А мне сказала, что жена. Видимо Исида, та ещё любительница приукрасить.
— Уверен, она прислала мне подарок. Главная наложница верховного демона, жреца Смерти, хочет, чтобы я сделал открытие века, — гаркнул неприятный мужчина с большим носом и несуразно маленькой головой.
Я сразу смекнула, что это стервятник. Очень похож. Весь его облик кричал — я люблю смерть!
— Нет! Исида мне приказала жить! — возразила я и стремительно вернулась к капитану, чтобы спрятаться за его спиной.
Теперь Альтзаир мне казался душкой и красавчиком.
— Грид, сядь, не думаю, что это для тебя, — мягко рыкнул председатель и обратился к капитану: — мы поняли тебя, половинчатый, и благодарим за службу.
— Нет. Мне не нужна благодарность, мне нужны элимы. Я доставил товар, хочу в обмен получить элимы. — Ты глянь какой корыстный гад! — Вам нужна эта человечка или нет? Если нет, я могу…
— Стоп! Нужна. Забираю за триста элимов, — выкрикнул стервятник, и у меня колени подкосились. — Уверен, что сделаю прорыв в науке и научу бездушных разговаривать, после того как проведу ряд исследований.
— Ты путаешь что-то, Грид, это живое создание, а наш закон гласит: убийство — грех, — возразил ему филин.
Нижайший ему поклон.
— Но что с ней тогда делать? Неужели она к нам послана, чтобы служить главной забавой в столичном доме расслабления?
А вот волк хоть и красавчик, но противный!
Какой ещё дом расслабления? Что-то мне ход их рассуждений не нравился.
— Я возьму её в наложницы, — подключился к дебатам маленький кругленький мужичок, напоминавший упитанную крысу. Ну или бобра.
Что происходит, вообще? Исида же говорила, что здесь нет рабства! А тем временем желающих сделать меня наложницей становилось больше. Ничего не понимаю!
— Чего это ты? Я тоже хочу её взять, — ушастый лис оскалился на грызуна.
— И я возьму, коли на то пошло.
Вау! Вот это честь! Сам председатель! Что б ему! Совсем сдурели?
Я выглядывала из-за капитана и отчаянно раздумывала, каким образом прекратить эту вакханалию.
— Доминус, ты обещал жениться на моей сестре! Тебе не положено брать новую наложницу, — волку планы котика вообще не понравились.
— Я ничего не обещал, Терас, ты опережаешь события, — лениво возразил председатель злому братцу только что брошенной невесты.
Страсти-то какие! И всё из-за какой-то меня. Что же делать?
— А я вообще готов жениться на ней.
Внезапно.
Тут во всеобщем бреде настала гробовая тишина и все посмотрели на сказавшего эти слова огромного мужчину с глазками-бусинками. Того, что напомнил мне медведя.
— На человечке? — уточнил председатель Доминус.
— Зачем?
Не то чтобы я собиралась замуж за медведя, но вопрос меня возмутил — что значит «зачем»? Мужик тут единственный почти нормальную, уважительную мысль выдал, а он ему «зачем»!
— Вы, видимо, забыли, что до раскола, когда на Элмезе ещё жили люди, у нас, оборотней, рождалось от них очень даже сильное потомство, а половинчатые были редким явлением…
Так вот кто они! Оборотни! До меня дошло. А уж потом — чи-иво-о-о?! Какое ещё потомство? Он хочет, чтобы я ему медвежат нарожала?! Сдуреть! У меня и людей-то не получилось родить, а тут.
— Тогда я тоже готов! — волк оглядел меня с ног до головы, а потом торжествующе глянул на Доминуса.
Вон как заботится о сестре, аж согласен положить себя на алтарь брака с совсем не понравившейся мной — в его глазах я видела только брезгливость и отвращение.
— Прошу тишины, достопочтимые альфы, — рыкнул до этого мурчащий председатель, — в таком случае устроим турнир.
— Минутку, — вновь взял слово филин, — вы все забыли, что у нас в государстве у граждан и гражданок есть права? Эту деву нам дало море, а что гласит закон? Правильно! Кто прибыл в Ракад морем, тот его подданный. И не важно: из другой он страны, или из другого мира.
