказалась и, довольная собой, вышла на улицу. Маленькая, такая важная для меня победа!

Что ещё? Несколько раз в день звонила родителям. Отец, который всегда был противником новых технологий, тем более интернета, осваивал подаренный соседями смартфон. Не всегда удачно получалось, но с трёхлетним внуком они составляли вполне бодрую команду, готовую к новым открытиям.

Видела маму. На экране она смотрелась неважно, говорила с трудом, растягивала слова, но всё-таки это было значительно лучше ожидаемого. С Кирюшей она лепила снеговика, снежных человечков, крепость, в которой «ни один бандит» их не достанет. Слова о бандите принадлежали Кирюше, они заставляли болезненно сжиматься сердце. Маленький, как же сильно он испугался в тот день, сколько перенёс потом. Мой крошечный, храбрый мальчик.

Отец, естественно, настаивал на том, что мне нужно немедленно возвращаться домой. Нажилась самостоятельно – хватит! Сама чуть не погибла, едва дитя не погубила. Ради чего? Денег? Есть у него деньги! Не миллионы, конечно, но на жизнь довольно. Особенно если ужаться, на ерунду не тратить, лишнего не покупать.

Например, бесконечные игрушки, бестолковые сладости для Кирюши. Наряды для себя. Пара платьев, верхняя одежда по сезону – того и хватит. Не перед кем, а главное – незачем форсить. Нафорсилась, достаточно! Бог же своей милостью не оставит. Поможет.

Я не могла себе позволить полагаться на божью милость. Я выжила, мой ребёнок был цел, здоров, в безопасности. Отец и мать в относительном, но ведь в здравии. Большего не просила и не ждала.

Чтобы не провоцировать лишние волнения, сказала родителям, что попробую найти работу по силам, но усердствовать не стану, если за пару недель не сложится – перееду в родной посёлок. Действительно, если не шиковать, то прожить можно. Не стану больше испытывать судьбу.

Для себя же составила план: ищу работу, неважно, насколько по силам – выдюжу, выстою, выживу. При первой возможности заберу сынишку.

Во-первых, я до боли, до наворачивающихся слёз скучала по родному человечку. Во-вторых, родителям, особенно маме, будет легче без обузы. А дальше… жизнь покажет.

Необходимо маме санаторное лечение устроить, оплатить реабилитацию. Кирюшу на спорт отдать, на карате или гимнастику, неважно, для здоровья, чтобы друзей нашёл. Начал жить обычными для трёхлетки заботами: мультфильмы, игрушки, шумные дни рождения с аниматорами. К логопеду нужно записаться, к психологу походить, чтобы перестал строить «крепость от бандитов».

Вот об этом и решила думать. Простой, незатейливый план. Исполнить бы… Сил не хватало даже на двухчасовую прогулку. Паника охватывала часто, буквально на пустом месте. Любой резкий звук заставлял холодеть, цепенеть, сжиматься. И всё-таки, вопреки собственным страхам, я была твёрдо намерена начать жить полной жизнью.

Деньги сами себя не заработают. Сын сам себя не вырастит. А значит, как поется в нашумевшей песне «Чего ждать? Встала и пошла!»

В простом, как три копейки, плане я оставила огромное слепое пятно в пункте «личная жизнь». С одной стороны, думать об этом аспекте было до боли смешно. С другой – не думать становилось сложно.

Приглашение Алексея Викторовича было в силе. Оно было реальностью, не плодом воображения, не галлюцинацией, как и его сообщения в течение нескольких дней.

Сообщения совсем простые, ненавязчивые. Пожелания доброго утра, спокойной ночи, забавные картинки, мемы. Иногда я ощущала себя старшеклассницей в разгар виртуального романа. Вернее, я думала, что именно так должна себя чувствовать совсем юная девушка, получающая сообщения и комментарии от молодого человека.

У меня такого опыта не было. В пору своей юности я опасалась смотреть в сторону парней, да и они обходили меня стороной. Не помню, чтобы переживала из-за этого. В начальной и средней школе стало не до глупых мальчишек. Умных, по моему тогдашнему убеждению, среди них не встречалось. К старшей я знала одно: мне необходимо вырваться из родного посёлка любыми способами. Поступить учиться в институт или колледж было самым простым вариантом. Родители, несмотря на свои убеждения и воспитание, никогда не возражали против моей учёбы. Бог даст – всё получится.

Можно сказать, что в свои двадцать восемь лет я переживала свой первый школьный роман. Второй роман у меня был, третий тоже, даже брак за плечами имелся, а вот школьного – с глупыми записками, смайликами-сердечками, мечтаниями среди ночи – не случалось.

Я отлично понимала, что Алексей Викторович – не старшеклассник. Точный возраст я не узнавала, он точно был старше меня лет на пять, может быть, больше. Значит, его интерес совершенно понятный и лежит вдалеке от пряничных «валентинок». Как же мне было невыносимо жаль, что я не могла этот интерес поддержать.

Не могла, но ведь поддерживала!

Тем, что отвечала на сообщения. Отправляла голосовые. Наслаждалась каждой секундой общения, не хотела прекращать его, хоть и понимала, что неслась в чёртово никуда. В пропасть… Хотя, ведь я бывала на краю пропасти, заглядывала бездне в глаза. И глаза Алексея Викторовича абсолютно точно не похоже на то, что я видела.

Одно крошечное разочарование совершенно точно меня бы не убьёт – примерно такие мысли я крутила в голове, когда решила принять приглашение в ресторан.

Чем бы ни закончилась эта авантюра, мне было важно выйти из дома, нацепить маску здорового человека, интересной женщины, постараться сделать вид, что моя нормальная жизнь продолжается.

А значит, следовало отыскать, в чём отправиться «на свидание». Становилось неловко от одной мысли, что я позволила себе фривольные мыслишки. С другой стороны я понимала, что это мой осознанный выбор, если хотите – план по спасению утопающего руками самого утопающего.

Единственное платье, подходящее случаю, стало мне безбожно велико, это было видно без примерки. Когда я вздыхала над своим