— Больше почтительности в голосе, ты ведь не хочешь стать первым, наказанным среди вас?
— Нет, старший, — я немного склонил голову.
— Вот так и привыкай обращаться к Воинам, — мой собеседник хмыкнул, отвернулся от меня и, оглядывая суету вокруг, спросил. — Что хотел?
— Старший, откуда вы узнали про меня?
— Старшинство среди новичков определяется уже в первые два-три дня. Таких тугодумов, как вы, редко встретишь. Полпути за спиной... Конечно, мне о тебе доложили. Такого юного младшего, что стал во главе всех чемпионов Нулевого, я последний раз видел лет пятнадцать назад.
— Спасибо за похвалу, старший, — я снова чуть поклонился, подчёркивая своё уважение. Мне нетрудно.
— Это была не похвала, — Воин по-прежнему не смотрел на меня, даже сложил руки за спиной. — Не отнимай моего времени бесполезным любопытством. Что ты хотел?
— Разрешения помогать с быками, старший. Чистить, убирать за ними.
— Ничего нового, — глава каравана вздохнул. — С этим тебе достаточно подойти к любому Послушнику.
— Послушник, старший?
— Все, кто носит герб на чёрном поле — Послушники. Если проявите усердие, то после Академии тоже станете ими. Хотя, — он повернулся ко мне. — С таким талантом ты и без усердия окажешься в их рядах. Не отнимай моего времени. Тут, конечно, скучно, но не настолько, чтобы я трепал языком с молокососом вроде тебя.
— Извините, уважаемый.
Я коротко поклонился, развернулся, даже успел сделать пару шагов, когда мне в спину раздался окрик.
— Стоять!
Я замер, затем осторожно обернулся. Старший смотрел на меня сузившимися голубыми глазами.
— Урок первый, непочтительный младший. При разговоре со старшим по рангу ты должен спрашивать разрешения уйти. В любой форме, с уточнением главенства. Например: «Разрешите покинуть вас, старший». Запомнил?
— Разрешите покинуть вас, старший? — я ткнул кулаком в ладонь и поклонился.
— Иди.
Я выпрямился, только чтобы увидеть, как Воин толкнул ко мне открытую ладонь. Нет, я ничего не заметил, но кожу на лице стянуло, будто здесь, во влажном сумраке леса, вдруг подул ветер Пустошей. Успел лишь напрячь все мышцы, как меня сбило с ног и швырнуло в борт ближайшего фургона. Даже не успел испугаться. А вот, судя по крикам, люди внутри, получили впечатлений и за меня. К отшвырнувшему меня Воину подскочил Послушник, до этого запрягавший быков в его фургон.
— Служитель Гарлом?
— Пустое, — отмахнулся от него старший каравана.
Я, уже твёрдо стоя на ногах, смотрел, как, ударивший меня какой-то техникой, старик безразлично отвернулся от меня, подошёл к стягу и легко выдернул его из земли.
— Выдвигаемся! — раздался над караваном привычный утренний крик.
Похоже, Тогрим знал об обычаях в ордене, больше меня.
Глава 3
— Итак! Сегодня наш вечер скрасят две пары противников! Первая — это Кирито и Варикол! Смелее, смелее! Крим, сделай мне одолжение, пни этих увальней!
Орал Зимион. Его голос слышали не только собравшиеся вокруг вечернего костра чемпионы, но и те, кто оставался на фургонах. Как-то само собой вышло, что за эти дни он не только примирился, сдружился, будет слишком громко сказано, с Тогримом и его парнями, но и стал неотъемлемой частью представления. Оно и представлением стало только с его появлением. Идея выпустить пар в официальной драке, может, звучала на словах хорошо и понравилась моей правой руке. Но изначально выглядела для всех остальных настолько уныло, что поначалу этим воспользовались только двое. Зимион и Магрит. Остальные ещё слишком кичились своим званием чемпионов. А ведь уже месяц они не гордость посёлка, а товар. Не такой уж и дорогой. К счастью, для начала нашлись нарушители установленного порядка. А затем, сведя счёты с двумя избившими его, всё в свои руки взял Зимион. И я уже второй день вижу на лицах парней энтузиазм.
