ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Фонари уже освещали коридоры школы, когда Милдред отправилась искать Мод и Энид. Их не было в комнатах, поэтому Милли направилась во двор. Во время каникул Энид научила своего кота прыгать со стены на движущуюся метлу. К счастью для Энид ее кот был довольно смелым, в отличие от большинства кошек, которые не любят быстрые движения и опасность.
По неизвестной причине Шторм действительно наслаждался этим процессом и был счастлив, прыгая со стены на летящую вокруг двора метлу, а затем возвращаясь обратно на стену под руководством гордой Энид.
Мод, наблюдавшая за этим, была впечатлена.
— Мод! Энид! — крикнула Милдред.— У меня есть доказательства! Я могу доказать, что Этель украла мое заклинание!
— Минуточку! — сказала Энид. Она остановила метлу и приказала ей парить, Шторм получил передышку и лег.
— Мы можем поговорить об этом завтра? — спросила Мод уставшим голосом. — Сегодня был долгий день, и нам надо ложиться спать через двадцать минут.
— Нет, нет времени, Мод! — вскрикнула Милдред. — У нас меньше суток, чтобы исправить положение! Это Эйнштейн. Он был там все время, и он может говорить!
— Какой Эйнштейн? — воскликнули Мод и Энид вместе.
— Ой, простите, я забыла, — засмеялась Милдред. — Это черепаха. Он не хочет, чтобы его звали Спиди. Мы должны называть его Эйнштейн, иначе он не будет ни с кем разговаривать!
— Ты опять о том же, Милдред? — спросила Мод.
— Пойдемте со мной, — сказала Милдред, схватив за руку Мод. — Вам лучше своими глазами все увидеть и услышать, что он говорит. Тогда вы поверите. Я не спросила его, слышал ли он наш разговор с Этель на дереве и видел ли, что произошло. Этель, должно быть, специально сбила мою сумку, а я подумала, что это произошло случайно. Видеть он, скорее всего, не видел, но надеюсь, что слышал. Он должен был слышать! Я знаю, что он не спал, когда Этель приземлилась на дереве, потому что проверяла его перед этим. Это не займет много времени. Идем ко мне и спросим его вместе.
Милдред потащила Мод вверх по лестнице. Следом шла Энид с метлой и котом, парящими позади них.
Милдред вошла в комнату и заглянула в корзинку. Эйнштейна там не было. Трое подруг перевернули в комнате все с ног на голову, ища черепаху, но так и не нашли.
— Он может быть, где угодно, — сказала Милдред, стоя в дверях и осматривая освещенный фонарями коридор. — Возможно, кто-то забрал его.
— Давайте подождем до утра, — сказала Энид. — Мы понятия не имеем, куда он подевался, и Х-Б будет скоро делать обход, чтобы убедиться, что мы уже в постелях.
— Но ведь он не может быть далеко... — ответила Милли. — Мне бы пять минут, а к утру он может быть очень далеко...
— Х-Б приближается, — прошептала Мод. — Я знаю это. Воздух стал холодным.
— Добрый вечер, девочки, — сказал леденящий кровь голос мисс Хардбрум, когда она вышла из темноты лестницы.
— Да, Милдред, — она подошла к трем подругам, которые инстинктивно прижались друг к другу. — Интересно, какие сюрпризы ты готовишь для нас на завтра.
Никто не сказал ни слова, все смотрели в пол.
— Я не знаю, что вы трое задумали, — сказала мисс Хардбрум. — Но я хочу, чтобы вы были в своих постелях через десять минут, и я не ожидаю вас снова увидеть до завтра.
Она исчезла, девочки постояли тихо в течение нескольких минут, пока воздух не прогрелся.
— Все в порядке, — сказала Мод. — Она ушла.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
— Этель? — прошептала Друзилла, входя в комнату своей подруги, когда она уже была готова задуть свечу.
— Смотри, что только что вышло из комнаты Милдред Хаббл!
Этель села на кровати и посмотрела в изумлении.
— Черепаха! — она рассмеялась. — Что же Милдред Хаббл делает с черепахой?
Друзилла положили Эйнштейна на покрывало, и Этель подняла свечу, чтобы они могли лучше рассмотреть черепаху, но Эйнштейн сидел в своем панцире и сердито смотрел на них из глубины, как будто из пещеры.
— Может, скажем Х-Б? — спросила Друзилла. — Нам ведь не разрешают иметь никаких домашних животных, кроме кошек. Ее, скорее всего, исключат за это, тем более после инцидента со змеями.
Этель села в кровати, думая о судьбе Милдред. Она была согласна с Друзиллой, что очень вероятно то, что Милдред будет отчислена, если они отнесут черепаху мисс Хардбрум.
