Как выяснилось, причиной пожара явился некачественный монтаж оборудования. В частности, крышка люка колонны эвапоратора вместо шести болтов была закреплена только тремя. Поэтому ее сорвало, и вспыхнул пожар. Опять горотделом НКВД проводилось расследование и через несколько дней были арестованы главный инженер завода А.В. Глузбанд и начальник цеха Варфаломеев. Настроение у всех было чрезвычайно подавленное. Каждый думал, что такая участь может коснуться и его. Все как-то притихли, между собой откровенных разговоров не вели. Каждый остерегался проявлять интерес к случившемуся.
Встреча с Лазарем Кагановичем
Видимо, около месяца пошло на чистку печи. И вот опять предстоит пуск. Все инженеры волнуются. Буквально за два дня до пуска вызывает меня к себе директор и так таинственно говорит:
— Ты знаешь, Анатолий, нам предстоит серьезное дело.
Я спешу подтвердить, понимаю, мол, Иван Степанович, предстоит пуск.
— Да, — говорит, — так, но вот тебя решили назначить начальником цеха.
От неожиданности я чуть было язык не прикусил. Оторопел и ничего не могу сказать. Потом наконец выпалил:
— Вы что хотите от меня избавиться?.
Он посмотрел мне в глаза и сказал:
— Я не думал, что ты такой трус. Уж если придется, то пойдем вместе, но тебя в обиду никогда не дам. Как мог я пытался отказываться, но Иван Степанович встал, подошел ко мне, похлопал по плечу и сказал:
— Не старайся доказывать не нужное. Я только вернулся из Горкома партии и вопрос этот согласован. Давай лучше поговорим по делу.
Попросил секретаря принести нам чаю и завел речь о том, как лучше нам пустить завод. Дело осложнялось еще тем, что зам. главного инженера Манукян оказался человеком малоподготовленным и серьезной помощи оказать не мог.
Так мы просидели допоздна. Затем он вызвал машину и повез меня показывать будущую 2-комнатную квартиру. Осмотрев квартиру, он сказал:
— Ну как, подходит?.
Я ответил, что для меня она слишком велика. Я не привык к такой роскоши.
— Подожди как еще привыкнешь, будешь просить большую. Предела хорошему не существует.
— Хороша квартира, но надолго ли? — глупо пошутил я.
Иван Степанович повернулся ко мне лицом и строго сказал:
— Волков бояться — в лес не ходить. Запомни, что страх — самый большой источник пороков. Ну, теперь тебе, наверное, нужна машина для переезда? — и улыбнувшись, пожал мне руку, сказал:
— Всегда надо смотреть вперед, а не назад.
Переселился я в новую квартиру, получив напрокат казенную мебель: кровать, стол, стулья, шкаф и т. п. Купить тогда собственную было не так-то просто. Квартира из двух смежных комнат площадью 35 кв.м. казалась настоящим дворцом. Так еще не приходилось мне жить. Надо бы радоваться, да наслаждаться жизнью, а у меня в душе было полное смятение. Очень тревожило осложнение дел с пуском установки. Тысячу раз я задавал себе один и тот же вопрос: неужели, если будет очередная авария, посадят и меня? При одной этой мысли замирало сердце, и тут же спрашивал себя: «Ну, а за что? В чем моя вина?».
В горячей работе все эти мысли забывались и уходили в сторону, а работали тогда буквально день и ночь. И вновь настал, как я считал, роковой день. Надо пускать завод. Казалось, все проверено многократно, облазали все аппараты, коммуникации, опробовали каждую задвижку, болты крепления.
Без преувеличения можно сказать, что мы заново после американцев провели весь монтаж крекинг-установки. И тем не менее уверенности, а главное, душевного спокойствия, не было. Но отступать было некуда.
Начинается очередной пуск. Теперь уже три смены инженерно-технического персонала крекинг-завода из четырех находились на своих рабочих местах. Командовать пуском директор поручил мне. Сам он находился в операторной, но в мои действия не вмешивался, а периодически повторял: «Спокойно, спокойно и еще раз спокойно».
Видимо у каждого человека бывают счастливые события, которые мы просто называем счастьем. Правда, иные скептики не верят в счастье и говорят, что «о счастье и черте говорят все, но никто их не видел». Конечно, в жизни каждого человека, как и в поезде, жестких мест больше, чем мягких. Но все же есть счастье, которое дается не богом, а создается самим человеком.
Несомненно, наш коллектив создал своими руками это счастье, которого хватило на всех. В этот день мы пустили завод. Довели до требуемых параметров все показатели. И вот уже сбылась мечта — бензин пошел в резервуар! Сколько было радости. Мы брали его руками, даже умывались, смывая черные мазутные пятна с лица. Несколько дней я не уходил с завода домой, жил в кабинете, где оборудовал кровать, а завод все работал, набирая с каждым днем мощность. Через неделю мы уже получили товарную продукцию установленного качества, а через две-три недели достигли проектной мощности. Народ почувствовал уверенность, дежурные инженеры стали самостоятельно регулировать работу установки, добиваясь лучших показателей, что раньше категорически запрещалось. Первый цикл до плановой остановки проработал полностью 25 дней и выполнил установленный план по объему продукции, т. е. бензина, почти на 100 %.
Теперь-то мы уж знали крекинг-установку как свои пять пальцев. Правда, научились на своих собственных ошибках и дорогой ценой, но что сделаешь, каждое новое дело требует жертв. Нам тогда казалось, что пострадавшие за первые неудачи строго не будут наказаны и они вот-вот должны вернуться. Но этого, к сожалению, не случилось. Радовало тогда то, что работа завода налаживалась с каждым месяцем, мы не только выполняли, но и значительно перевыполняли задания. Рабочие и инженерно-технический состав всего завода стали хорошо зарабатывать, получать премии. Я уже, по моим представлениям, был сказочно богат. Ко мне в гости на лето приехали мои родители, сестра Анна, и всем хватало места в квартире, все были накормлены и напоены, да еще каждый с гостинцами отправлялся домой. О нашем заводе писала не только городская, но и областная газета. Я приглашался дважды в радиостудию для выступления по местному и областному радио, был избран вторым секретарем горкома комсомола.
3 сентября 1938 года мы собрались отметить день моего рождения, мне исполнилось 24 года. Были приглашены гости, все сослуживцы с завода. И вдруг, в конце рабочего дня, вызывает меня Иван Степанович, поздравляет с днем рождения и так, улыбаясь, говорит:
— А тебя срочно вызывают в Москву.
— Это еще зачем? — сорвалось у меня с языка.
Тогда он усадил меня в кресло и сказал:
— Я внес предложение назначить тебя главным инженером завода. Вот поэтому и вызывают в Москву, чтобы посмотреть, годишься ты для этого или нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
