Вот уж никогда не подумал бы, что он хороший стрелок. Но на стажировке был серьезно удивлен. Поскольку тот обращался со стрелковкой немногим хуже Виктора. Ну хорошо. Не так уж и немногим. Но уж в роте точно шел следом за Нестеровым. Вот и не обошел его вниманием подполковник Дерягин. Правда, с Максимом занимался капитан Прибылов, а вот им заинтересовался сам подполковник. Отчего плечи сами собой расправились, мол, знай наших.
— Виталий Олегович, я присмотрю за вашим подопечным. А вы пока, не могли бы сменить меня на огневом рубеже взвода, — обратился начальник кафедры к Прибылову.
— Непременно, Михаил Евгеньевич, — капитан сделал Максиму последние наставления, и поспешил выполнить приказ начальства.
Среди офицеров как-то не принято козырять званиями. Наследство еще царской армии. Даже в боевой обстановке обращаются в основе своей по имени отчеству.
— Ну, что же, Виктор, давайте вы мне покажете, что можете с пистолетом-пулеметом, — кивнув на лежащий на столе ППГ-15, произнес подполковник.
— Что мне делать? — уточнил Виктор.
— Для начала снарядите все четыре магазина, — распорядился он и подошел к Максиму, стрелявшему из винтовки.
Остальные четверо юнкеров команды, были предоставлены самим себе. Рядом с ними лежали вскрытые цинки, валялись опустошенные коробки, блестели на солнце лакированные гильзы. Латунь в ДВР используется только в гражданском секторе, и патроны те получаются несколько дороже. Впрочем, есть настоящие ценители, которые не признают стальные ни под каким видом.
На лицах стрелков выражение неприкрытой скуки, и даже каторги. Стрелять им явно уже надоело. Но судя по наличествующим рядом с ними патронам, закончат они нескоро. Уши прикрыты наушниками. У Виктора имелись точно такие же. Только они остались в казарме. Хотел было прихватить с собой, но взводный подобный подход не оценил и приказал убрать в чемодан с личными вещами. Только, похоже, прикупил он их все же не зря. Коль скоро этим разрешают пользоваться подобной защитой, то и ему не запретят.
— Нус-с, товарищ юнкер, поведайте мне о ваших успехах в обращении с пистолетом-пулеметом, — вернувшись к нему, произнес подполковник.
— Стреляю двойками. Первый патрон неизменно в яблочко. На магазин получается одна-две серии по два патрона, — коротко доложил Виктор.
— Очередь на три патрона не пробовал?
— Пробовал несколько раз. Но потом отказался.
— Почему?
— Решил сначала получить устойчивый результат на двойках. Но, несмотря на вторую ступень «Пистолетов-пулеметов», пока, воз и ныне там.
— Понятно. Нус-с, огонь.
— Есть.
Виктор взял автомат, присоединил магазин, передернул затвор и вскинул оружие. Посадил мушку под срез черного кружка мишени и нажал на спусковой крючок. ППГ привычно толкнул в плечо выпустив две пули.
Получено 6 опыта к умению «Пистолет-пулемет-2» — 8206 / 16000
Получено 6 опыта — 32000/128000
Невозможно начислить 6 опыта, недостаточный уровень высшего образования.
Получено 6 избыточного опыта — 918
Серия не прошла. Обидно. Но вполне ожидаемо. Вновь потянул спусковой крючок.
Получено 25 опыта к умению «Пистолет-пулемет-2» — 8231 / 16000
Получено 25 опыта — 32000/128000
Невозможно начислить 25 опыта, недостаточный уровень высшего образования.
Получено 25 избыточного опыта — 943
Получено 1 свободного опыта — 160004
Есть! Со второй попытки! В магазине еще двадцать шесть патронов, и кто знает, может повезет еще раз. Воодушевленный успехом Виктор вновь нажал на спусковой крючок.
Ну что сказать. Не повезло. Серий больше не получилось. Впрочем, обошлось без промахов и на том спасибо. Не то, чтобы это было для него свойственно, но ведь закон подлости никто не отменял. Мало ли по какой причине он мог дернуть.
— Юнкер Нестеров стрельбу закончил, — доложил Виктор.
