Смотря в истинную природу пламени камина, сын Раана размышлял о том, что скорее всего ему не одолеть Ишшо, ведь он помнил, что в книге жизни этот змей описан, как самый первый и самый могущественный из драконов. Так же в книге было описано, что это существо не одолеет никто. Ведь самый могущественный герой того времени смог только отколоть одну лишь единственную чешуйку с его шкуры, потратив на этот удар всю искру своей жизни. И тут его осенило. «Купер, ты мне нужен. Даю тебе право зайти в мои покои, нам нужно поговорить.»- воспользовался мысль-речью некромант. Ответ последовал незамедлительно. Звучал он стуком в дверь.
— Входи. — сказал Тревор.
— Вы звали меня, Учитель? — приоткрыв дверь, спросил один из пятёрки протеже некроманта.
— Да, заходи Купер. Присаживайся, мне надо тебе кое-что сказать. — с этими словами Тёмный щелкнул пальцами и напротив его кресла появилось ещё одно, но более скромное.
Ученик некроманта прошёл в комнату и послушно уселся напротив своего учителя, не смея ослушаться. Щуплый, на вид молодой парень сидел, вжавшись в кресло, его тело покрывала мелкая дрожь ужаса перед некромантом. На нём все так же был серый, рваный и грязный плащ, из-под которого выглядывала чистая туника, которая шла в разрез с видом плаща. Руки, что виднелись из-под туники, были покрыты странными, непонятными узорами. Пальцы были обожжены, что говорило о том, что человек практиковал огненную магию, или же баловался с живым пламенем. Но, не смотря на его внешний вид и явное увлечение тёмной магией, под плащом человек носил массивный ятаган. Но как бы то не было, он всё равно боялся своего учителя.
— Что вы хотели обсудить со мной, Грандмастер? — спросил протеже своего учителя.
— Помнишь ту книгу, что дал мне Даан триста лет назад? — спросил Тревор своего ученика в лоб.
— К-кконечно, Учитель. П-ппомню. Это с-страшная книга, даже для нас, Ваших учеников.
— Ха-ха, Купер, ты не перестаёшь меня удивлять. Перестань дрожать, будто ты крыса перед кошкой. Тебе не обязательно её брать в руки. Всё, что от тебя требуется — найти труп одного ничтожного человека, который был описан в этом трактате. — со смехом произнес некромант.
— Кого, о Великий? — давя дрожь в голосе, спросил младший некромант.
— Того, кто смог отколупать чешую с одной замечательной змейки. С Ишшоадерсансандара. Мне позарез нужно это тело.
— Я понял, для чего он Вам нужен. Дайте мне сутки, я достану Вам тело.
— Сутки, не больше. А теперь проваливай. — голосом, не терпящим возражения, сказал Тёмный маг.
И его ученик не посмел ослушаться. Сразу после этих слов, поклонившись, он сделал пасс рукой и растворился, оставив после себя запах серы для своего учителя.
III
Олловин сидел на камне, смотря на поднятое умертвие. Уже какой день подряд он не мог понять, откуда взять Силу, чтобы упокоить его. Шепчущий говорил ему, что Сила — это то, что ему даётся Аортой за чистоту души и благие намерения. Мальчик понимал это умом, но никак не мог прочувствовать эти слова сердцем. У него не шло из головы то, что его учитель, величайший из жрецов светлого бога, поднимал трупы, как заправский некромант. Он не понимал, как тот, кто посвятил жизнь Свету делает то, на что, по его мнению, способна лишь Тьма. Это пугало его и отталкивало.
Но, не смотря на все его страхи, ему нужно было справиться с заданием, что дал ему Шепчущий. Ведь от этого зависела его миссия, как избранного богом. Олловина называли глупцом, наивным, неумехой с самого первого дня в ордене, но он никогда не держал ни на кого зла. И тут, во время нападения на храм, его нарекли Избранным.
