Роза! Девушка напарника, призрак бывшей одесской дамы для удовольствий! Ей злодей точно ничего сделать не сможет, а уж женщина она на все сто процентов с хвостиком!
– Ты гений!
– Я и не сомневалась. Подкрасим, вещи подходящие подберём… и стар, и млад слюни до колен пустят, чем хочешь поклянусь, – скромно потупилась Маша, водя носочком тапочка по воздуху. До пола она не доставала из-за маленького роста. – Но я с тобой. Обещаю никуда не лезть и ни во что не вмешиваться. Ну возьми, пожалуйста… Очень хочется всамделишного маньяка увидеть.
Спорить казалось бесполезным, да и не хотелось. Давить на домовую авторитетом, запрещать и не пущать означало её расстроить. Зачем? Пусть рядом покрутится. Будет хоть с кем поболтать по ходу длительной прогулки вдоль ограды. Если что серьёзное начнётся – хвостатую можно оставить на улице. Подождёт, вперёд всех не полезет, за это Иванов не переживал. Трезвость девичьего рассудка хоть и соперничала с её взбалмошностью, но пока побеждала.
Потом на злодея посмотрит. Главное, было бы на кого смотреть.
Свербело другое.
– Маша! – ухватив блуждающую мысль за шиворот, объявил Сергей. – Про участие Розы – молчок. Не надо никому знать о ней. Всякое случается. Пусть побудет козырным тузом в рукаве.
– Кому я проболтаюсь? – изумилась домохранительница. – Фролу Карповичу?
– Там не только мы с Антоном будем, но и Лана. Она тётка, наверное, хорошая, только… не её ума дело. Понимаешь?
– О-о-о, – до неё наконец дошло. – Под пытками не признаюсь. Хорошо ты придумал. Я эту Лану не люблю. Заочно. Вечно она тобой крутит-вертит как хочет. Известны мне такие дамы. Беда одна от них.
– Рад, что договорились. Предлагаю Швеца с Розой в гости позвать, прямо сейчас. Ставь чайник…
… Предложение Маши чета призраков встретила по-разному. Бывшая проститутка – с восторгом, фактически вибрируя от предчувствий новых впечатлений, её спутник – недовольно. Антон не то чтобы сильно возражал, однако смотрел на перевозбуждённую от собственной гениальности домовую с неодобрением.
Для придания веса своим словам кицунэ попросила Швеца превратиться в девушку, пройтись, а потом долго, со вкусом критиковала и его походку, и манеру держаться. Про запись в телефоне она тактично умолчала.
Роза её горячо поддерживала, указывая на всё новые и новые недочёты в образе, чем страшно засмущала своего кавалера. Он стоял злющий на весь мир, понуро опустив голову и неумело отбивался от женских нападок.
Причина изначального недовольства Антона вполне хорошей идеей вскрылась быстро, едва инспекторы, оставив дам, вышли на балкон, покурить.
– Ну и на кой вы всё это устроили? – скрипуче, сдерживая рвущуюся наружу досаду поинтересовался напарник.
В воздухе запахло ссорой.
– Объяснись, – сдержанно попросил Сергей, не понимая, в чём он провинился. – В чём дело?
– В Розе. Я её берёг от наших дел, как мог. Чтобы не лезла. Она, знаешь ли, любопытная сверх всякой меры.
– Да? Никогда бы не подумал. Обычно сдержанная…
Швец горько вздохнул от подобной наивности. Затянулся, уставившись на вечерние окна дома напротив.
– Воспитание такое. На людях – скромна до чопорности. Но один на один – вулкан, а не женщина. Эмоции через край прут. Давно меня достаёт с желанием поучаствовать в расследовании. Машкой тычет. Та ей нажужжала про свои приключения, теперь и моей даме сердца приспичило развеяться, в детектива поиграть.
