Однако на лодочной пристани, мимоходом сковырнув замок с цепи, удерживающей вместительную крутобортую шлюпку, девчонка зачем-то потребовала, чтобы Сопля загрузил в неё десяток-другой булыжников с насыпи. На вполне резонный вопрос, какого рожна он станет это делать, Линн столь же резонно ответила, что думает и решает тут она - как более хитрая.
- А ты давай, да не грохочи каменюками-то.
Пожав плечами, тот молча принёс и уложил на дно шлюпки требуемое. Но напарница отрицательно покачала головой, когда Зугги вознамерился перегрузить скромные пожитки и перебраться туда же сам.
- Давай на середину реки, старый…
И, едва оба берега почти чёрной в ночи Изели стали одинаково далеки, она сделала знак Зугги - хватит.
- Послушайте - завтра, когда обнаружат наше исчезновение, а потом и пропажу большой лодки - где нас станут искать?
- Ясно дело, в устье. Против течения на такой не выгребешь, тем более втроём. - Сопля хмуро уставился на девчонку, ожидая очередного подвоха.
Та усмехнулась, поглаживая задремавшую на плече дрорду.
- Вот и пусть ищут. Зугги, продырявь ту лодку, чтобы потопла здесь, на глубине. А мы вверх поплывём - вдоль бережка, где течение послабее. До утра далеко окажемся, а там уж ножками, ножками. И пусть нас возле устья ищут хоть до посинения.
Зугги прямо-таки изумился.
- Молодца девка - хитро придумала! Чего сидишь, Сопля - помогай давай!
Сказано - сделано. Не без сожаления проводив взглядом тихо и бесславно потопшую вместительную шлюпку, троица отправилась совсем в другую сторону. Правда, пришлось высадиться у канатного сарая, где в кустах Линн припрятала предусмотрительно украденную у старой булочницы Аниты всю её дневную выпечку. Толстуха оставила её остывать, в то время как сама весьма неосмотрительно отвлеклась поболтать с соседкой…
В том месте, где река втекает в пределы городской черты Сарнолла, ещё старыми мастерами на обоих берегах были устроены две большие и крепкие каменные башни. Они равно хорошо были защищены как от атак с воды, так и от возможных поползновений со стороны суши. Но главное их назначение было не в этом. И даже не в том, что с них начинались две половинки городской стены, широкими дугами опоясывающие город и весьма надёжно закрывающие его от неприятеля.
Главное назначение башен заключалось в том, что между ними протянута была толстая, якорной выделки цепь. И если нужно было запереть реку от кораблей, то эту цепь, обычно свободно провисающую почти до дна, немного выбирали, натягивали - и перекрывали реку сверху. На ночь обычно тоже запирали - мало ли что.
Зугги немало поволновался по этому поводу, прежде чем сообразил, что на середине прогиб цепи вполне достаточный, чтобы на их плоскодонке проплыть, и вовсе не заметив преграды. Грести по самой стремнине против течения - занятьице ещё из тех, но отнюдь не тщедушный кузнец справился с ним. А уж потом, повернув к берегу, повёл лодку вдоль него, и почти без усилий.
Линн бесцеремонно растолкала Соплю. Тот самым беззастенчивым образом дрых на лавке, скрутившись в клубочек и накрывшись позаимствованным с большой шлюпки парусом.
- Смени Зугги, бездельник - вишь, старик совсем умаялся.
Тот пытался было отпихнуться, но против его недосмотренных снов оказались сразу двое, и парнишка нехотя подчинился. Плеснув в лицо холодной воды, он сел за вёсла и кое-как продолжил грести.
Сама Линн сидела на руле. Грести на лодке приходится спиной вперёд. А каждый раз поворачиваться и таращиться в темень - туда ли плывём - это развлечение весьма и весьма сомнительное. Но полукровке с её острым зрением света звёзд и луны было более чем достаточно - так что Сарнолл удалялся со вполне похвальной поспешностью.
Несколько раз приходилось сворачивать и прятаться в кустах - чуткая Синди во сне начинала волноваться и вздрагивать на плече. Верный признак, что сверху плывёт баржа запоздавшего купца или барка с ватагой ночных гуляк. И Линн подумала, что было бы чёрной неблагодарностью откупаться от дрорды одной лишь лягушкой…
Зугги съел пару лепёшек, запил водой прямо из-за борта. И, почесав в затылке, лёг на лавке сам.
- Я умаялся малехо, подремаю чуток. Ежели чего - будите…
Словам кузнеца никто и не подумал возразить - стены и башни Сарнолла уже давно исчезли где-то в ночи, так что старина поработал на славу.
Линн не задумываясь правила лодкой - оказалось, что это вовсе нетрудно - а сама бездумно смотрела на дрожащую в воде луну. На серебристые, разбегающиеся по поверхности осколочки ночного светила, и отчего-то на сердце ей было спокойно, как никогда. Словно выдернули из души какую-то занозу - и девчонка отметила сама для себя, что не вернётся в Сарнолл ни за какие денежки.
А собственно говоря, зачем? Что её там ждёт - или кто? Рано или поздно либо попалась бы, либо Упырь, что смотрел всё более косо день ото дня, придумал бы какую пакость, чтобы сжить со свету.
Она еле заметно усмехнулась, припомнив, как сегодня сдался наконец последний замок на тщательнейше оберегаемом сундуке главаря гильдии, пока он совсем рядом, в соседней каморке, тешился с Тайши. И тяжесть нескольких самых ценных мешочков, перекочевавших на надетый под лохмотья пояс с потайными кармашками. И зеленоватый яд, что Линн, заперев обратно сундук, осторожно нанесла лучинкой на еле заметно потёртые места, где Салдан наверняка хотя бы раз прикоснётся рукой - а соку цветков аконита того достаточно…
Предутренний туман скрыл реку так надёжно, и такой ватной тишиной глушил все звуки, что Линн чуть забеспокоилась. Даже она едва ли видела дальше десятка шагов. Но слева и чуть впереди уже заметно светлело, а чарующе подмигивающие звёзды потускнели, словно устав глядеть на троицу беглецов. И когда вокруг уже начало светать, девчонка развернула лодку на очень кстати показавшуюся впереди песчаную отмель.
- Хватит, Сопля - пора определяться.
Тот, мокрый и распаренный, встряхнулся всем телом, отчего со слипшихся сосульками волос полетели брызги, втащил в лодку вёсла, уложил их вдоль бортов и потеребил спящего Зугги. Тот проснулся разом, словно и не спал - так, что Линн даже восхитилась.
- Что?
- Светает, старик, - Сопля умылся, тяжело и запалённо дыша.
Подумав чуть, достал из котомки лепёшку и принялся жевать. В это время лодка мягко ткнулась в берег и наконец-то замерла.
- Где мы, Зугги? - в голосе Линн слышалась неприкрытая озабоченность.
Тот тоже плеснул себе в лицо холодной воды, потянулся. Встал во весь рост, осмотрелся.
- А неплохо - до города отсюда часа три пёхом топать. Далеко ушли. И что теперь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
