Использование импровизационного музыкального ансамбля, как в психодраме, имеет много преимуществ. У ансамбля гораздо больший диапазон тонального разнообразия и динамического воздействия, чем у клавишного музыканта, к тому же участники такого ансамбля необязательно должны проходить какое-либо обучение для развития своих музыкальных способностей. Даже если участники психодраматической группы обладают скромными способностями, они могут организовать достаточно хорошо работающий ансамбль, в котором их коллективное музыкальное воздействие может компенсировать нехватку музыкальной подготовки отдельных участников, и они могут обеспечить эффективную музыкальную поддержку группе.
Музыканты ансамбля пользуются подсказками директора. Если ансамбль опытный, то достаточно невербальных подсказок или короткого шепота в сторону, например «гнев», или «грусть», или «нарастание напряжения», в сочетании с традиционными подсказками для обозначения крещендо и диминуэндо, начала и окончания. Подсказывание может быть совершенно молчаливым, директор ведет музыку посредством языка своего тела, и такое состояние может быть критически важным в те моменты, когда чувства обострены, когда голосовые подсказки мешали бы действию.
Музыканты импровизационного ансамбля должны располагаться так, чтобы всегда находиться в непосредственном визуальном контакте с протагонистом и директором. Они не имеют таких ограничений, как постоянно сидящий ансамбль, им позволяется перемещаться по сцене, играя в разных местах или, если нужно, непосредственно следуя за протагонистом. Многие психодраматические сессии начинаются с разогрева, когда протагонист ведет разговор с самим собой при поддержке директора. Этот диалог позволяет протагонисту раскрыть подробности тех проблем, которые будут им затронуты в начале, а затем исследованы в процессе сессии. Эта информация важна для директора и для других участников группы, которые могут быть назначены на роли вспомогательных «я».
Поскольку этот начальный диалог с самим собой часто обнажает какие-либо личные затруднения, то понятно, что некоторые протагонисты могут быть сдержанны при таком самораскрытии перед группой. У большинства протагонистов все же получается сделать это, особенно когда с ними работает тепло и дружески настроенный директор. Однако даже при самых хороших условиях некоторые протагонисты считают такое разоблачение сложным и угрожающим, так часто случается перед тем, как протагонист будет полностью вовлечен в сессию.
На этом этапе в психодраме музыка может сыграть значимую роль поддержки. Как только протагонист начинает раскрывать личные проблемы в разговоре с самим собой, директор может попросить музыкальную группу сыграть импровизацию, которая соответствует характеру выражаемых чувств. Если чувства грустны и интроспективны, то может быть исполнена мягкая, нежная музыка, действующая на подсознание, которая скорее может быть почувствована, чем осознанно услышана.
Подобно тому как при помощи музыки вводят в транс в целительных ритуалах, здесь нет особого внимания к музыке как таковой. Скорее она служит для того, чтобы помочь протагонисту перестать сдерживаться, позволить себе идти вперед и погрузиться в психодраматическую реальность. Я провел много сессий, когда музыка, звучащая на этом этапе, подталкивала протагониста к действию и ликвидировала барьеры сознательного подавления. Что на самом деле создает такая музыка, так это уникальную форму поддерживающей коммуникации между всей группой и протагонистом. Через личностную музыку передается эмпатия, и она преподносится непрерывным, слышимым и неотвлекающим образом как неотъемлемая часть вербального выражения протагониста.
Этот процесс совершенно отличен от того, который происходит даже при самой хорошей вербальной поддержке в групповой терапии, т. е. в вербальных терапевтических группах, если человек затрудняется что-либо выразить, он все же должен сначала проговорить это без какой-либо непосредственной видимости групповой поддержки, а затем ожидать предполагаемого вербального выражения одобрения и принятия. При использовании поддерживающей импровизационной музыки в психодраме, как было показано, фактически нет дистанции между вербальным выражением и эмпатической поддержкой. Оба процесса происходят одновременно, и группа может получить эту музыкальную поддержку в большей степени, чем если бы это происходило индивидуально, как обычно бывает при вербальном выражении. Разумеется, в музыкальной психодраме в дальнейшем процессе также осуществляется вербальная поддержка. Однако эта групповая музыкальная поддержка, оказанная на ранней и критической стадии, становится прекрасным способом погружения протагониста еще глубже в психодраматический процесс.
