спросил Арсен.
Риггс откинул табурет, балансируя на двух ножках.
— Месяц? Может два? Я надеюсь получить другое задание и полететь прямо оттуда. Непал. Может Исландия. Кто знает?
Не ты, это уж точно, малыш размером с промышленный холодильник.
— Кристиан сегодня попросил папу и папулю о повышении, но получил отказ. — Арсен ввел Риггсав курс дела монотонным голосом. Я взял его японское пиво и выпил.
— Да? — Риггс хлопнул меня по плечу. — Может быть, это знак.
— Что я отстой в своей работе? — любезно спросил я.
— Пришло время замедлиться и понять, что в жизни есть нечто большее, чем просто работа. Ты сделал это. Тебе не грозит реальная опасность снова стать бедным. Отпусти ситуацию.
Легче сказать, чем сделать. Бедный Ники всегда будет жить внутри меня, поедая двухдневную кашу, напоминая мне, что Хантс-Пойнт находится всего в нескольких автобусных остановках и ошибках.
Я толкнул Риггса локтем в ребра. Табуретка встала на место. Он посмеялся.
— И дело не в том, что я не понял, — сказал я, ставя точку. — Они хотят, чтобы я устроил им показательное дело. Большая победа.
Арсен одарил меня жестокой ухмылкой.
— А я-то думал, что такое бывает только в фильмах с Дженнифер Лопес.
— Кромвель только что вытащил его из прямой кишки, чтобы выиграть время. Прыжок через еще один обруч ничего не изменит. Партнерство принадлежит мне.
Без меня Cromwell & Traurig была не более чем грудой кирпичей и юридических бумаг на Мэдисон-авеню. Но она все еще сияла как лучшая манхэттенская фирма "белого башмака", и уход из нее ради партнерства, даже во второй по величине фирме города, вызвал бы вопросы, а также чушь.
— Я так счастлив, что синдром «не той стороны пути» не заразен. — Риггс снова остановил Элизу, приказывая принести еше порцию. — Должно быть утомительно быть тобой. Ты полон решимости завоевать мир, даже если тебе придется сжечь его дотла.
— Никто не обожжется, если я получу то, что хочу, — сказал я.
Они оба синхронно покачали головами. Риггс посмотрел на меня с видимой жалостью.
— Это то, для чего ты предназначен, Кристиан. Позволь своим демонам разгуляться на свободе и посмотри, куда они тебя заведут. Вот почему мы друзья. — Риггс похлопал меня по спине. — Просто помни, чтобы стать королем, ты должен сначала свергнуть кого-то.
Я откинулся на спинку стула.
Головы покатятся, пускай. Но ни одна из них не будет моей.
ГЛАВА 3
Кристиан
Настоящее время.
Моя возможность доказать, что я достоин партнерства, представилась мне в следующий понедельник, завернутая в красный атласный бант, и просто ждал, пока я его разверну.
Это был божественный дар. Если бы я был верующим человеком, а для этого у меня не было абсолютно никаких оснований, я бы отказался от чего-то в Великий пост, чтобы выразить свою признательность вышестоящему начальнику. Не от чего-то критического, вроде секса или мяса, но, может быть, от подписки на винный клуб. В любом случае, я больше любил скотч.
— Здесь кое-кто хочет тебя увидеть, — объявила Клэр, младший сотрудник. Я видел ее на периферии, она постукивала в дверь моего кабинета, прижимая к груди толстую манильскую папку.
— Разве я выгляжу так, будто принимаю встречных? — спросил я, не отрывая взгляда от бумаг, которые просматривал.
— Нет, именно поэтому я отправила ее своей дорогой, но потом она рассказала мне, что заставило ее прийти сюда, и что ж, теперь я чувствую, что ты определенно должен проглотить свою гордость и выслушать ее.
Я все еще строчил на полях документа, над которым работал, не поднимая глаз.
— Заинтересуй меня, — рявкнул я.
Клэр изложила мне суть дела. Голые кости дела, как они были.
— Иск о сексуальных домогательствах против бывшего работодателя? — спросил я, бросая в мусорное ведро красный маркер, в котором закончились чернила, и зубами откупоривая новый. — Звучит стандартно.
— Не просто работодатель.
— Это президент?
— Нет.
— Судья Конституционного суда?
— Гм. . . нет.
— Папа Римский?
— Кристиан. — Она кокетливо шевельнула запястьем, ее хихиканье стало хриплым.
— Тогда для меня это недостаточно большое дело.
— Он сильный игрок. Известен во всех правых кругах Нью-Йорка. Несколько лет назад баллотировался в мэры. Друг каждого музея Манхэттена. Мы говорим о настоящей крупной рыбе. — Я взглянул вверх. Клэр провела каблуком шпильки по своей стройной голени, почесывая ее. Ее голос дрожал вокруг слов. Она пыталась подавить волнение. Я не мог винить ее. Ничто так не радовало меня, как знание того, что я вот-вот получу эффектное дело с сотнями оплачиваемых часов и выиграю его. Для прирожденного убийцы была только одна вещь более волнующая, чем запах крови, — запах голубой крови.
Отведя взгляд от своих записей, я уронил маркер и откинулся на спинку стула.
— Ты сказала, что он баллотировался в мэры?
Клэр кивнула.
— Как далеко он зашел?
— Далековато. Получил поддержку бывшего пресс-секретаря Белого дома, некоторых сенаторов и местных чиновников. Таинственным образом выбыл из гонки по семейным обстоятельствам за четыре месяца до выборов. У него была очень красивая, очень молодая, очень не его жена, менеджер кампании, которая теперь живет в другом штате.
Становится теплее . . .
— Верим ли мы оправданию семейных проблем? — Я погладил подбородок.
— Верим ли мы, что Санта скатывается по дымоходам и при этом умудряется веселиться всю ночь? — Клэр наклонила голову, надувшись.
Снова взяв свой маркер, я постучал им по столу, обдумывая это. Мои инстинкты подсказывали мне, что это именно тот, кем я его считал, и мои инстинкты никогда не ошибались. Что технически означало, что я не должен касаться этого дела десятифутовым шестом. Я был знаком с ключевыми игроками и затаил обиду на подсудимого.
Но "должен" и "мог" — это два разных существа, и они не всегда хорошо ладят.
Клэр начала перечислять все причины, по которым я должен принять это вторжение, как будто я был каким-то трижды преследующим скорую помощь, пока я не поднял руку, чтобы остановить ее.
— Расскажи мне об истце.
Забавно, каким замечательным был мой контроль импульсов во всех остальных сферах жизни — женщины, диета, физические упражнения, эго — пока дело не дошло до одной семьи. Риггс был неправ. Не о части демонов. У меня их было много. Но я точно знал, куда они меня приведут — к порогу этого человека.
Румянец Клэр стал еще гуще, когда она наслаждалась моим взглядом. Я сделал мысленную пометку трахнуть ее сегодня до беспамятства за этот знойный вид.
— Надежная, заслуживающая доверия и готовая к сотрудничеству. У меня сложилось впечатление, что она занимается адвокатской деятельностью. Это будет большое дело.
— Дай мне пять минут.
Клэр направилась к двери, но остановилась.
— Эй, сегодня вечером в Сохо
