Вот так мы впервые встретились с Черными Журавлями. Так их тогда назвали – за цвет и за клинообразный строй.
Старик умолк, наверное, еще раз переживая рассказанное. Игорь ждал, не решаясь нарушить это молчание: ему хотелось услышать еще что-нибудь, но он понимал, что теперь, когда Старик ушел в размышления, одного не к месту сказанного слова будет достаточно, чтобы разговор прервался надолго. Пауза затянулась.
– Да, вот это и была загадка, оставленная другом, – сказал наконец Старик. – Оставленная в назидание поучающимся… – В его голосе неожиданно прозвучала ирония, которая на сей раз относилась, наверное, к собственной, несколько неприличной, словоохотливости, а, может быть, просто служила средством, чтобы не расчувствоваться окончательно. – Загадка гибели, как говорили когда-то. Было создано много гипотез, высказана масса предложений. Но показания дельтавизоров сделали бесспорным одно: именно они, Журавли, явились убийцами.
– Но ведь если они – всего лишь явление природы…
– Да нет… Ну, я неточно выразился… Конечно, не они; убийцей в большинстве таких случаев бывает наше собственное неведение законов природы. Но человек не может винить себя в том, что чего-то еще не знает: если бы он поступал так, человечество вечно чувствовало бы себя виноватым. Ведь и жизнь, и смерть – тоже научные проблемы. Как бы там ни было, несчастье с «Согдианой» показало, чего следует опасаться кораблям, обладающим дельта-защитой. Как только это тело – я имею в виду Журавлиную стаю – будет обнаружено, капитан должен немедленно принять меры для того, чтобы пройти в максимальном удалении от стаи. Своевременно же заметить ее – нетрудная задача для тех дельта-устройств, которыми даже рейсовые корабли оснащены в изобилии. А что касается убийц, то Журавли были ими в той же мере, как молния, сжигающая дом с людьми. Хотя, разумеется, и к молнии можно испытывать ненависть.
Старик произнес это, как будто ставя точку. Но, по-видимому, ему показалось, что рассказ не произвел должного впечатления, и он добавил:
– Теперь вам ясно, почему я брожу на этих задворках мироздания?
10
Игорь ответил не сразу, похоже было, что он собирается с мыслями, хотя заданный вопрос требовал чисто формального ответа.
– Прежде всего, – оказал он наконец, – мне ясно вот что: у каждого из нас – свои интересы, и совместить их невозможно.
Вряд ли Старик ожидал, что разговор повернется таким образом. Однако он не выказал ни удивления, ни осуждения. Он лишь выжидательно взглянул на Игоря.
– То, что вы рассказали, очень интересно, и я не могу не уважать… ваши чувства. Но сама по себе проблема Журавлей кажется мне исчерпанной. Она бесперспективна. По сути дела, их осталось только поймать и определить. Если говорить откровенно, меня несколько удивляет, что вы не сделали этого до сих пор.
– До сих пор, – сухо ответил Старик, – кроме всего прочего, надо было испытывать корабли и заниматься более актуальными исследованиями. И затем – вы ошибаетесь, полагая, что это так просто. Попробуйте-ка разыскать их в пространстве! Это было и по сей день остается делом везения. Орбиты их не вычислены, неизвестно даже, обращаются ли они по орбитам, поскольку никто не знает, тела ли это или нет: если нет, они могут и не иметь орбит, а двигаться по прямой, как излучение. Но если даже орбиты имеются, их пока еще нельзя вычислить: не хватает данных. Взаимодействуя с другими полями или телами – а это представляется неизбежным, – Журавли наверняка подвергаются стольким влияниям, что вряд ли можно вообще говорить об орбитах в обычном понимании этого слова. И если на Земле исследователь заранее знает, где он сможет наблюдать, допустим, тех же журавлей, а где надежды на это будут равны нулю, то мне все время приходилось бродить наугад.
– И вы так больше и не встречали их?
– Однажды… Тогда у меня еще не было этого корабля. Я сконструировал дельта-ловушку именно на случай встречи с ними, и установил ее на «Ломоносове», на котором тогда ходил. Я болтался на нем два года, и программа испытаний и исследований уже подходила к концу, когда мне повезло: я все-таки наткнулся на Журавлей. Я сблизился и выбросил ловушку – иными словами, создал мощные заряды, статическое поле которых…
Игорь кивнул, внимая рассуждениям о векторе напряженности, суперпозиции полей и прочем, имеющем отношение к ловушке. Потом он ухитрился вставить словечко.
– Но все же вам так и не удалось?..
– Я же говорю: взаимодействуя с полем, Журавли должны были потерять скорость. И одно из этих полотнищ действительно угодило в ловушку. Я кричал от радости – пока не убедился, что мощности моих устройств оказалось недостаточно. Телу удалось вырваться, вернее, оно прошло через ловушку, как сквозь пустоту. Я постарел после этого дня, а точнее – в тот миг, когда стало ясно, что они уходят. Догнать я не мог, скорость «Ломоносова» была, по теперешним временам, невелика. Они беззвучно, проносились мимо корабля, и честное слово – в этом было что-то мистическое… Да, стареют только от разочарований.
– Да… – согласился Игорь.
– Но, между прочим, именно тогда мне удалось доказать, что Журавли не могут быть просто движущимися участками перехода, иными словами – проекцией каких-то событий, происходящих в надпространстве, на наш четырехмерный континуум. Такие догадки относительно природы Журавлей существовали, но после этого случая стало ясно, что Журавли – явление, целиком принадлежащее нашему пространству. Немалый результат.
– А кроме вас, их наблюдал кто-нибудь?
– Конечно. Трудно увидеть в первый раз, потом, когда становится понятным, чего можно ожидать, люди стараются использовать каждую возможность. Их наблюдали еще пять раз. У меня есть записи приборов, отчеты капитанов кораблей… Но они не дают ничего нового. Так что узнать предстоит еще очень многое, до исчерпания проблемы, как вы выразились, пока очень далеко. Избегайте делать выводы, не разобравшись как следует. А то вы приходите на корабль, и, не успев вникнуть в проблему, судите. Точно так же, как вы приходите в мир и, еще не зная его, начинаете судить.
– И все же я полагаю, что у этой проблемы нет будущего. Не сомневаюсь, что она будет решена, вы все найдете и опишете. А дальше? Дальше – ничего. А мне хочется дальше. И вопросы, интересующие меня, могут заходить очень далеко. Но так или иначе наши интересы несовместимы.
– Вы в этом уверены?
– Да. Слишком разные области. У меня – Новые звезды, у вас – Черные Журавли. Общего между ними нет. Кроме того, я преследую практическую цель: получить возможность прогнозировать вспышки. А каким может быть практическое значение Журавлей? Вы знаете?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