Горечь Швеца пока оставалась непонятной. Ну сходит с ним разок его вторая половинка, ну повосхищается однообразием сыскного бытия, погуляет в ботсаду. Глядишь, весь этот флёр таинственности и сериальности разом слетит. Оно по началу интересно, захватывающе, а недельку без толку побродишь по одним и тем же аллейкам – озвереешь от нудности. Кому хочешь такая романтика обрыднет.
С другой стороны, призрак не идиот и сам всё прекрасно понимает. Значит, есть закавыка.
– Проблема в чём? – спросил напрямую Иванов.
– Задолбает, – трагично признался напарник, облокотившись локтями на край балконного ограждения и до половины высунувшись в открытое окно. Посмотрел на небо. – В ней энергии на атомную станцию. Один раз возьму с собой, потом не отстанет. Оно нам надо?
Множественное «нам» очень не понравилось Сергею. Он чувствовал: Швец говорит чистую правду так, как понимает её сам. И перспектива в виде вечно шляющейся хвостиком Розы тоже не радовала.
Причин для этого имелось более, чем достаточно. Главная – бывшая специалистка по платной любви не служит в Департаменте. А отсюда вытекало многое: от вопросов по правомерности её присутствия до банального риска от незнания специфики работы. Сунется не туда – и кранты Розе. Или на сильного беса нарвётся и тот над ней по полной программе поизгаляется, или в новое рабство к колдунам вляпается.
С домовой было попроще. У той хватало мозгов не влезать без спроса не в свои дела, а если и приходилось участвовать, то… Иванов скрипнул зубами, припоминая бурную деятельность добровольной помощницы везде, куда её приглашали для помощи. Бр-р-р… Пусть в зрителях побудет.
– Угадай, сколько раз я слышал: «Почему Маше можно, а мне нельзя?» – задал полуриторический вопрос Антон, с сожалением отваливаясь от окна.
– Без понятия, – буркнул Сергей, начиная стыдиться их с кицунэ энтузиазма.
Они ведь как лучше хотели, а получилось… хуже, чем как всегда.
Швец раздражённо признал:
– Правильный ответ. Я тоже без понятия. Не считал. Слишком большое бы число получилось… А теперь угадай, что будет, когда я прогнусь? Точнее, считай, уже прогнулся. Отказать Розе, после ваших спичей, хрена с два получится. Одна надежда – щупатель наш дома посидит лишних несколько дней, а там, глядишь, и надоест моей красавице вся эта чехарда. Успокоится, поостынет, отстанет, и заживу я по-прежнему, даже ещё лучше. Осталось придумать, как этого добиться.
Необычные ситуации требуют необычных решений. И одно у Иванова имелось. Затушив окурок, он с жаром зашептал на ухо напарнику:
– Тот, кто нам мешает, тот нам и поможет! Помнишь, из «Операции Ы»? Короче, запоминай…
***
… В кухне торжествовала домовая. Взобравшись на табурет, она с жаром, в лицах пересказывала подруге своё путешествие по старым отопительным коммуникациям, перечисляла увиденные ей кости в древнем пристанище нежити, заговорщицким полушёпотом описывала мерцание фонаря в кромешной тьме. Та лишь ахала, жутко завидуя рассказчице, живущей столь насыщенной жизнью.
Едва завидев инспекторов, девушка призвала их в свидетели своих приключений:
– Вот они подтвердят! Так всё и было! Мрак кромешный, черепа-а-а, – переигрывая, прогудела рассказчица, для большего эффекта делая замысловатые пассы обеими руками и вензеля хвостом. – А я одна-одинёшенька…
– Это ты про драку в кустах с Фролом Карповичем? – невинно уточнил призрак, мечтавший хоть чем-то насолить Маше за её инициативность. – Ту, где ты на него без штанов врукопашную ходила?
Стремительно наливающиеся гневным пурпуром щёчки кицунэ оказались красноречивее любых, даже самых едких, фраз. Про такие подробности она явно умолчала. Вздёрнутые брови Розы подтвердили предположение.
– Тоша, ты о чём? Какая драка? – вежливая подруга попыталась перевести разговор в более мирную плоскость. –
