ничего прибавить к продуктам.
– А зачем прибавить? И так все есть, – Айза с гордостью показала на свою кровать.
Я решила объяснить свои сомнения.
– В прошлом году у нас три девочки питались вскладчину, а я сама по себе. Кому как удобно, понимаешь? Чтобы никто не упрекал, что с его стороны идет больше затрат.
Айза изумленно вытаращила глаза.
– Раз ты бедная, они тебя и за стол не звали! Вот же… (бранное слово).
Жаль, я не могла одновременно плакать и смеяться. Айза была забавная и решительная. И ведь попала в самое больное место, но я все равно ее поправила.
– Я не считаю себя бедной. У меня сейчас работа есть, и стипендия выручает. Мне осталось учиться два года, а потом устроюсь учительницей.
– Ага! Ясно… Но не знала, что мой суп слабо посолен.
– Нет, он замечательный. У тебя руки золотые, жених будет доволен.
– Тогда зачем в мой суп слезы льешь? Давай, я тебе мясо достану. Ай, жирный баранчик был, по вольной травке скакал и к Марьяне в тарелку попал. А вот попробуй баклажаны и перцы. Отец сам делал. Я у него одна осталась, после гибели мамы балует меня отец. А где твои родители?
Я рассказала Айзе свою историю, ничего не скрывая. Даже поделилась нашей размолвкой с тетей Хусой, – впервые за несколько лет со мной был человек, которому хотелось душу открыть без страха осуждения.
Мы сидели на моей кровати и, не зажигая свет, проболтали почти до утра, лакомясь абрикосами. Конечно, я спросила, почему отец прячет Айзу от жениха, но ответ мне показался странным, будто она что-то скрывала.
– Кемаль хороший, богатый, умный. Готов отцу много денег за меня дать.
– Так что мешает вам быть счастливыми?
Айза понизила голос.
– Кемаль связался с дурными людьми. Они дают ему листовки, в которых сказано, что власть в Саржистане надо сменить, как в Махрабе, а потом напасть на другие страны. Кемаль всему верит и готов сражаться за чужие идеи. Я надеюсь только на дядю Шадара, он скоро приедет и убедит… отца или Кемаля. Пусть Всевышний рассудит! Но я-то свой выбор сделала. Я за Кемалем в огонь пойду, мне больше никто не нужен.
– А твой дядя большой шейх, раз его должны слушать?
Айза опять замолчала, сомневаясь, надо ли меня посвящать в секреты семьи.
– Шадар аль-Халем – очень уважаемый человек. Он дальний родственник отца, тоже родом с Палестины.
– А где он сейчас? – меня клонило в сон, едва могла скрыть зевоту.
Айза накрыла меня одеялом и встала у темного окна. Наверно, думала, что я уже сплю и не слышу.
– Где он сейчас… Иногда мне кажется, его приносит война. Он всегда там, где выстрелы и взрывы. Плохо будет в Саржистане, если сюда собирается ехать дядя Шадар.
Глава 5. Палестинец
С появлением Айзы моя жизнь в городе изменилась к лучшему. Первое время я боялась, что новая соседка подружится с остальными девочками и скоро переймет их снисходительное отношение ко мне. Но, слава Всевышнему, этого не случилось. Айза для них тоже была «деревенщиной», хотя не в пример мне более громкоголосой и склонной к выяснению отношений.
Она сразу разделила посуду и полки в холодильнике, разрешала брать девочкам свои продукты, но взамен беззастенчиво пользовалась их припасами. При всех советовала мне, как себя держать с «зазнайками и гордецами», по вечерам пела протяжные песни гор и рассказывала смешные случаи из быта односельчан.
К концу сентября Уреза ее немного побаивалась, остальные держались отстраненно и уважительно. А для меня наступили благодатные дни. И хотя тетя Хуса по-прежнему не отвечала на мои сообщения и не присылала гостинцев, я верила, что зима остудит ее гнев, и мы еще выпьем вместе душистого чая под тополем в чарганском дворе.
Лишь одна неприятность омрачала мой покой. Стоило Садыку меня увидеть в коридоре общежития, как тут же бежал следом и пытался заговорить, вернее, тряс головой и таращил глаза, пока язык путался во рту. Айза бы с ним живо разобралась, но жаловаться я не хотела, а при ней он не подходил.
Больше всего я любила выходные дни, когда девочки разъезжались по домам, а мы с Айзой оставались вдвоем в комнате. Вместе пекли хворост и сладкие слоеные пирожки, церемонно угощали друг друга, придумывали, что еще можно сшить из остатков штор. Ткани могло хватить на скатерть или наволочку, надо только подобрать золотую тесьму.
Айза была очень любопытная, несмотря на мой легкий ропот, в отсутствие соседок трогала их вещи, заглядывала в прикроватные тумбочки. Особенно ее интересовала косметика и бижутерия. Однажды она выудила из-под чужой подушки журнал с описанием разных видов макияжа и загорелась сменой образа.
На следующий день Айза купила несколько тюбиков дешевой помады, тени, румяна и тушь. Мы славно поиграли, раскрашивая друг друга, а потом долго вертелись у зеркала. Я впервые использовала краску для лица и смотрела на себя с удивлением.
– Ты очень красивая девушка, Мариам, – похвалила Айза. – Но ты прячешь свою красоту, никуда не ходишь, и родные не заботятся о твоем будущем. Как достойный мужчина о тебе узнает? Кто ему скажет?
– Я не тороплюсь с замужеством. Хочу получить диплом и учить детей.
– Но в младшей школе нет состоятельных мужчин, одни ворчливые старухи. Ты там быстро завянешь и состаришься зря.
– Значит, такая моя судьба, – беззаботно смеялась я над ее страхами.
Айза была настроена очень серьезно.
– Если у тебя будет богатый муж, зачем работать? Он всем тебя обеспечит.
– И как ты предлагаешь искать богатого мужа? – в шутку заинтересовалась я.
– Для такого дела нужна помощь уважаемой женщины… – задумалась Айза.
– Свахи – сводни? – с моих накрашенных губ не сходила улыбка.
– Можно и так сказать. В Кирташе я бы тебе такую быстро нашла и за умеренную плату, а здесь я тоже птичка с подвязанными крыльями. Никого не знаю. Ах, как жаль!
Неподдельная грусть Айзы передалась и мне, поэтому я предложила смыть краску и отправиться в лавочку за углом, чтобы купить горячих лепешек к супу и оставить девичьи мечты ради прекрасного обеда.
– Зачем же нам умываться? – возразила Айза. – Мы наденем лучшие наряды и прогуляемся до банка у сквера. Там много дорогих машин, значит, должны быть подходящие мужчины.
– Это нехорошо. Надо хотя бы убрать помаду, она слишком яркая. Я тебя не пойму, Айза. Чего ты хочешь?
– Для себя – ничего. У меня есть жених, но я и тебе счастья желаю. Не бойся. Мы просто зайдем
