Читаем без скачивания Жизнеописание Сайфа сына царя Зу Язана - Эпосы

Практически именно Ясриб ведет дела государства, пока его капризный и тщеславный властелин носится с разными сумасбродными идеями. Ясриб вынужден умерять порывы Зу Язапа, однако, когда тот выражает желание завоевать Сирию, дабы «быть единственным в мире могущественным властелином», везир не противится этому, так как считает поход полезным для распространения ислама. Так «отредактирована» в религиозном духе одна из наиболее древних частей романа.

Эпические мудрецы при Сайфе – одновременно сказочные волшебники. Это отшельник шейх Джияд, обращающий Сайфа в ислам, рассказывающий ему о его происхождении и предназначении и помогающий ему добывать Книгу Нила; «поклоняющийся Аллаху» отшельник Абд ас-Самад, который помогает Акисе освободить Сайфа из подземелья; волшебник Ихмим, чья миссия заключается в том, чтобы передать Сайфу меч Сима; пророк Хидр, управляющий действиями добрых волшебников. В самых положительных тонах обрисован и волшебник Вурнух, «глава всех колдунов», первоначально огнепоклонник, который принимает ислам и начинает помогать Сайфу в его делах. Магическая сила колдуна-язычника от его обращения в «истинную веру» тотчас возрастает. Подобное «обращение» переживают ни во что не верующий волшебник Сансабан и другие.

Особую роль при Сайфе исполняет премудрая Акила, колдунья. Хитрая и умудренная опытом, она служит Сайфу, поскольку ей открылась его миссия, предначертанная Аллахом, достать Книгу Нила и повернуть Нил в Египет, а ведь, как говорится в романе, «против воли Аллаха не пойдешь». Есть у нее и другая, корыстная цель – выдать за Сайфа дочь Таму. Акила не слишком щепетильна: помогая Сайфу, она предает своего повелителя, царя Камеруна, весьма ловко обманывая и его, и колдунов поплоше. Вообще мудрая Акила уж совсем мало похожа на благочестивого наставника героя из эпоса, она скорее напоминает хитрого и изобретательного средневекового придворного.

Добрым волшебникам противостоят злые, ненавидящий ислам и всячески пытающиеся погубить Сайфа, о великом предназначении которого они хорошо осведомлены благодаря гаданиям и знамениям. Это, прежде всего, советники эфиопского царя Сайфа Арада и его вассала Афраха, гнусные злодеи – братья Сакрадион и Сакрадис. Изображая их, автор (авторы) предельно сгущает краски. Напомним, что злой советник правителя – традиционный отрицательный персонаж арабской городской прозы. Сакрадион и Сакрадис плетут интриги против Сайфа, направляют против него целый сонм колдунов и волшебников, дают советы врагам Сайфа и даже его злодейке-матери. Вполне вероятно, что греческое звучание их имен явилось отголоском войн мусульман с Византией. Сакрадион и Сакрадис пытались погубить еще отца Сайфа – Зу Язана, но везир эфиопского царя, благочестивый мудрец из Хиджаза[24], вовремя предостерег его. Рассказчик постоянно награждает Сакрадиона и Сакрадиса эпитетом «проклятые» и не только заставляет их позорно бежать с поля боя, но при этом еще вкладывает в их уста постыдное утверждение, что «лучше пережить позор, чем лишиться жизни». Интересно отметить, что действия «проклятых» Сакрадиона и Сакрадиса мало чем отличаются от действий «мудрой» Акилы и некоторых других помощников Сайфа, которые также не гнушаются весьма коварными средствами для достижения своих целей. По существу, Сакрадион и Сакрадис всегда правы в прогнозах и опасениях и действуют в интересах своего правителя, так же как советники Сайфа ибн Зу Язана – в его интересах. Вся разница между «проклятыми» и «мудрыми» сводится к тому, на кого они работают: если на Сайфа – то «мудрые», если на его врагов – то «проклятые». Никакого нравственного критерия тут нет.

Столь же однозначно описан главный враг Сайфа, эфиопский царь Сайф Арад – язычник, поклоняющийся планете Зухаль[25]. Рассказчик награждает его всяческими недостатками: «он жесток и упрям, как дьявол», «он из тех, кто не даст никому попользоваться своим огнем», «вид его ужасает и устрашает», он хитер и коварен. Замыслив погубить еще отца Сайфа, царя Зу Язана, Арад посылает к нему Камарию. Зу Язан и правда погибает, но наследником его становится Сайф – предмет ненависти собственной матери. Когда Камария рассказала Сайфу Араду, как ей удалось заманить Сайфа в пустыню и погубить, тот, радостно улыбаясь, восклицает: «Ты хорошо сделала, такие, как ты, нужны в моем царстве, я вскормил тебя не зря!»

