Читаем без скачивания Аркада. Эпизод третий. maNika - Панов Вадим

– Всегда хотела научиться вязать, – вдруг произнесла Амин. Причем произнесла с легкой грустью, на мгновение перестав быть пикси. Но только на мгновение, потому что уже через секунду мулатка громко рассмеялась и предложила: – Может, откроем свою фирму: ты будешь вязать, а я – продавать.

– Ты умеешь продавать?

– Я легко схожусь с людьми.

– Неужели?

– Странно, что ты этого не заметила… Хотя нет, не странно.

Несколько секунд девушки смотрели друг на друга, а затем рассмеялись. И не просто рассмеялись, а с заразительной беззаботностью, как над очень веселой шуткой.

Клуб «GottoNY»

Бруклин, Нью-Йорк

США

– Думайте о душе своей, люди, ибо каждый из нас и есть душа! И что есть она – то есть мы. Чего жаждет душа – то есть мы. На какое преступление готова она – то есть мы. Как высоко взлетит она – так высоко и нам лететь…

Когда миру явились первые обновленные люди, несчастные люди, пережившие некроз Помпео, потерявшие часть себя и не представляющие, как жить дальше, им сразу и во всех странах принялись придумывать особое название, как будто не было в тот момент ничего важнее.

А может, и впрямь не было, ведь Слово всегда в начале, и когда в мире появляется нечто новое, люди сразу ищут ему имя.

Как бы там ни было, в зависимости от воспитания и образования авторов, прозвища получались или меткими, или нецензурными, наиболее распространенными оказались «киборги», «терминаторы» и, как ни удивительно, «арнольды», но в итоге прижилось самое странное – пингеры, намекающее на жужжание имплантов и протезов. Лживо намекающее, поскольку приводы даже первых устройств работали абсолютно бесшумно… пока были новыми, разумеется, а у богачей – всегда. Слово легло на язык, потому что в нем отразились и суть произошедшего, и легкая издевка. Поскольку те, кого некроз пока обходил стороной, видели в пингерах не совсем людей. Как минимум – измененных. А они, измененные, в одночасье получившие не только новую жизнь, но и новое имя, пытались осознать себя, понять, люди они теперь или нет? Пугающее или естественное? Равное или низкое? И многие из них не смогли разобраться и обойтись без посторонней помощи, но психологи, к которым обращались пингеры, сами не знали ответов на философские вопросы, только-только знакомились с новым миром, постигая, а то и сочиняя его законы. Мир изменился, но еще не отыскал нужного слова, и тогда к его растерянным обитателям явился Орк, который сказал просто и понятно: «Вы – люди! И оставайтесь людьми, что бы ни говорили вокруг, потому что человеком вас делает душа, а железяки, которые мы вынуждены в себя вставлять, есть тлен».

И эти слова подхватили капелланы, в одночасье появившиеся на улицах больших городов. Фанатичные проповедники старой церкви для новых людей, не жалеющие себя и не думающие о риске. Орк никогда не признавал их своими, но пару раз упомянул, что капелланы «делают благое дело».

– Отриньте страх и боль! Вспомните, что вы – люди! Вспомните о гордости и о том, что родились свободными! – Капеллан обращался к прохожим, стоя на перевернутом ящике. Обращался басовитым, хорошо поставленным голосом, не прибегая к помощи громкоговорителя или иного устройства, и прохожие реагировали: останавливались и прислушивались. А из остановившихся мало кто уходил, поскольку слова Капеллан использовал простые, понятные и находящие отклик в душах людей. – Многие из нас потеряли ориентир, потеряли понимание Добра, но не потому что злы, а потому что искренне считали, что Добро покинуло наш мир. А оно здесь…

Из здания напротив вышли два плотных пингера, одетых по последней моде вышибал и мелких гангстеров: в широкие штаны, футболки, респираторы военного образца и тактические кроссовки, пронзили толпу зевак – люди торопливо расступались, – и остановились перед капелланом.

– Пошел прочь!

– Я сделал что-то не то? – осведомился проповедник после короткой паузы. И бросил взгляд на синий внедорожник, в котором скучали двое полицейских. Именно скучали: ни они, ни их дроны вмешиваться в происходящее не собирались.

– Босс не хочет, чтобы ты здесь был, – грубо сообщил тот гангстер, что стоял слева: высокий мулат, чьи искусственные руки покрывала дешевая псевдокожа с бесчисленными татуировками.

Его напарник молча кивнул.

– Но…

– Сегодня важный для бизнеса день, парень, люди хотят немного заработать, а ты мешаешь им сосредоточиться. Приходи под утро, когда все будут пьяные или обдолбанные, и тогда говори все, что пожелаешь. А сейчас – нельзя.

Мулат смотрел на Капеллана очень зло, но говорил сдержанно, то ли из-за полицейских, то ли из-за людей, что стояли вокруг.

– Сколько времени вы мне дадите?