Ну я прям фанат этого альфы-филина! Отличный мужик!
— На что ты намекаешь, Армин? Говори прямо!
— Данная нам морем человечка имеет право на день определения, как и все остальные жительницы государства.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Воцарилась задумчивая тишина.
— Бред, — нарушил её стервятник, — человечка не знает наших законов и не выживет без покровителя. У неё всего три пути: замуж, в гарем или в дом расслабления.
— А я готов её проконсультировать прямо сейчас, — опять проявил удивительную справедливость филин Армин, — как бы там ни было, человечка имеет право на выбор. А я, будучи главным судьёй, за соблюдением закона прослежу.
Ах, вот оно что! Армин — законник, а не сам по себе добрый. Ну и ладно, главное, честный.
— Что ж. Хорошо, — хлопнул ладонями по столешнице Доминус, тем самым сообщив, что принял решение, — пока мы будем выслушивать наших местных определившихся, у вас есть немного времени на подготовку. Займите места в последнем ряду.
— А мои элимы? — жадюга-капитан не оставлял надежды на мне разбогатеть.
— И ты займи место в последнем ряду, Альт. Всё решим.
Глава 6
Капитан подхватил меня под локоть и повёл меж рядов на самый последний. Собрание глазело, не стесняясь, да вот только и я не шла, потупив взор. Рассматривала их так же жадно, как и они меня. Что ж, во втором ряду сидели явно не альфы, а скорее, монстры, подобные капитану: у кого-то глаза, у кого-то уши, у кого-то конечности или волосяной покров не просто напоминали какое-то животное, как у собравшихся в первом ряду мужчин, а натуральным образом не являлись человеческими. Половинчатые — вспомнилось обращение председателя к Альтзаиру — вот кто они.
Шаги я делала неспешные, чтобы всех внимательно рассмотреть.
В третьем ряду собрались вообще не оборотни. Эти аборигены напомнили других сказочных созданий: бородатых и коренастых гномов; зелёных страшных орков, как я окрестила про себя матросов; феюнов — тонких и звонких мужиков с крыльями. Мой переводчик почему-то обозвал их именно так. Были и другие, которых мой мозг пока не мог идентифицировать.
А вот в следующих трёх рядах расположились дамы. Примерно в таком же порядке, как и мужчины. Сначала оборотницы высшего класса, или как их принято называть тут, не знаю. Они похожи на людей, но с небольшими нюансами. За ними сидели те, которым повезло меньше — у одной я разглядела над губой пышные усы, а у другой лежащий на локте хвост. Ну а в предпоследнем ряду жалкой кучкой ютились представительницы местных малых народов.
Что было у всех общего? Полное отсутствие следов работы над улучшением внешности. Простые причёски, естественный цвет волос и никакого макияжа — красота а ля нарурель в чистом виде. Это моему профессиональному взгляду человека, большую часть жизни проработавшему в индустрии красоты, бросилось в глаза сразу. Мозг отметил, отложил в коробочку и принялся делать выводы.
По расположению в зале собравшихся несложно было догадаться, что именно таким образом выглядит иерархия Элмеза: на вершине — мужчины альфы, у подножья — женщины, не оборотни. Взгрустнулось…
Но тут мы достигли самого последнего ряда, который пустовал, и разместились так, что я оказалась между капитаном и филином, и грустить стало некогда.
— Как вас зовут, мадмуазель? — для начала вежливо поинтересовался судья, а я вдруг поняла, что он первый, кто поинтересовался моим именем, и поэтому сочла нужным уточнить:
— Вообще-то, мадам. Я была замужем в своём мире.
— Оу! — не сдержался филин. — Жаль, что вы не настолько умны, чтобы решить об этом умолчать.
Капитан же на моё откровение нелюбезно хмыкнул.
— Не пытайся сбить цену отсутствием невинности, человечка. Меньше трёх сотен элимов меня не устроят.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я вам не товар, уважаемый! Я…
— Так, стоп, — прекратил разгорающуюся ссору судья, — сейчас мы здесь не для этого. Альт, мадам пока не понимает, что говорит.
— Так объясни ей поскорее, альфа Армин, — буркнул капитан и демонстративно от меня отвернулся, представив возможность любоваться звериной половиной морды.