Аналогичным образом импровизационная музыка может оказывать одновременную поддержку при самовыражении в танце-двигательной терапии или терапии посредством рисунка, а также при самовыражении непосредственно в самой музыкальной терапии. Однако, применяя импровизационную музыку, синхронно поддерживающую вербальную экспрессию в психодраматическом действии, мы осуществляем вид музыкальной психотерапии, который сохраняет характеристики вербального взаимодействия большинства психотерапевтических вмешательств.
Салас (Salas, 1996) получила образование музыкального терапевта, однако ее основной деятельностью является развитие Плейбек-театра – одной из форм, имеющих отношение к психодраме. Она рассматривает музыку как существенную часть постановок в этом театре. В Плейбеке главная функция музыки – поддерживать эмоциональное воздействие перфомансов. Здесь роль компетентного музыканта имеет большое значение, это важная часть Плейбек-организации. В Плейбек-театре и зрители, и актеры являются активными участниками одного общего действия, но сами театральные сцены обычно разыгрываются актерами для зрителей, и музыка также исполняется актерами. Хотя музыка в Плейбеке в основном импровизируется, тем не менее такие импровизации по большей части воссоздаются из обычных музыкальных идиом для поддержки театрального действия в отличие от свободной музыкальной импровизации в психодраме.
В музыкальной психодраме музыка полностью создается самими участниками. Кроме того, хотя музыка, в более традиционном смысле, может иногда исполнять определенную театральную функцию при поддержке психодраматического действия, она вместе с тем имеет гораздо более широкие приложения. Вследствие разнообразия технических приемов музыка в психодраме внутренне связывается со всем процессом, от разогрева до окончания.
Несмотря на то, что музыка потенциально предрасположена к тому, чтобы быть интегрированной с психодрамой, нужно также иметь в виду, что, как и любое другое средство, музыка не должна использоваться сверх меры. Если музыки становится слишком много, то она начинает мешать и утрачивает свое воздействие и значимость. Однако если применять ее осознанно, творчески и благоразумно, вводить ее в нужную минуту, то она становится поистине магической.
Глава 4
Разогрев с помощью музыкальной импровизации
Мэри Пристли, выдающийся британский музыкальный терапевт, является основателем аналитической музыкальной терапии, проективной техники, основанной на музыкальной импровизации, которая определяется как «способ исследования бессознательного при помощи музыкального терапевта-аналитика посредством звуковой экспрессии» (1985). Техники аналитической музыкальной терапии могут быть легко адаптированы для использования в психодраматических разогревах.
Начнем с того, что на терапевтическом сеансе должны присутствовать музыкальные инструменты. Как предлагалось ранее, наиболее подходящими являются разнообразные ударные инструменты, обычно барабаны всех видов и размеров, тамбурины, колокольчики, трещотки, маракас, гонги, металлофоны, ксилофоны и др. (см. рисунок 1). Также можно использовать простые духовые инструменты, например, рекордеры.
В использовании ударных инструментов, как настраиваемых, так и ненастраиваемых, есть ряд явных преимуществ. Самое главное состоит в том, что они не требуют никакой предварительной музыкальной подготовки, с их помощью можно сразу же издавать желаемые звуки. Вследствие этого они прекрасно подходят для различных техник музыкальной импровизации в качестве проективной формы личностного звукового выражения. Особое преимущество ненастраиваемых ударных инструментов, таких, как барабаны и гонги, состоит в том, что они позволяют избежать ограничивающей тенденции, часто свойственной инструментам с гармоническими возможностями, например фортепьяно или гитаре, располагающими возможностями диатонического импровизационного стиля с аккордным сопровождением. Это уже обусловленный подход, который многие люди интуитивно применяют к знакомым им инструментам, и таких инструментов в работе следует избегать. Диатонические мелодические импровизации могут стать музыкальным эквивалентом поверхностного и стереотипного вербального выражения скорее, чем глубинной внутренней проекции, поэтому такой вид музыкальной экспрессии скорее заучен, чем спонтанен, скорее является внешним, чем внутренним.