– Нисколько.

– Я должен закончить выступление, – проповедник обвел взглядом людей, которые с интересом ждали развязки. Хотели увидеть, как он подчинится.

– Мне нужна пара минут, – уверенно произнес проповедник и вновь обратился к людям: – Услышьте слово…

Это было очень дерзко, демонстративно дерзко и даже демонстративно пренебрежительно. Капеллан при всех унизил чутких к «знакам уважения» уголовников, и расплата последовала незамедлительно: мулат нанес чудовищный по силе удар в живот, его напарник толкнул несчастного на землю и принялся бить ногами, прохожие поспешили разбежаться, полицейские – чинно удалиться. Даже дроны разлетелись в разные стороны, не особенно интересуясь судьбой капеллана. Картина стала для окружающих «невидимой», никто не обращал внимания на происходящее, и только женщина, подъехавшая к клубу «GottoNY» в длинном черном лимузине, лениво осведомилась:

– Что происходит?

Поскольку избивали проповедника в нескольких метрах от главного подъезда.

– Капеллана бьют, миссис Феллер, – коротко ответил водитель.

– Кого?

– Бандитам чем-то не понравился голос церкви.

– Кого бьют? – переспросила женщина.

– Капеллана, – повторил водитель. – Неужели вы о них не слышали?

– Теперь припоминаю… – она поправила белокурый локон и сделала маленький глоток шампанского из хрустального бокала. – А за что его бьют?

– Наверное, он чем-то прогневал бандитов.

– И все? – удивилась женщина.

– Капелланов часто бьют, миссис Феллер, – ровным голосом рассказал шофер. – Никто не хочет слышать то, что они говорят.

– А что они говорят?

«Правду», хотел ответить шофер, но проглотил почти вылетевшее слово и вместо него уточнил:

– Они говорят, что пингеры – такие же люди, как все остальные.

– Почему же пингеры их не защищают?

– Не знаю, – пожал плечами шофер. И мысленно уточнил: «Пока не защищают».

Трудно, а если честно – почти невозможно объяснить пристрастие горожан к пикапам, комфортабельным грузовикам, абсолютно бессмысленным в современных мегаполисах. Пикап рожден для фермеров, которые с утра грузят в кузов доски для ремонта коровника, а вечером – клетки с птицей на продажу; для реднеков[5], хранящих в нем охотничьи стволы, спиннинги и собак; для тех, кому милы широкие просторы прерии и непроходимые горы, кто умеет разжечь костер без спичек и привык надираться в придорожных закусочных. Пикапы должны бродить по лесам и бездорожью, но многие успешные дети фермерской Америки, переехавшие в большие города и заработавшие большие деньги, вопреки всякой логике выбирали не юркие электрические седаны, а массивные грузовики, заряженные мощными двигателями внутреннего сгорания. Платили безумные налоги за демонстративное презрение к экологии и дикие штрафы в фонд украденного детства Греты Тунберг, но сохраняли верность традиции.

И Джехути Винчи, которого друзья называли Джа, подъехавший к клубу «GottoNY» на авеню Бей-Ридж, оказался одним из таких консерваторов. Его машиной был черный, как душа Сатаны, RAM «Grizzly», здоровенный пикап, выпущенный ограниченной серией – всего пятьдесят штук, – специально для отмороженных на всю голову ценителей с бездонными карманами. При этом пикап прошел дополнительную модификацию: звук двигателя намекал опытному уху, что под капотом «Гризли» прячется не стандартный весьма «раскачанный» мотор, а нечто более мощное, плюс другие колеса, лучшие в категории «город-пригород», усиленная подвеска, из-за чего и без того высокая машина еще приподнялась, и мощный свет. Впрочем, роскошными и эксклюзивными автомобилями обслугу «GottoNY» удивить было сложно: несмотря на то что клуб принадлежал группировке FN23 и считался ее штаб-квартирой, он пользовался колоссальной популярностью и привлекал огромное количество богатых любителей ярко провести время. А главной «изюминкой» считались полуподпольные пингерские бои, частенько заканчивающиеся смертями гладиаторов. Сегодня в «GottoNY» был запланирован интереснейший поединок, в котором Дрекслеру Капитану и Синтии Го предстояло определить, кто бросит вызов чемпиону Кеке по прозвищу Паразит. Бой подводил черту под трехмесячным отборочным марафоном и вызвал настоящий ажиотаж: к клубу выстроилась вереница дорогущих авто, среди гостей то и дело мелькали известные персоны, весело машущие репортерам и репортерским дронам, но в отличие от них Джа дешевой популярности не искал и светиться на новостных каналах не собирался: по дорожке не прошелся, перед папарацци не позировал, остановил машину у скромного третьего подъезда, подождал, пока внутрь проскользнет известный чиновник мэрии, небрежно обнимающий двух молоденьких «секретарей», бросил ключи подбежавшему парковщику и неспешно подошел к дверям.