«Господи мой, Аорта, прости меня, я слаб. Я не могу справиться со страхом того, что, научившись всему, чему меня учит Шепчущий, в моём сердце появится Тьма. Так каким же тогда Избранным я буду? Помоги мне, подскажи, что делать и как поступить»
Но ответа молодому парню так и не последовало. За то, он услышал другие слова и от того, от кого не ожидал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Юноша.» — услышал Олловин чей-то голос в голове. «Ты слишком юн, чтобы задумываться о таких материях, как Свет, или Тьма. Но я могу рассказать тебе то немногое, что не нарушит великого баланса Вселенной. Как бы тебя не учили с момента, как твоя душа обрела телесную оболочку, но Тьма есть Свет, а Свет есть Тьма. Это две стороны одного лезвия меча. Меча, который ведёт извечную борьбу с первозданным Хаосом. Ведь и Свет, и Тьма несут порядок, который претит Хаосу. Хаосу, который пытается уничтожить всё то, что создано и упорядоченно. То, что несёт нечто иное, независимое от хозяев хаосистов. И тебе предстоит борьба не с Тьмой, как тебя учат, а с порождениями Хаоса. Так что учись всему. Ведь лишь порядок поможет тебе там, где царит вакханалия.»
— Кто ты? — испугано вскрикнул юноша.
«Кто я — не важно. Лишние знания могут погубить тебя и ту ношу, что ты несешь.» — продолжил тот же голос. «Всё, что я мог, я сообщил тебе. Не бойся поддаться Тьме. Тьмы не существует. Как и не существует и Света. Существует лишь Порядок и Хаос. Остальное — всего лишь разные понятия одного и того же. И только тебе решать, бороться или сдаться. Так что решай, Олловин сын Танора. От тебя зависит судьба миров.»
И ощущение присутствия пропало с последними словами, что прозвучали в голове Олловина. И юноша понял, осознал смысл всех слов, которые он слышал в своей голове. Как будто до этого момента он спал, а теперь проснулся. Всё вдруг встало на свои места. Он не мог понять, почему так, но теперь мальчик ощущал пламя Силы в себе. Он знал, что способен не только создать искру на ладони, а мог создать Первоначальный Огонь вокруг своего тела.
Вытянув перед собой руку, Олловин сосредоточился и на ладони у него появилось пламя. Белоснежное, холодное пламя стало обвивать его ладонь, поднимаясь всё выше, пока не добралось до плеча. Усиливаясь с каждым ударом сердца молодого парня, пламя всё явнее обретало форму живого щита, окружая его руку сплошным покрывалом. Холодный огонь светил так же ярко, как солнце, но несмотря на это, вглядевшись в его суть, можно было обнаружить, что в основе этого пламени была Тьма. Тьма, которая считалась противником Света. Так его учили, но именно она помогла ему воссоздать ту искру, о которой говорил ему учитель.
— Молодец, мальчик мой! — воскликнул, выходящий из своей кельи тот, кого называли Шепчущим. — Я доволен тобой и твоими результатами. Но ответь мне на один лишь вопрос. С кем ты тут разговаривал?
Глава 3
I
Некромант стоял у стола, склонившись над толстой книгой в твёрдом переплёте. Как бы хорошо Тревор не знал некромантию и тёмную магию, но секрет воскрешения трупа с памятью ранее живущей в ней души был сокрыт в трактате, который так старательно изучал сын Раана.
Трактат, именуемый Книгой Жизни, пугал и самого могущественного некроманта всех времен. Тревору казалось, что книга живая. Каждая страница дарила ему крики страданий и зловоние разлагающейся плоти. Каждое слово несло в себе часть души существа, которому была посвящена страница, на которой находилось слово. Так страницы о оборотнях выли, ощущался запах слюней, что текли с пасти чудовища, а страница становилась мягкой, будто покрывалась шерстью.
Но, как бы не было не по себе, Тревору необходимо было найти информацию. Информацию о герое, что сражался с Древнейшим драконом. О том, кто смог нанести ему какой-никакой вред. И некромант продолжал листать страницу за страницей, ища нужный текст. И тут он остановил перелистывания, ведь на него со страниц вдруг посмотрел рыцарь в латах, стоящий напротив огромного чёрного дракона. На страницах не было ничего. Ни слова, ни звука. Тёмный маг задумался, ведь такого не было никогда. Он провел пальцами по изображению, и тут в голове зазвучал голос:
