— А как выглядит дамочка?
— В том и дело, что непонятно как. На ней балахон, на голове капюшон. Лица не показывает. В третьем вагоне ее ловите.
— Понятно. Спасибо за наводку.
— Вам спасибо, что ловите всяких… — погонщик не договорил, видимо не сумев подобрать подходящий эпитет, и засунулся в форточку.
Как только мы с Лулой заскочили в третий вагон, он объявил о закрытии дверей и тронул червя.
— Пойдем в торец вагона, — негромко говорю Луле, — Оттуда обзор хороший и есть свободные места.
Лула молча согласилась, пройдя вслед за мной. Несколько остановок проехали без происшествий. Все чинно, мирно, даже, я бы сказал, скучно. А затем в вагон набилось сразу много народу. Мы с Лулой потеряли обзор.
— Марк, что делать? Не видно ничего.
— Давай пройдём в середину.
Мы начали проталкиваться вдоль по вагону. Пассажиры, как положено, проявляли молчаливое, но очень красноречивое недовольство. Я их понимаю прекрасно. Сам терпеть не мог в позапрошлой жизни, когда какому-нибудь удоду приспичивало пролезть через половину переполненного вагона. Спрашивается, что ему удоду на месте не стоится? Теперь я знаю, это был никакой не удод, а представитель службы безопасности зверобогов.
— Вон там смотри, — возбужденно шепнула Лула и сильно дернула меня за рукав, как лейтенант Шарапов капитана Жеглова во время поимки рецидивиста Кирпича.
— Вижу, вижу, — добавляю в голос характерной хрипотцы, — Ты меня от радости чуть из трамвая не вытолкнула.
— Из какого еще там-вая? — не поняла Лула, явно незнакомая с шедеврами советского кинематографа, — Капюшон видишь?
Я утвердительно кивнул и продолжил изображать ледокол, раздвигающий ископаемые арктические льды. Когда до подозрительного капюшона осталось не больше полутора метров, капюшон что-то почуял и внезапно пропал.
— Сбежала засранка, — процедила Лула сквозь зубы.
Тут с Лулой на поспоришь. На легендарную пару Жеглова и Шарапова мы не тянем. Зато в отличие от волкодавов отечественного сыска у меня имеется тонкое видение и чуть сообразительности, чтобы на это тонкое видение переключиться.
Я сразу увидел характерный устойчивый портальный пробой. Впервые вижу, чтобы пробой был мобильным, он находится в вагоне и перемещается вместе с ним.
— Лула, здесь портал.
— Мы сможем его использовать? — тут же спросила Лула.
— Сможем. Но лезть туда без кавалерии Коплепокапля совсем не улыбается. Пиши начальству.
— Марк, ну кому я здесь напишу? В подземке нет связи. Что мы в конце концов с одной старушкой не справимся?
— Ох, ладно, держись за мою руку и не отпускай.
Мы шагнули одновременно, и в следующий миг оказались в тоннеле, очень похожем на тот, в котором обнаружили статую кукольной богини. Здесь такой же мягкий тусклый свет ото мха и так же пыльно.
Дамочка в капюшоне видимо совершенно не ожидала, что мы переместимся за ней следом. Она и бежать никуда не собиралась, а рассчитывала просто переждать. Фактически мы застали ее врасплох.
Увидев нас с Лулой, она попыталась задать стрекача вдоль по тоннелю, но я прыгнул на нее аки лев. Сбил с ног и заломил руки за спину. Лула была права, с одной старушкой справится не так уж и трудно.
— Марк, зафиксируй ей руки, чтоб не могла колдовать, — выкрикнула Лула, сама она зажала старухе рот, чтобы та не могла произнести заклинание.
— Есть, зафиксирована. Надо бы кляп и веревку. Как мы ее иначе будем конвоировать?
— У меня ничего такого нет, — озаботилась Лула, — Может, у нее есть…
Лула стянула с дамочки капюшон и ойкнула. Под капюшоном обнаружилась голова юной и очень перепуганной девушки, которая совсем не тянет на опасную зрелую богиню.
— Лула, я думаю, зажимать ей рот уже необязательно. У нее и так хаос на грани. Как бы не провалилась бедняга.
Лула ойкнула и убрала руку.
— Ты кто? — спросила ошарашенная Лула.
— Вы кто? — одновременно спросила ошарашенная девушка.
Глава 3
— Не бойся, мы тебе плохого не сделаем, — я перестал ломать девушке руки и помог подняться на ноги.
— А чего тогда налетели, как бесы? — девушка обиженно шмыгнула носом, — Я из-за вас от страху чуть в ад не провалилась.
— А сама не догадываешься? — строго спросила Лула и показала свой значок, — Служба безопасности зверобогов. Что ты делала в вагоне?
— Вы только дяде Восьмиглазу не говорите.
Девушка скуксилась и вся как-то сжалась.
— По-моему она сейчас заплачет, — я обменялся с Лулой взглядами, пожав плечами, — Дяде Восьмиглазу мы не расскажем, но нам ты должна обо всем рассказать. Если конечно не хочешь все рассказывать в полиции.
— Я расскажу, не надо в полицию, — у девушки опять полезло вверх содержание хаоса.
— Успокойся, как тебя зовут?
— Пулька.
— А меня Марк. Ее Лула. Не отдадим тебя в полицию. Давай, подиви нас своей историей.
— Я нашла эту червоточину только вчера. Правда-правда.
— Червоточина — это портальный пробой, да?
— Ну да. Когда из ада кого-то выкидывает, всегда такая появляется. Только обычно она не ведет на поверхность.
— А куда она обычно ведет?
— Обычно в эти же тоннели. Ну вот, я думаю выкинуло еще одного беспамятного, надо за ним сходить.
— И часто так богов из ада выкидывает?
— Ну… бывает, — ответила неопределённо Пулька, — Они ж не помнят ничего. Им помочь надо.
— Помочь — это хорошо, — одобряю Пулькин поступок, — Ну и… что дальше?
— Я шагнула в червоточину и оказалась в вагоне червяка. Ох, напугала-ась. Чуть опять в ад не провалилась.
— Опять⁉
— Ага, опять, —