— У нас самостоятельности куда больше, чем в обычных подразделениях, товарищ юнкер. Вы знаете правила безопасности при проведении стрельб. Нарушите, взыщу так, что рады не будете. Побольше самостоятельности, Нестеров.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Есть, побольше самостоятельности, товарищ подполковник.
Виктор отсоединил магазин. Проверил отсутствие в нем патронов. Передернул затвор. Контрольный спуск. И положил оружие на стол.
— Каков результат? — поинтересовался Дерягин.
Он даже не приближался к трубе, чтобы отслеживать результат, а наблюдал за самим Виктором. А потому ничего удивительного в том, что не знал как тот отстрелялся.
— Одна серия, остальные шестиочковые.
— Ясно. Знаете в чем причина?
— Нужно нарабатывать практику, — пожав плечами, высказал свою точку зрения Виктор.
— Или менять технику, — покачав головой, возразил подполковник.
Взял со стола автомат, сменил магазин, подмигнул Нестерову, и вскинув оружие выпустил все патрону одной непрерывной очередью. Удовлетворенно кивнул. Разрядил, проверил оружие и положил его на стол.
— Одна серия из четырех патронов, одна из трех и три из двух. Четыре пули мимо яблочка. Моя база владения стрелковым оружием ниже вашей, хотя и повыше, чем у вашего товарища, Игнатова. Вопросы?
— Н-но как? — только и сумел выдавить Виктор.
— Все дело во вкладке. Вы стреляете из автоматического оружия так же, как и из винтовки. Но, несмотря на скорострельность «горки», это в корне не верный подход. Здесь нужно действовать иначе. И тогда совершенно не имеет значения из чего вы стреляете, из пистолета-пулемета или пулемета. Возьмите автомат, присоедините пустой магазин, и прицельтесь.
Виктор выполнил распоряжение. Дерягин вновь кивнул своим мыслям, а потом начал объяснять Виктору, что именно он делает не так. Признаться стойка была непривычной. Стоять приходилось как-то ссутулившись, подав плечи и тело вперед.
Битый час он тренировался правильной вкладке с незаряженным оружием. Причем всякий раз подполковник подмечал что он делает не так, и показывал как это исправить. При этом успевал еще и заниматься с Игнатовым. Правда, его он натаскивал на работу с винтовкой. Как видно, решил, что учить Нестерова, только портить, коль скоро у него и без того все в порядке. Чего не сказать об автоматическом оружии.
Наконец дело дошло до стрельбы. Присутствовала надежда, что тренировка не пройдет даром и он сходу получит положительный результат. Тем более, что он чувствовал, что оружие в его руках ведет себя иначе. И куда лучше прежнего. Ему было значительно проще выдерживать линию прицеливания, Ствол не гулял так, как прежде. Но реальность его не обрадовала. Из тридцати выпущенных пуль только шесть оказались результативными. О сериях и говорить нечего.
— Что же ты, мой друг, не весел? Что ты голову повесил? — нараспев произнес подполковник.
— Да я… — растерянно начал было он, и осекся.
— Выдыхайте, Нестеров. Выдыхайте. Стойка правильная. Урок вы усвоили правильно. Видно, что оружие чувствуете, оно в ваших руках не брыкается, ходуном не ходит. И это главное. А результат. Не все измеряется заработанным опытом. Посмотрите, — указал он на трубу.
Расстояние всего-то полсотни метров. Оптика мощная. Стрелял он в свежую мишень. Так что отметины от пуль теперь видел явственно.
— Пересчитайте пробоины. Я не глядя скажу вам, что их тридцать и все легли не далее восьмерки.
— Так и есть, — закончив с подсчетами, ответил Нестеров.
— Вы хороший стрелок, юнкер. И при такой вкладке не попасть в мишень просто не могли. И чтобы в этом убедиться. Заряжайте последний магазин и непрерывный огонь. Но на этот раз из своей прежней стойки.
Ну что сказать. Не даром же Дерягин занимал должность начальника огневой подготовки и курировал команду училища. Два попадания в яблочко. Но главное не это, а шесть пуль ушедших в молоко и разброс по всей мишени.
— Все понятно? — ухмыльнувшись, поинтересовался подполковник.
— Отрабатывать новую вкладку, нарабатывать опыт, и результат будет, — подытожил Виктор.
