— М-да. — Шмисс размял пальцами сигарету. — За такие деньги я бы не задумываясь переквалифицировался в таксисты.
— Подобного мнения придерживается и этот водитель. Кроме того, он утверждает, что хотел высадить пассажиров на въезде в город, у автобусной остановки, но очнулся напротив Пинакотеки.
— Как это понимать — очнулся?
Генрих Гирш пожал плечами:
— Он не может дать вразумительного ответа. Он пытался высадить их на Вулфштрассе. Потом провал в памяти. Очнулся он, лишь когда пассажиры сунули ему деньги и вылезли из машины.
— Гипноз?
— Похоже на то. Но и это еще не все. — Гирш изобразил улыбку. — Машину, которую они столь оригинально позаимствовали у Мейрика, нашли. Угадайте, где?
— А чего здесь гадать! Наверняка по автобану на Аугсбург!
— Точно, километрах в полутора от автобана.
Генрих засмеялся, словно радуясь сообразительности своего шефа.
— Значит, — сказал Шмисс, — можно сделать вывод, что мы имеем дело с сумасшедшими крезами.
— Один из которых как две капли воды похож на всадника из «Апокалипсиса». И кроме того, они, — Гирш поднял вверх палец, — говорили между собой на странном языке. Тот водитель, что подвез их, бывал в Восточной Европе и считает, что это польский, а что еще вероятнее — русский.
— Русские шпионы? Генрих, это паранойя. Скорей уж русские олигархи! Это у них столько денег, что они сорят ими!
Гирш жестом попросил шефа не спешить с выводами.
— Я тоже так поначалу подумал, но русские шпионы не столь богаты, а кроме того, они не такие идиоты, чтобы привлекать всеобщее внимание. Олигархам же в наших краях нечего делать. Это не Ницца и не Мальорка. Кроме того, я внимательно просмотрел сводку происшествий за день и обнаружил довольно интересную запись — показания некоего Густава Шмайля.
— Кто он? — В голосе начальника 4-го отдела наконец-то обозначились нотки живого интереса.
— Обычный пьяница. Провалялся ночь в роще неподалеку от автобана, примерно там, где наши незнакомцы бросили машину, а утром был свидетелем того, как на поляне, словно из воздуха, появились три человека. Из ничего! Двое из них — высокий парень и пестро одетый чудак — точно соответствуют описанию наших героев.
Шмисс вскочил из кресла и возбужденно прошелся по кабинету.
— Появились из ничего? Супертехнология? Русские изобрели способ телепортации?
— Почему обязательно русские?
— Кто же? Япошки? Евреи? Или... — Шмисс охнул. — Неужели предвестие конца света?!
Генрих Гирш позволил себе усмехнуться. Он мыслил практично и не верил ни в конец света, ни в каких-то сверхъестественных посланцев. Начальник 4-го отдела бегал по кабинету, размышляя. Наконец он принял решение.
— Вот что. Вот как мы поступим. Собирайся в командировку. Даю тебе под начало четверых толковых ребят. Возьмите необходимое оборудование — пеленгаторы и прочее на их усмотрение. Найдите этого Шмайля и еще раз расспросите его. Выясните точно, где он видел этих людей, установите за этим местом наблюдение. Кодовое название операции — «Das Gespenst»[9]. Обо всем необычном докладывайте лично мне.
— Понял, шеф, — четко, но без подобострастия, ответил Генрих Гирш.
Спустя пару часов по автостраде Мюнхен-Аугсбург катил небольшой неприметный фургон. Операция «Das Gespenst» началась.
— Один, два, три... Отсчет времени пошел!
8
Скинув после возвращения из города неудобные костюмы землян, посьерране с облегчением облачились в уютные биокомбинезоны и принялись разрабатывать дальнейший план действий.
На гравюре были изображены они, это не вызывало сомнений. Четвертый всадник, вероятно, и был убийцей Мозга и семерых офицеров Управления. По приказу Зюта Умник выдал на экран фотографии хранителей Мозга. Коммодор сделал это скорее для порядка, чем по необходимости — астронавты знали эти лица наизусть.
Восемь человек, восемь лиц, восемь судеб.
Киа Снефр — капитан, начальник смены. Волевое, тяжелое лицо, властный взгляд. Последние годы у него барахлило имплантированное правое сердце. В связи с этим Совет принял решение отправить его в отставку. До назначенного срока оставалось всего тридцать дней. Тридцать чашек сорбу — тонизирующего напитка, выпиваемого после пробуждения, и Киа Снефр мог спокойно заняться своим любимым делом — охотой на летающих пардов в горах Пирсунтон-Соеу. Он не имел ни дурных увлечений, ни дурных наклонностей. Он не интересовался ни женщинами, ни политикой, ни жестокими зрелищами, ни высокой философией, не злоупотреблял ганьшой. Лишь охота на летающих пардов зеленоснежных гор давала ему здоровый выход энергии. До дня, когда был уничтожен Мозг, капитан Киа Снефр был вне подозрений.
Горувв — детатор смены, человек, который должен был занять место Киа Снефра. Огромного роста, массивный, словно скала, мощный, как тильсанский буйвол. В прошлом — офицер космоспец-группы «Комета». Участвовал в высадках на девятнадцати планетах, побывал во многих переделках. Не раз был ранен, чудом остался в живых, побывав в лапах снежного дракона с Руфу. У него был лишь один крохотный недостаток — в глубинах его подсознания жила невероятная жестокость, о которой Горувв и сам не подозревал, но положительные качества компенсировали этот изъян. Так же, как и Киа Снефр, Горувв не интересовался ничем, кроме службы. Разве что коллекционировал холодное оружие с планет, на которых побывал. Его коллекция, официально разрешенная Советом, считалась одной из лучших в Пацифисе. Горувв мастерски владел всеми видами оружия, начиная от золотой ленты Коу и кончая новейшими образцами излучателей. Если убийца Мозга он, а компьютер указывал на двадцатипроцентную вероятность этого, то совладать с преступником будет чрезвычайно сложно. Жесткое, с нахмуренными бровями лицо Горувва исчезло с монитора, уступая место следующему.
Джер Ди — психолог-аналитик. Девушка с тонкими, чуть птичьими чертами лица. Совсем юная, возраст всего около пятнадцати сомметанских лет, но уже магистр шестой степени. Увлекалась высокой философией и историей примитивных искусств — ее познания могли бы пригодиться здесь, на Земле. Ни одного порочащего пятнышка в биографии. Через три-четыре года ей предстояло войти в нижнюю палату Совета. В перспективе у нее были все возможности, чтобы стать членом Конклава. Вероятность идентификации Джер Ди с личностью преступника была не более пяти десятых процента. Ничтожно мало!
Скоф — делар связи. Немного старше Джер Ди. Лицо веселое, бесшабашное, в точности как характер. Баловался ганьшой, но в меру, увлекался женщинами, но не интересовался ни политикой, ни высокой философией. Отличался высокой контактностью. Компьютер давал Скофу двенадцать процентов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
