врачом работал. А я подумал, что вы художник. Так хорошо когти нарисовали, с растушёвкой.
– Да уж расстаралась. Когда в школе училась, ходила в студию. Мне как видения эти пошли, я рисовать стала. Вроде фантазия и фантазия. Сама-то всегда думала, что психиатрия по мне плачет, потому и в медицинский пошла. Не представляете степень моего удивления, когда прочитала ваше объявление. Неделю думала, отвечать или нет. Все подставу какую-то подозревала.
– Ну, какая тут возможна подстава. А помните, для чего, как использовались? И почему шесть пальцев?
– Шесть? Так их и было шесть. Как оружие использовалось, наподобие кастета. Я даже хотела своим зекам идею кинуть, что-то подобное изготовить. Была интересна боевая эффективность.
– У вас есть свои зеки?
– Ну, это не та тема, ради которой вы приехали, не так ли?
– Да, конечно, извините. А как я понимаю, у вас имеются и другие рисунки из той жизни?
– Имеются.
– Покажете?
– Поговорим, подумаю. Может, покажу.
Анастасия Петровна смотрела не улыбаясь.
– Вы с детства помните, а меня вот только пару месяцев назад проперло. Началось с зубов. Вспомнил, что когда-то были ядовитые, и приходилось яд сцеживать. Дальше больше, картинки пошли из той жизни. Я и решил соотечественников бывших поискать.
– И вы вот так сразу и поверили? И шизофрению себе не ставили?
Я улыбнулся.
– Этот этап давно прошел. Я по прошлым жизням большой специалист. И по земным, и по этим, рептилоидным.
– Хорошее название, – Анастасия Петровна наконец-то усмехнулась, – а я с детства все драконами или ящерами звала. А так даже на научность претензия. А почему вы решили, что не один такой, что и другие могут быть?
– Да я знаю. Нас много тут навоплощалось. Скорее удивительно, что романчика фантастического еще никто не тиснул.
– Да? И что же вы знаете?
– Я помню две жизни из той цивилизации. Одну из примитивных времен: дикари с копьями, другую с космическими кораблями. Собственно она меня сюда и привела, на Землю.
– Переселение? Во времена динозавров?
– Нет, война в космосе. Кто тут, рядом с Землей погиб, тут воплощаться потом и начал. Все дело в гравитации планеты. Если я правильно помню, наши в системе пол флота положили. Здесь нас тысячи должны быть.
– Ух ты! Я ничего подобного не помню. Мне видения были про цивилизацию вроде нашей, теперешней. В космос, может, и летали, но как мы сейчас: на Луну там, зонд на Марс. Я думала, все это на Земле, просто динозавры тоже разумные были. Потом их цивилизация погибла, вымерли типа. А так техника была, вроде самолетов, и танки были. Города современные. Ну и войны, да. Воевали все время. И поединки. Чуть что, сразу дуэль, особенно среди офицеров. Вот для дуэлей эти когти и использовались.
– А почему вы думали, что это Земля?
– Так пейзаж мезозойский. И динозавры, диплодоки эти. Их пасли, как скот. Ели потом.
– Это доплы, да на диплодока похожи. Но ядовитость и пальцев шесть? Вроде не земная биология?
– Я тоже удивлялась. Но у меня же на грани шизофрения. Почему шести пальцам не быть? Мысль про другую планету мне в голову не приходила.
– А твари такие, на паровозы похожие, вам не запомнились?
– На паровозы? Живые? Нет. – Анастасия Петровна пожала плечами. – Ничего подобного не видела. Вот танки были, как положено, с пушкой, на гусеницах. Техника вроде нашей, я говорила.
– А памятники Великому Объединителю Племен не попадались?
Анастасия Петровна задумалась, покачала головой.
– Нет. Может, я в другой стране была? Стран там много было, и воевали все.
– Да, конечно, там история тоже тысячелетняя, и скорее всего, мы в разные окошки заглянули. А из Земных жизней ничего не помните?
– Нет, меня как в детстве эти динозавры торкнули, так я всю жизнь только про них и думаю.
– Рисунки покажете?
– Рассказывайте вашу историю.
– Чайник поставьте, пожалуйста, я бы еще кофе выпил.
Я рассказал, включая Египет, и даже пробежался мельком по некоторым наиболее ярким другим своим жизням.
– Вы наверняка тоже участвовали в той космической войне, раз на Земле стали воплощаться. По-другому сюда не перепрыгнуть, только смерть в условиях иной гравитации. По крайней мере, я так понял, – заключил я.
– Странно, а если космонавт погибает на планете, где никакой жизни нет, или вообще в открытом космосе?
– Отлично, постарайтесь запомнить этот вопрос, чтобы после смерти задать его Господу Богу, – усмехнулся я.
– А что, думаете бог один и на инопланетян тоже?
– А вы думаете, эти ребята неподконтрольные? Не обольщайтесь, нет свободы в природе. Всегда найдется кто-то, чье место в пищевой цепочке выше.
Анастасия Петровна пожав плечами, поднялась из-за стола.
– Принесу рисунки, – пояснила она.
Рисунков было много, три папки формата А3. У меня закружилась голова.
Лица, фигуры, мужчины, женщины, дети. Здания, техника. Назначения некоторых сооружений и предметов я не мог даже приблизительно определить. В карандаше, акварели.
– У вас определенно талант! – воскликнул я. – Вы не пытались выставляться?
– Вы первый человек, который это видит. В детстве только родители. Отец велел никому не показывать. Чтобы в психи не записали или еще чего хуже. Я ведь им рассказала, что не выдумываю, а как виденья вижу.
– Что же хуже психов может быть? – удивился я.
Анастасия Петровна не ответила.
– А вот это загон для доплов, – я взял очередной рисунок. – А это трибуны уже для охоты, нет не охота, что-то вроде боя быков, только вместо быка допл. Кто кого, ты его или он тебя. Помню, участвовал в таком.
Я перебирал рисунки.
Задержался на портрете девушки. Со спины, оглядывается в пол-оборота. Акварель. Длинный миндалевидный разрез глаза подчеркивает узкий горизонтальный зрачок. Рот чуть приоткрыт, блестит слюна на белоснежной эмали боевого зуба. Нервно расширенный абрис носового хода. Тщательно прорисован кожный рисунок. Я вгляделся: двойной фонтан! Королевских кровей. Хороша!
– Какая красавица, – улыбнулся я, – принцесса.
– Мне она часто виделась, – кивнула Анастасия Петровна. – Я ведь чувствовала себя там мужчиной, и что-то меня с ней связывало. Но, что, так и не поняла.
– За такую я бы не прочь и на дуэли подраться, – я отложил рисунок. – А ведь у них не было понятия красоты. С этой точки зрения на нее никто не смотрел. Только двойной фонтан на спине и имел значение.
Я возвращался в отель в такси сквозь сраную сибирскую январскую погоду. Дворники смахивали со стекла крупные хлопья.
– У вас есть план мистер Фикс?
– Нет.
– А цель? У тебя есть цель, дружок? За ким хреном ты поперся сюда истратив полтинник семейных средств?
– Ну, была цель получить подтверждение,