Беда в том, что без возможности издеваться над Милдред каждый, день уроки будут скучными. Этель считала это отрицательной чертой своего характера, но это было частью ее жизни здесь. Дни будут проходить скучнее и медленнее без Милдред.
— Давай будем милосердны, — сказала Этель с царственной улыбкой.
— Почему? — удивилась Друзилла.
— Ну... — начала объяснять Этель. — Я чувствую за собой вину в инциденте со змеями и с проектом.
— Но ведь это Милдред идиотка, — воскликнула Друзилла. — Так ведь?
— Не совсем... — рассмеялась Этель. — Это я наложила заклинание на ее горшок, и я вроде бы случайно выбила ее сумку на дереве, когда она рассказала мне о своей лучшей идее проекта. На самом деле я не смогла придумать свой собственный проект, в первый раз со мной такое случилось. Я подменила проект Милдред листами с нарисованными рожами.
Друзилла вытаращила глаза на Этель, чувствуя себя немного неудобно.
— Ты хочешь сказать, что украла проект, Этель? — спросила она. — Ты собираешься его вернуть?
— Не будь идиоткой! — сказала Этель, начиная раздражаться. — Я выбросила проект Милдред в кухонное мусорное ведро после того, как принесла его сюда и переписала слово в слово.
Я не могу вернуть его обратно, это будет доказательством, что она придумала эту идею. Пойдем вернем ей черепаху.
В коридоре никого не было, но они могли слышать голоса, доносившиеся из комнаты Милдред через приоткрытую дверь. Этель приложила палец к губам, и они молча прокрались вперед, чтобы услышать, о чем говорят Милли с подругами. Этель всегда ждала несколько минут, прежде чем войти в комнату, надеясь услышать что-нибудь полезное.
— Пожалуйста... — Милдред умоляла своих подруг. — Мы могли бы встретиться после отбоя и поискать его...
— Мы не можем, Милли, — ответила Мод раздраженно. — Ты же знаешь, нас поймают!
Милли разрыдалась.
— Вы не понимаете, — сказала она сквозь слезы. — Он может говорить только еще один день, и даже не целый день. Ровно в полдень завтра чары спадут. Это все моя вина. Я должна была закрыть дверь комнаты, тогда он бы не потерялся. А теперь он потерялся. Если мы найдем его, когда он уже не сможет говорить, никто никогда не узнает, что Этель украла мой проект. Он действительно может говорить, поверьте. Я говорила с ним.
Этель сделала еще один жест, чтобы Друзилла молчала, и жестом показала, что они возвращаются в комнату Этель.
Оказавшись внутри, Этель закрыла дверь и подняла Эйнштейна повыше, чтобы рассмотреть
— О чем это они? — спросила Друзилла.
— О брате нашем меньшем, — сказала Этель. — Возможно, эта черепаха не так проста, как выглядит. Милдред наложила на него чары почти две недели назад. То-то я сразу поняла, что она что-то скрывает в корзине своего кота, когда встретила ее по дороге. И если это была эта черепаха, то она наверняка слышала то, что я бы хотела, чтобы никто не узнал.
— Что мы сделаем с ним, Этель? — спросила Друзилла.
— Мы спрячем его. — Ответила Этель. — Милдред говорила, что чар хватит на день. Если мы его спрячем на два дня, он уже не сможет говорить. А потом отдадим Милдред, как будто мы его нашли, она будет рада получить его обратно. Ты же знаешь, как она любит животных. Только Милдред могла полюбить черепаху.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Эйнштейн спрятался глубоко в панцирь, когда Этель опустила его в картонную коробку, где уже сидела жаба, на которой Этель демонстрировала чары на уроке зельеварения.
Когда крышка закрылась, Эйнштейн вылез из панциря, вытянул длинную шею к щели и склонил голову.
— Ты в порядке?— спросила жаба.
— Тсс... — ответил Эйнштейн. — Я пытаюсь слушать.
Этель и Друзилла обсуждали, что спрячут его на высокой сосне рядом с воротами школы, которая имеет углубление в верхней части, достаточно большое, чтобы можно было спрятать черепаху. Они решали, нужно ли сделать барьер, чтобы черепаха не выпала. Друзилла была за, когда Этель — против.
— Он будет в порядке. Нет необходимости делать барьер. Он не выпадет в любом случае, — объяснила она подруге. — Если он действительно может говорить, я просто скажу ему, что он не должен покидать дупло, иначе разобьется вдребезги. Мы подождем, пока Х-Б сделает обход, и отнесем его в дупло. Это займет всего пять минут.
— Разве мы не должны оставить ему поесть? — спросила Друзилла.
— Полагаю, что да... — сказала Этель с неохотой. — Мы можем взять морковь и салат из кухонного мусорного ведра на выходе. Иди к себе в комнату и немного поспи, я тебя разбужу.
Эйнштейн убрал голову от щели.
