ты делаешь вид, что сражаешься, пока внутри уже готовишься к вечной темноте?
«Знаю», – отвечала я сама себе. – «Я знаю это чувство».
Такое произошло с нами при захвате банка.
Наша искра потухла.
Осознание, что люди, которые вели за собой целое движение, навечно исчезли, пошатнуло настрой операции. Черт, да даже Джулиан или Зейден, которые знали наших родителей от силы несколько месяцев, выглядели потерянными. Что говорить о тех, кто шел за ними с основания движения? Что говорить о тех, для кого они стали семьей? Что говорить об их родных детях?
Что говорить о нас?
Соберись!
Когда Регулус вновь атаковал меня, я упала на пол и совершила подсечку. Он не ожидал этого, поэтому потерял равновесие и грузно повалился на бок. Оседлав его, я занесла руку для удара. Костяшки вспыхнули болью, когда встретились с его челюстью. Затем еще раз. И еще раз.
Регулус засмеялся и сплюнул на пол кровь.
– А знаешь, что еще ты пропустила? – Мой кулак на секунду замер. – Как думаешь, почему вам не отвечал один из отрядов? Тот, который взял в заложники миротворцев?
Я сразу же поняла, о чем идет речь.
Отряд Джакса.
Улыбнувшись, Регулус прошептал:
– Потому что твоего друга больше нет. Как и той девчонки, с которой вы учились. Они. Все. Мертвы.
Когда я в потрясении замерла, Ланцет перевернулся и прижал меня к полу. Его рука стиснула мое горло так крепко, что я начала задыхаться. Водянистые глаза впились в мои, когда я начала царапаться и пытаться выбраться из его хватки.
– Ты лжешь! – выплюнула я.
– Мальчишка Алькастер видел его собственными глазами. О, как же твой дружок плакал, когда ему вводили сыворотку, – злорадствовал Регулус, брызжа слюной. – Он знал, что станет нашим рабом. Он сам вынес себе мозги по одному приказу мисс Марлоу. И так будет с каждым. Все вы – наш расходный материал!
Я призвала силу и пустила по его рукам молнии, но…
Их не было.
Меня охватила паника. Только сейчас я почувствовала в шее иглу. Сыворотка. Мне не подчинялась ни сила сокрушения, ни сила созидания. Ничего. Абсолютная пустота.
– Кси! – В затуманенное сознание проник голос Крэйтона. – Катана! Позади тебя!..
Скосив взгляд, я увидела развешанное на стене оружие. Слишком далеко. Если бы я обладала эфиром телекинеза, то могла бы притянуть его. Но Регулус не лишил меня контроля над сознанием. Он просто отключил мою силу.
Вдруг щеку обожгла пощечина.
– Смотри на меня! – прорычал Ланцет, сильнее сжимая мою шею.
я задыхалась
задыхалась
задыхалась
Позади раздался металлический лязг. Вопреки приказу Ланцета мой взгляд нашел Крэйтона. Он стоял на лестнице с поднятыми руками. Я почувствовала, как его энергетическое поле разрастается, а сила эфира медленно движется в мою сторону.
– Раз… – произнес он одними губами. – Два…
Я вытянула руку.
– Три!
В ладонь тут же скользнула рукоять катаны.
Через мгновение лезвие с чавканьем погрузилось в тело Регулуса. Я зарычала сквозь стиснутые зубы, погружая острие всё глубже, глубже, глубже. Глаза мужчины округлились, словно он не мог поверить, что его ранили.
Что я его ранила.
– Как ты… Ах…
Я оттолкнула с себя его тело и быстро поднялась на ноги. Затем занесла катану над головой и, сделав медленный выдох, полоснула лезвием по шее Регулуса. В лицо брызнула горячая кровь.
Я начала кромсать его, как на скотобойне.
– Это за маму.
Взмах.
– Это за папу.
Взмах.
– Это за Джакса.
Взмах.
– Это за Силию.
Взмах.
Отбросив с лица слипшиеся от крови волосы, я вогнала лезвие в его сердце и несколько раз провернула.
– Это за Роксанию. А это, – я замахнулась и совершила последний удар, – за моего будущего мужа!
Голова Регулуса отделилась от тела и, прокатившись по плитке, остановилась у моих ног. Отвратительные, мерзкие, гнусные глаза смотрели прямо на меня. Когда я занесла над его лицом ботинок, меня обхватили мужские руки и оттащили назад.
Я начала брыкаться, как вдруг сквозь запах крови в нос ударил знакомый аромат морской волны и дыма.
Развернув меня к себе лицом, Кай обхватил ладонями мои щеки. Я мгновенно пришла в чувство и бегло осмотрела его на наличие ранений, но ничего смертельного не заметила. Сердце замедлило ритм, когда я окунулась в ониксовую бездну его глаз.
– Черт, ты вся в крови, – выдохнул он, и я слабо улыбнулась, впервые за несколько месяцев услышав его голос. Боже, как же сильно я по нему скучала. Просто до безумия.
– Это не моя.
– Я догадался. – Он прижался своим лбом к моему. – Прости, что не успел раньше, дорогая. Крэйтона и Рейвен перехватили, поэтому мы с Роксанией разбирались с Советом. Эти ублюдки прятались в хранилище.
– Я не нуждаюсь в твоей постоянной защите, Кай.
– Я знаю, но от этого мне не легче.
Он притянул меня в свои объятия, а я вцепилась пальцами в его рубашку, впервые за нашу разлуку чувствуя себя в безопасности. Удивительно, как присутствие одного человека может успокоить тебя, когда ты готов развалиться на части.
Только сейчас я заметила, что битва прекратилась. Найдя взглядом потрепанных Астрид и Джулиана, услышала громкий лязг, от которого пошатнулось всё здание. Входные ворота опустились, отрезав нас от остального мира. Феникс выполнил свою часть плана.
– Скажи… – прошептала я, слегка отстранившись от Кая и закусив нижнюю губу. – Это правда? Про Силию и… Джакса?
По его взгляду, наполненному болью, всё стало понятно.
Из меня вырвался жалкий всхлип. Я до последнего не верила. Думала, Регулус солгал, чтобы сбить меня с толку. Думала, вскоре мы вновь встретимся: Джакс расскажет очередную сплетню о Таллии и Ашере, а Силия даст ему подзатыльник и велит заткнуться.
Я думала, у нас есть время.
Джакс.
Силия.
Папа.
Мама.
Их всех отняли у меня.
Кай сжал мои плечи, но я… просто не могла. Не могла держаться. Горькие слезы начали забивать дыхательные пути, когда на меня резко нахлынули сдерживаемые эмоции. От конференции. От сражений. От последнего боя с Регулусом, чья кровь заливала сейчас мое лицо.
– Дорогая, посмотри на меня… Пожалуйста…
Были ли у него дети? Что, если я тоже забрала чьего-то родителя?
Покачав головой, я с усилием отстранилась от Кая и побежала к лестнице. Перед внутренним взором мелькали отрывки – прошлого, настоящего, будущего. Ксивер из другого времени пережила пять лет опытов, но ее глаза горели огнем. Та девушка будто не была мной, потому что сейчас я чувствовала себя маленькой и беспомощной. Я снова стала прежней версией себя. Той, которую ненавидела всей душой.
Слабой.
Поднявшись на плоскую