Не вызывают особой симпатии и другие выведенные в романе властелины: ни Камарун – царь города Каймар, пи повелительница Города девушек, ни царь великанов, ни Касим Жестокий, ни другие. Все они деспотичны, мстительны, коварны и наделены многими пороками. Даже принявший ислам Абу Тадж покушается на жену своего побратима Сайфа. В этих характеристиках чувствуется критический глаз горожанина, противопоставляющего «злым царям» своего героя – справедливого и добродетельного правителя.

Наиболее интересна из отрицательных персонажей романа мать Сайфа, злодейка Камария. Многократно в традиционных выражениях говорится о ее удивительной красоте, контрастирующей с ее темной и жестокой душой: «Эта проклятая была столь же прекрасна, сколь коварна». Движимая тщеславием, властолюбием и ненавистью к опасному сопернику, претендуя на трон и царство, Камария жаждет погубить родного сына и для достижения этой цели готова на любые злодеяния. Наряду с хитростью одно из ее излюбленных орудий – лицемерие. Она притворно принимает ислам и, изображая благочестие и покорность, выманивает у Сайфа волшебный талисман, которому подвластен джинн Айруд, и не раз вводит в заблуждение своего доверчивого сына. В обуреваемой ненавистью, мстительной, бесконечно изобретательной в своих кознях, но по-своему отважной Камарии есть своего рода демоническое величие. Не обладая ни богатырской силой воинов, ни таинственной властью волшебников, ни сверхъестественными возможностями джиннов, Камария тем не менее самый опасный враг Сайфа.

Вражда матери к сыну – ситуация предельно трагическая – не только является причиной значительной части злоключений героя, но и порождает в его душе ту нравственную коллизию, которая как бы обезоруживает его против козней Камарии (на чем, кстати сказать, проницательная Камария очень умело играет) и делает ее более сильным врагом, чем все его противники «из людей и джиннов». В борьбе справедливого гнева с сыновней преданностью и заповеданным законом – обычаем почитания матери, которые неизменно побеждают в душе героя, особенно ярко проявляются главные черты Сайфа – доверчивость, чистосердечие, доброта (порой даже чувствительность). Семикратно прощая свою коварную мать, он проявляет такое же неразумие в великодушии, как в других своих добродетелях – в отваге, любознательности и т. д., чем вызывает одновременно и возмущение и восхищение своих приближенных. Поэтому так драматична сцена гибели Камарии, в которой Акиса с помощью Тамы и при сочувствии всех приближенных Сайфа не просто карает коварную негодяйку, причинившую герою много страданий, но противоборствует самому герою, который сопротивляется казни матери преданной сыновней душой, а потом горько оплакивает ее смерть.

Особую группу образов составляет «гарем» Сайфа – его многочисленные жены. Их внешний облик описывается стереотипно. Все они красавицы, все «поражают стройностью стана», «затмевают луну и солнце» и т. д., отличить их друг от друга по этим описаниям невозможно. Однако по типам они весьма различны. Из эпоса в роман проникает дева-воительница – отважная и стойкая помощница героя. Такова в начале романа Шама, дочь воспитавшего Сайфа царя Афраха, ради которой он совершает в соответствии с эпической традицией великие подвиги. Шама «в обличье воина» отправляется вместо с Сайфом за головой Садуна, предварительно сама испытав силы героя в поединке. Линия первой жены Сайфа – традиционно эпическая, и, может быть, поэтому ее образ один из центральных в романе обрисован весьма условно и расплывчато. В иных эпизодах Шама вдруг «меняет амплуа» и предстает «девицей-красавицей», неспособной противостоять воле отца, который хочет выдать ее замуж сначала за марида Мухтатифа, а потом за царя Арада Громогласного.

Воительницей вступает в роман и Тама – дочь мудрой Акилы. Знаменательно, что ее знакомство с Сайфом начинается с поединка, в котором она, переодевшись воином, как и Шама, испытывает силы героя. В отличие от Шамы образ Тамы очень цельный. Страстная, ревнивая и решительная, она всегда верна себе и причиняет герою немало тревог и бед, добиваясь участи, предначертанной ей судьбой (Таме еще до встречи с Сайфом известно от ее матери, мудрой Акилы, что она должна стать женой Сайфа) и обещанной героем. Она крадет у Сайфа шапку-невидимку, покушается на жизнь его любимой жены Муньят ан-Нуфус, убивает другую его жену, Нахид (при этом спасая героя от очередных козней его матери), и постоянно грозит покарать прочих своих соперниц. Не случайно именно Тама выбегает с обнаженным мечом на помощь Акисе в сцене казни Камарии.