Перед ними появилась молодая женщина, но на этот раз исключительной красоты. Прелесть ее лица подчеркивалась изумительным разрезом черных бархатных глаз. По плечам каскадом струились волны сияющих волос, казавшихся в свете ламп каштановыми. Аметистовый шелк обтягивал изгибы стройной фигуры. На талии поблескивал пояс из белого золота.
— Как приятно, что вы решили зайти, — промолвило удивительное создание нежным голосом, ласкающим слух. — Прошу вас, садитесь.
Мастер Бретильф и ученый Зир повиновались.
Парочка белых кроликов тут же принесла им чаши с благоухающей водой. Когда мужчины омыли руки, два черных кролика поднесли льняные полотенца. Все четверо появились из-под застланного роскошной скатертью стола и там же исчезли. Но, откинув складки ткани и заглянув под стол, Зир и Бретильф не увидели ни кроликов, ни чаш, ни полотенец, ни малейшего намека на какой-либо вход.
Вновь усевшись на стулья, мужчины увидели, что их прекрасная хозяйка уже сидит во главе стола. Спокойствие ее было исключительным.
— Храбрые воины, выбирайте, что бы вы хотели откушать. Манч и Джансон вас обслужат.
Ожидая появления очередных кроликов, Бретильф и Зир смешались, когда вдруг из букета бледных цветов на южном конце стола на задних лапах вышла удивительной красоты белая длинношерстная кошка. Почти в то же мгновение с северного конца стола появилась черная короткошерстная собака и встала у кресла Зира. Она тоже передвигалась на задних лапах и была столь большой, что голова ее была на одном уровне с головой сидящего Зира.
Зир сделал над собой усилие и обратился к диковинному зверю:
— Добрый вечер, Джансон. Если вы позволите, я бы…
— Как вам будет угодно, господин, — ответил пес. — Я прочел ваши мысли.
И, взяв на столе нужные приборы, принялся с удивительной точностью нарезать на тарелку птицу, которую хотел попробовать Зир.
Закончив, Джансон подошел к Бретильфу и, не спросив ни слова, передними лапами положил ему на тарелку салат и кусок пирога. Тем временем кот по имени Манч наполнил хрустальный бокал Бретильфа вином и теперь направлялся к Зиру, чтобы налить в серебряную кружку пива.
В этот момент в залу через высокое окно бесшумно влетели три белые совы. Усевшись на золотые жердочки, трио завело спокойную, приятную мелодию под аккомпанемент трех черных птиц, похожих на ворон, которые проникли через открытую дверь усадьбы. Одна из них когтями била в барабан, вторая играла на маленькой арфе, перебирая струны крылом, а третья звонко насвистывала.
Зир и Бретильф некоторое время молча ели и пили.
В конце концов Бретильф обратился к другу:
— Неужели мы сошли с ума?
— Думаю, да, — отозвался Зир, махнув рукой. — Наверное, это действие чар, или нас чем-то опоили еще в городе.
— Или же это сон, — повернулся Бретильф к их прекрасной хозяйке, которая отщипывала кусочки шербета, запивая их вином. — Вы согласны, мадам?
— Вся наша жизнь сон, — ответила она с улыбкой. — Кажется, именно так было кем-то сказано.
— Так вы философ, госпожа, — встрял Зир.
— Нет. Я ведьма. И зовут меня Звезда Измарель.
Отложив в сторону серебряные ножи и отставив кубки, воины встали.
— Ведьма. Боюсь даже представить, что нас ожидает, — промолвил Зир. — Мы должны отправляться дальше.
— У нас срочное дело в замке, — продолжил Бретильф. — Включающее в себя рок и ужасную погибель.
Звезда Измарель кивнула:
— Столь многие следовали этой дорогой навстречу судьбе. И мало кто слушал мою посланницу Лое.
— Возможно, в отличие от нас они знали ваше истинное занятие, ведьмовство, и были слишком… почтительны, чтобы зайти. В городе и в лесу достаточно колдовства. Даже самых отчаявшихся людей, и мы в их числе, это делает более чем осторожными, — произнес Зир.
— Прошу вас, не обижайтесь на нашу откровенность, — закончил Бретильф.
Но Измарель не обратила внимания на их слова и продолжила, когда гости смолкли:
— Из тех, кто выслушал Лое, никто еще, заподозрив ловушку, не осмелился войти в мой дом. Были и другие, увидевшие Лое, но не сумевшие разглядеть мои ворота и все, что за ними. Чтобы замечать такие вещи, нужны особые дарования, господа. Но все равно кролики, кот и собака ждали их за столом. Совы исполняли музыку. Что уж говорить о присутствии моей скромной персоны.
— Мужчина, не увидевший вас, прекрасная госпожа, — промолвил Зир, — должно быть, слепец, или же с ним еще что-то не так.
— Мужчина, не увидевший вас, Измарель, должен быть мертвецом, — подхватил Бретильф.
— Однако, — добавил Зир, — мы должны идти.
— Опоздать на встречу с судьбой было бы проявлением худших из манер, — закончил Бретильф.
Не обращая внимания на их слова, Измарель задумчиво произнесла:
— Я знаю, какое задание вот уже много месяцев навязывает Фальшивый принц Кашлории тем, кто нарушает его законы: украсть Мантию, побеждающую войны. Но это безнадежное предприятие. Навстречу предназначенной судьбе отправлялись воины безграничной храбрости. И среди них — тринадцать женщин изумительных боевых качеств и мудрости. Но все погибли, и мужчины, и женщины. И это правда, что каждый из них встретил кошмарную смерть. Например, — зловещим голосом продолжила Звезда Измарель, — на поиски Мантии была отправлена чаровница меча Шайи из Красной пустыни, умертвившая двоих стражников, которые воспылали к ней неуместной страстью. Шайи была очень известна своими военными талантами, не говоря уже о пытливом и живом уме. Говорят, она могла за двадцать минут написать оду, достойную пера величайших поэтов. Или за пару биений сердца сложить непристойную песенку. Она даже во сне отгадывала загадки. А еще она была искусным вором: поговаривают, что именно она украла знаменитый изумруд Галло, хотя и отдала его потом покинутому возлюбленному. Но даже Шайи вернулась из того злого замка мертвой, причем по частям, каждая в маленькой коробочке. Исключением стали ее изящные белые уши: их пришпилили на крышку, изобразив крылья бабочки.
Зир молча изучал свои башмаки. Бретильф с трудом прочистил горло.
Наконец Измарель хлопнула тонкими руками. По сигналу все огни в усадьбе погасли, испарились все запахи, исчез обед, смолкла музыка. Тявкнул пес, пискнул кролик, мяукнул кот. Раздались барабанная дробь и дребезжание струн, когда птицы сорвались с жердочек и быстрее ветра вылетели в окно и двери. В зале стало темно, как в бочке с дегтем. Лишь звезда в саду испускала свет.
— Бретильф, ты можешь хотя бы пошевелиться?
— Нет, Зир, не получается. А ты?
— И я не могу.
— Отдыхайте, друзья мои, — промурлыкала ведьма. — За ваш ум и бесстрашие я подарю вам иную судьбу.
