в Германии.
Родина моя, Россия
Находясь вдалеке от России, вольно или невольно интересуешься всем, что связано с ней и оцениваешь все события как бы со стороны. Многое меняется в лучшую сторону и в экономике и в других областях жизнедеятельности, может не так быстро, как хотелось бы, но прогресс налицо.
И только сами люди, их отношение друг к другу не меняются или меняются не в лучшую сторону. Отношения между людьми здесь, в Европе, на мой взгляд, намного более цивилизованные. Никто тебя не унизит, не обругает и не испортит настроения. Это показатель уровня развития общества и очень многое зависит от этого и экономика и коррупция.
Я часто вспоминаю мой родной институт физики, своих коллег. Каждый раз, возвращаясь домой, я надеюсь на чудо возвращения былой славы нашей команды. Многие работают за рубежом, многие торгуют, те кто остался перебиваются временными заказами и уже не верят, что наступят лучшие времена. Есть ещё люди, умеющие считать, проектировать, знающие криогенику, но они не востребованы и постепенно уходят.
Будет ли возможно восстановить этот научный потенциал? Ведь создавалось всё это десятилетиями и тот бесценный опыт не восполнить.
После окончания политехнического института в Туле, я в течение 9 лет я работал в ТНИТИ, институте Минмаша. Там были собраны лучшие специалисты в области машиностроения. Институт курировал более 10 заводов по всей стране, занятых производством боеприпасов. Внедрялись новые разработки и оборудование, это был неоценимый опыт. Я бывал на многих заводах и в Невьянске и в Нижнем Тагиле и в Донецке и в Челябинске. Но у меня не было блата и связей и, несмотря на ударный труд, я много лет безуспешно ждал получения квартиры, будучи первым на очереди молодых специалистов.
Руководил институтом В. С. Усов, позже он был директором машзавода и Героем социалистического труда. Властный и своенравный человек, он много сделал для отрасли и для Тулы, но квартиру мне так и не дал, каждый раз много было более достойных и приближённых к телу. Я не мог больше ждать, и в один день уволился и уехал на строящийся станкостроительный завод в Калужской области, это был 1979 год. Но уже тогда начался развал экономики, решения 24 съезда КПСС не выполнялись и завод превратился в очередной памятник советской эпохи, надо было искать новую работу.
Мне приходилось часто бывать в небольшом красивом городке Протвино под Серпуховом, у слияния Оки и Протвы, где находился институт физики высоких энергий ИФВЭ. Работать в таком центре науки было моей мечтой. В институте тогда создавалось новое подразделение с новой тематикой, были выделены большие деньги и требовались специалисты. Так я стал начальником технологической группы, получил долгожданную квартиру и интересную работу.
Мы закупили новейшее западное оборудование, фрезерно-расточной станок с программным управлением фирмы МАХО МН1000 с полным набором инструмента, токарный обрабатывающий центр фирмы TRAUB, установки лазерной сварки, электроэрозионные станки фирмы АЖИ.
Были построены новые корпуса, новые лаборатории и прекрасно оснащённый цех, на эту программу выделяли много средств. Мы делали новый линейный ускоритель под началом В. А. Теплякова.
Его открытие высокочастотной квадрупольной фокусировки и реализация на практике позволяли разработать малогабаритный линейный ускоритель с энергией порядка 30–60Мэв. Это была техническая революция в ускорительной технике. Сейчас эта концепция принята во всём мире. Мы занимались разработкой конструкции нового ускорителя, отработкой технологии изготовления чрезвычайно точных и сложных электродов и резонаторов. Лазерная сварка, диффузионная сварка и пайка в вакууме и много других интересных технологий приходилось использовать при отработке изделий. Это было творчество, это была моя стихия.
В других подразделениях института в 90 годах появилась возможность работать за рубежом и многие специалисты были направлены в Европу и Америку, так как в СССР начинали строить новый ускоритель на 3ТЭВа (УНК) и нужен был мировой опыт. Это был грандиозный проект на территории Московской и Калужской области по созданию ускорителя заряженных частиц под землёй на большой глубине.
В СССР был успешно реализован атомный проект, также успешно до последнего времени реализовывалась и космическая программа. В обоих случаях решающее значение имели военные, а научные программы имели двойное назначение.
Программа создания ускорительного накопительного комплекса, нового ускорителя, не была связана с военными задачами. И здесь наши учёные решили сами осваивать выделяемые деньги. Зачем нужен чужой опыт? Сами с усами, построим завод, пригласим специалистов и наделаем этих магнитов! И строили, и приглашали со всей страны специалистов высокой квалификации. Много недостроенных заброшенных корпусов зданий по сей день стоят, как после войны. Нужны были более тысячи сверхпроводящих магнитов, где делать?
Было много разумных предложений использовать высокотехнологичную отечественную промышленность, ведь в стране в то время была такая возможность, но, к сожалению, здравый смысл не победил. Вообще наши учёные, по моим наблюдениям, это была особая каста, в то время они решали всё, жили при местном коммунизме и очень хорошо, никто не лез в их дела, да и как это было возможно, когда директор, академик и член ЦК КПСС.
Деньги выделяли огромные, их надо было осваивать, в итоге зарыли, закопали миллиарды, а там перестройка и пошло, поехало. Были высокие комиссии, были решения, продолжали тратить деньги, но развала уже было не остановить. Доходило до абсурда, уже ясно, что УНК не будет, а большие учёные, управляющие производством продолжают проект автоматизированного производства для штамповки воротников магнитов, в котором участвуют какие то сомнительные фирмы.
Стоит только задуматься, технология производства сверхпроводящих магнитов настолько сложна, что требует высочайшую квалификацию и технологическую дисциплину, а нам море по колено, мы построим автоматизированный завод и будем выпускать 25 магнитов в неделю, знай наших. Да, это была авантюра почище чем у героев О. Генри.
В результате пшик, есть тоннель и проблемы с ним. Что делать, закапывать, как американцы, или выращивать грибы? Объявляли конкурс на лучшее предложение по использованию этого подземелья, в надежде, что может найдётся какой-нибудь идиот и возьмёт его в аренду под винные погреба.
Протвино всегда славилось биатлонистами и спортивная жизнь здесь била ключом. Красивейший новый город науки, весь в соснах, за последние годы постепенно утрачивает свой неповторимый облик, дороги разрушаются, кругом грязно. Некогда красивые здания ветшают, перед домами на дорогах выбоины и ямы. Всё меняется в этом мире, но города остаются и они должны быть лучше, чем вчера.
Люди уже ни во что не верят, смирились с действительностью, процветает только торговля. Институт физики высоких энергий сокращается как шагреневая кожа и одна надежда на зарубежные работы. Люди живут
