и…
– Ну? Что дальше-то?
– А ничего! Нет ее! Не вернулась! Я целый обед промаялся. Чуть с голоду не помер. Позвонил ей на мобильник, не отвечает. А потом увидел ее телефон на столе. Ее похитили, я уверен!
– То есть, – уточнил Голованов, – вы хотите сказать, что Ирочки нет всего несколько часов?
– Это же катастрофа! – Замусойлов проникновенно посмотрел в глаза следователю. – Я прошу вас привлечь к этому делу лучших сыщиков! Пусть весь отдел займется поисками пропавшей секретарши!
– Ирочка могла задержаться в магазине, – вмешалась Стеша. – Или встретила знакомую и заболталась. Рано вы панику навели.
– Я чувствую, что дело не в знакомых и магазинах, – упрямо гнул свое Замусойлов. – Мне сегодня сон дурной снился. Как-будто я иду по городу, а он пустой. Вот ни человечка! Чем вам не предзнаменование? А?
– Панасий Ибрагимович, – как можно более мягко произнес Аджар. – Я, конечно же, попрошу патрульную службу проехать по городу, поприглядываться. Но возбудить уголовное дело о без вести пропавшей сейчас мы не можем, понимаете?
– Не можете или не хотите? – встав, Замусойлов досадливо хлопнул ладонью по столу. – В таком случае я сам лично займусь ее поисками. А вы и дальше сидите, штаны протирайте.
Сказав это, глава Клифбурга вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
– Дела-а-а, – протянула Стеша с улыбкой. – Ни минуты без нее не может прожить. Уверена, Ирочка просто решила отдохнуть от его вечных просьб о чае и печенье.
– Если он побежал излить душу к Пилипенко, то через час оба будут кривые, как сабли. – Аджар покачал головой. – Так, надо участкового отправить на адрес, вручить повестки родителям подростков. Чем быстрее мы с ними встретимся, тем лучше.
Ближе к вечеру в кабинет следователей пришла чета Красавы. Родители подростков: Валентина Игнатьевна и Виктор Олегович, оказались вполне себе приятными людьми, хоть и встревоженными из-за происшествия. Пока дети околачивались в коридоре, Аджар допросил взрослых, аккуратно интересуясь отношением внуков и бабушки.
– Да она в них души не чает, – поделилась со следователями Валентина Игнатьевна. – Внуки для нее – всё! Вы, наверное, уже знаете, что мы многодетная семья. Так вот, Изергиль Дмитриевна никогда не отказывалась присмотреть за детками, пока мы бизнес налаживали. На счет того, что у нас в квартире человека обнаружили. Простите, но ничего сказать не могу, нас не было и кто этот человек, мы не знаем. Хорошо, хоть дети не пострадали.
– Вы не против, если мы их повторно допросим? – прищурился Голованов
– Пожалуйста! Лишь бы на пользу следствию.
Первой вызвали Аню. Робко примостившись на краешек стула, девочка нервно теребила краешек юбки в ожидании вопросов.
– Аня, в прошлый раз ты нам сказала, что была с братом в кино, когда к вам в квартиру проникли, помнишь? – начала Стеша
– Да, а что?
– А какой там фильм был?
– Я не помню название. Какая-то комедия.
– Угу. А про что фильм был?
– Я… Мне… А при чем тут это? Я не помню.
– Хорошо, – Булкина сделала пометку в блокноте. – Пригласите Олега, а ты Аня, подожди брата и родителей в коридоре.
Вошедшему подростку задали те же вопросы, однако, в отличие от сестры, парень не стушевался, а стал с увлечением рассказывать сюжет просмотренного в кинотеатре фильма.
– Спасибо, ты можешь быть свободен. – кивнула Стеша, отпуская парня. – Подожди родителей, нам надо задать кое какие уточняющие вопросы.
Когда мальчик вышел, Голованов сообщил родителям, что в кинотеатре в этот день не было такого фильма и что дети явно лгут.
– Вот только вопрос, зачем они соврали? – Аджар вздохнул. – Возможно, вы, как родители, убедите своих детей рассказать, как они провели этот день.
– Может они просто испугались сотрудников полиции и то, что в квартире оказался мертвый человек, – предположила Стеша. – Просто эта маленькая ложь вызывает много вопросов.
Договорившись, что после беседы с детьми, родители позвонят Голованову, чета Красавы покинула кабинет.
На следующее утро, едва Аджар переступил порог полицейского участка, как его срочно потребовали к Пилипенко. Начальник полиции, трагичным голосом сообщил, что секретарша Замусойлова так и не объявилась и «дело пахнет керосином».
Вернувшись в кабинет, Голованов поделился новостью со Стешей.
– Божечки, что же могло случиться? Куда она пропала? – встревожилась Булкина. – А мы вчера не поверили.
– Не нравится мне всё это, – мрачно произнес Аджар. – Сначала паутина с трупом, дети, которые что-то скрывают, смерть вампирши… Теперь вот Ирочка пропала. Что это такое? Есть ли связь между всеми этими событиями?
– Отправлю участковых опрашивать ее соседей, вдруг кто-то что-то знает. Сама по городу покатаюсь, у Ирочки были любимые места, может там ее найду.
– Я тогда Колю возьму, – кивнул Аджар. – Съездим с ним в парк и на кладбище.
– Ой!
– Спокойно, это для проформы.
Поцеловав Стешу, Голованов вышел из кабинета и пошел разыскивать Колю.
Осмотр парка результатов не дал, мужчины только промокли до нитки, ползая по нерасчищенным тропинкам в поисках хоть каких-то признаков присутствия пропавшей.
– Темнеет! – Коля многозначительно посмотрел на следователя. – На кладбище как-то боязно уже. Может завтра?
– Коля, ты мужчина или где? – Аджар отряхнул брюки от прилипшего снега и сел в машину. – Включай печку, согреемся. Еще заболеть не хватало.
– А вот интересно, – крутя баранку, разглагольствовал Коля, – если, допустим, я найду Ирочку… Спасу ее от маньяка или кто-там ее похитил…Как думаете, она пойдет со мной на свидание?
Голованов ничего не ответил, лишь закатив глаза и неопределенно хмыкнув.
– Ну, а что? Она красивая, я … тоже мужчина. Думаю, она как только меня увидит в развевающемся плаще, побеждающего всех подонков, то сразу растает от счастья и любви.
– Коля, мне кажется, ты фильмов героических пересмотрел. В жизни всё гораздо сложнее.
– А вот если бы я был, как человек-паук…Пиу-пиу! Стрелял бы липкими нитями по врагам, летал бы по городу, а женщины бы рыдали от неразделенной любви к загадочному киногерою.
– Приехали, выходи давай… Паук недоделанный.
На кладбище царила тишина и умиротворение. Оградки и надгробные плиты отбрасывали причудливые тени, а какая-то птица, прячась среди ветвей, с надрывом вещала в сумерках о чем-то своем.
– Ё-мое, – Коля поежился. – Товарищ Голованов, можно я в машине подожду? Че-то так замерз, так замерз, аж пальцев ног не чувствую.
– Коля, а как же спасение Ирочки из рук негодяев и счастливое окончание истории взаимной любви?
– Да знаете, что-то я еще не готов к свадьбе. Погорячился. Да и что ей тут делать? Порядочные девушки по кладбищам ночью не ходят, это как пить дать!
– Ой, да иди уже, – досадливо поморщился Аджар.
Оставшись один, он медленно шел между оградок, предавшись воспоминаниям. Память услужливо выдала образ, как он