— Не обращайте внимания на их помятый вид! Эти парни из тех забияк, что не мыслят жизни по правилам. Вот и решили не ждать вечера, а выяснить отношения в укромном уголке, пока Воины поили быков. Но ребята Крима видят всё, суют нос в каждую тёмную щель, от них нигде не спрятаться! Не стоит нарушать правила и слово старшего. Вот эти задиры попались, и им намяли бока. Но не переживайте! Совсем несильно. Им ничто не помешает вновь сойтись кулак к кулаку!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да не хотим мы тут прыгать на потеху другим, — озираясь исподлобья, заявил тот, что пониже.
— Что я слышу? Не может быть! Неужели, пока мы собирались у этого костра, вы успели выяснить, кто грязный шакал, а кто вонючий дарс?
— Ты! Да я тебе сейчас сам рожу начищу! — говоривший вскинул голову и сжал кулаки.
— Ты меня на рык не бери! — Зимион продолжал улыбаться. — Все, с первого дня знают, что я каждый день готов биться! Но только с победителем у костра, а не трусом.
— Да я! Ах, ты! Бьёмся!
Он развернулся к своему противнику. Тот жался, оглядываясь по сторонам.
— Варикол, ты чё? Договорились же?
— Да иди ты в свою нору! Никогда меня не называли трусом!
Зимион уже не улыбаясь, а ухмыляясь от уха до уха, отошёл от закипающей ругани и снова обратился к кольцу собравшихся.
— Итак! Не знаю всех подробностей, но вот не труса мы уже нашли. Смотрим! Кирито и Варикол!
Убедившись, что внимание всех приковано к происходящему на пятачке голой земли, я украдкой пробежался по своим записям, которыми обзавёлся за эти дни. Кирито — пятнадцать лет, Варикол — шестнадцать лет. Если я правильно понимаю, то их посёлки находятся рядом и парни давно знакомы. Видимо, это не первая их драка. Но вряд ли я увижу что-то интересное. Ни один из них не охотник. Кожевник и резчик по кости. Сами или по велению родителей выбравшие защиту стен, а не опасности пустошей. Такие ребята редко дрались по-настоящему в своей жизни в Нулевом. Я поднял глаза и, в очередной раз, с сожалением убедился в своей правоте. Парни не нашли ничего лучше, чем ухватить друг друга за рубахи и охаживать кулаками по лицу. Ткань не долго сопротивлялась силе десятых звёзд, уже через минуту на сцепившихся висели одни обрывки.
Печальное зрелище. А вот мнения остальных наблюдавших бой разнилось: кто орал слова одобрения, кто прыгал у самой границы круга с советами куда бить, лишь малая часть советовала бросить смешить народ такими детскими ударами и идти убирать дерьмо за быками, пока рожи целые. Вот этот совет точно запоздал. Пусть неумело, но махали кулаками парни с полной самоотдачей. У обоих уже оказались разбиты губы, носы, подбиты глаза. Я хотел было приказать разнять их, как Варикол решил последовать советам. И принялся с хеканьем бить противника в живот. Раза с пятого—шестого он всё же попал куда нужно и Кирито с выпученными глазами согнулся, разом забыв о сопернике.
— Итак! У нас победитель! Варикол! К сожалению, победа в схватке хоть и срезала половину наказания за драку, но не освободила полностью от уборки отборного дерьма! Парни, запомните, что лучше самим прийти сюда и попросить у нашего старшего решить разногласия на виду у всех! Во-первых, наказание за нарушение правил — неминуемо! Во-вторых, так вы ещё глубже макнёте противника, ведь он займётся пахучей работой совершенно один. А в-третьих, с сегодняшнего дня старший решил разориться и награждает каждого победителя купленным им зельем Восстановления тела! Клянусь, ещё немного и я сам начну бегать среди вас и вызывать всех на драку, чтобы заработать приз! Шучу, конечно, не переживайте! Я честный парень! Драки будут идти только по взаимному согласию. Кстати о нём. Варикол, ты будешь бросать мне вызов?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Иди к дарсу, сволочь! Завтра жди меня!
— Жаль, жаль. Но я могу понять нашего победителя. Ему изрядно досталось и он похоже ждёт не дождётся, когда же его подлечат? Эй, парни, кто поможет им добраться до лекаря?
— Эй, а моё зелье, как победителя?
— Приятель, а не охренел ли ты? Не хватало ещё награждать за запрещённые драки. Вам достанется только дерьмо. Приз только добровольцам. Вот как наша следующая пара! Встречайте! Магрит и Крим!
