организации, будь то Министерство сельского хозяйства США (USDA) в области питания или IPCC в области климатологии, настолько влиятельны, они являются основными мишенями для компаний, активистских организаций и стремящихся к власти политиков, которые хотят изменить политику в свою пользу.
Например, в области питания лобби различных отраслей пищевой промышленности неизменно проявляют интерес к тому, кто возглавляет усилия по синтезу, поскольку это может радикально изменить мнение "экспертов": от мнения, что молоко необходимо, к мнению, что молоко вредно, от мнения, что зерно является компонентом питания номер один, к мнению, что зерно вредно, от мнения, что говядина необходима, к мнению, что говядина вредна, и так далее.
В сфере ископаемых видов топлива решение о том, кто будет руководить оценочными отчетами МГЭИК ООН, неизбежно имеет огромные последствия для того, что включается и исключается из этих отчетов. А различные силы, влияющие на Международное энергетическое агентство, оказывают огромное влияние на то, что оно прогнозирует и рекомендует в отношении будущего энергетики.
Один из способов определить, что синтез идет не так, - это поиск важнейших переменных или фактов, которые опускаются в синтезе. Например, мы можем посмотреть, не игнорирует ли синтез питания, одобряющий одну конкретную диету (веганскую или кетогенную), существование здоровых популяций, которые не следуют одобренной диете.
Если мы поищем переменные, упущенные МГЭИК, центральным органом, на который ссылается в моральном обосновании необходимости отказа от ископаемого топлива, мы найдем одну из основных: уровень смертности от климатических катастроф с течением времени. Уровень смертности от климатических катастроф, особенно за последние сто с лишним лет по мере роста уровня CO2, говорит нам о способности людей адаптироваться к климатической опасности или преодолевать ее, что многое скажет нам о том, какие потенциальные изменения климата могут стать серьезной проблемой, а какие нет.
И все же, если вы просмотрите многотысячестраничные сводные отчеты МГЭИК, вы не найдете никаких количественных данных о смертности в результате климатических катастроф.
И если вы изучите данные ведущего мирового источника данных о климатических катастрофах, то обнаружите, что они полностью противоречат моральным аргументам в пользу отказа от ископаемого топлива. За последнее столетие смертность от климатических катастроф снизилась на 98%, поскольку уровень CO2 вырос с 280 ppm (частей на миллион) до 420 ppm (частей на миллион), а температура повысилась на 1°C.
Какими бы ни были мотивы МГЭИК опустить факт резкого снижения смертности от связанных с климатом катастроф, одно несомненно: когда самый влиятельный в мире синтезирующий институт не включает в данные важнейшую переменную, то, что нам говорят "эксперты", неизбежно и значительно искажается.
Как распространение может пойти не так
Как только синтезаторы выполнят свою работу, хорошо или плохо, необходимо распространить основные принципы их синтеза.
Распространители - это учреждения и люди, которые распространяют основные результаты синтезированных исследований среди широкой общественности и лиц, принимающих решения, включая политиков.
Хотя в мире существует множество различных распространителей информации, включая всевозможные альтернативные СМИ, в этой книге я сосредоточусь на распространителях мейнстрима, поскольку именно они возглавляют движение за отказ от ископаемого топлива. Кроме того, я сосредоточусь на системе исследований и синтеза знаний.
К основным распространителям информации относятся ведущие новостные учреждения, такие как "Нью-Йорк Таймс" и "Вашингтон Пост", основная система образования (от начальной школы до аспирантуры), а также представители различных научных организаций (таких как МГЭИК, Американское метеорологическое общество и Национальная академия наук).
Распространение синтезированных исследований часто искажается до такой степени, которую практически невозможно переоценить.
Писатель Майкл Кричтон запомнил потенциал ужасающе плохого искажения информации распространителями, когда ввел термин "эффект амнезии Гелл-Манна", который он обсуждал с известным физиком Мюрреем Гелл-Манном:
Вкратце эффект амнезии Гелл-Манна выглядит следующим образом. Вы открываете газету и читаете статью на какую-то хорошо знакомую вам тему. В случае Мюррея - физика. В моем - шоу-бизнес. Вы читаете статью и видите, что журналист совершенно не разбирается ни в фактах, ни в вопросах. Часто статья настолько неверна, что фактически представляет историю в обратном порядке, меняя местами причину и следствие. . . . Вы с раздражением или весельем читаете многочисленные ошибки в статье, а затем переворачиваете страницу к национальным или международным событиям и читаете, как будто остальная часть газеты каким-то образом более точно рассказывает о Палестине, чем тот бред, который вы только что прочитали. Вы переворачиваете страницу и забываете о том, что знаете.
Один из способов выявления серьезных искажений синтезированных исследований распространителями заключается в том, чтобы хотя бы вкратце ознакомиться с синтезом, на который они претендуют.
Если вы сделаете это с фактическими сводными отчетами МГЭИК, вы, вероятно, будете шокированы тем, насколько сильно они искажены основными распространителями, включая собственный документ МГЭИК для распространения, Резюме для политиков.
Искажения в этих сводках неоднократно документировались исследователями, которые вышли из состава органов МГЭИК по распространению информации, например, ведущим климатическим экономистом Ричардом Толом. Тол вышел из состава группы по составлению резюме, протестуя против того, что "МГЭИК перешла от... "Не без риска, но управляемого" к "Мы все умрем" – «от того, что я считаю относительно точной оценкой последних событий в литературе, к ... четырем всадникам Апокалипсиса».
Недавним примером того, как распространители искажают сводные доклады ООН, стало представление последнего доклада МГЭИК ("AR6") как "красного кода для человечества" - заявление главы ООН - в котором документально зафиксирован мир, якобы находящийся посреди климатической катастрофы. Но на самом деле в докладе не содержится ничего, что оправдывало бы бесконечно повторяемый слоган "красный код для человечества", и на самом деле в нем содержится множество заявлений о состоянии климата, которые далеки от катастрофических. Например:
О засухе: "Существует низкая уверенность в том, что антропогенное воздействие повлияло на тенденции метеорологических засух в большинстве регионов..."
О штормах: "Существует низкий уровень доверия к большинству сообщений о долгосрочных (от нескольких десятилетий до столетия) тенденциях в показателях частоты или интенсивности [ураганов]...".
О наводнениях: «В целом, существует низкая степень уверенности в том, что антропогенное влияние на изменения в высоком речном стоке в глобальном масштабе. Уверенность в том, что изменения в вероятности или величине наводнений связаны с влиянием человека, в целом низкая...»
Массовые искажения сводных отчетов МГЭИК ООН распространителями объясняются сочетанием сложности распространения и мотивов распространителей.
Научному журналисту трудно понять многотысячестраничный доклад о климате, подготовленный МГЭИК, а затем передать это понимание. Если журналист считает, что его целью является продвижение какого-то политического дела, на которое повлияет общественное восприятие того, что говорится в докладе МГЭИК, то он практически гарантированно исказит этот доклад.
Отчеты МГЭИК - это пример того, как то, что нам говорят "эксперты",
