На Каме V через три месяца должны были пройти выборы Председателя Планетарного совета. Должность выборная, на пять лет, избирается всеобщим голосованием. Председатель обладал большой властью и большими возможностями в масштабах всей планеты.
В предвыборной гонке участвовали два кандидата. Первый представлял интересы владельцев нескольких крупных и множества мелких предприятий тяжелой промышленности и военно-промышленного комплекса. Звали его Ван Ло. Ходили какие-то невнятные слухи о его криминальных связях, но все на уровне сенсаций для желтой прессы. Второго кандидата — Вернера Шмидта — поддерживали владельцы легкой и химической промышленности, несколько торговых домов и большая часть интеллигенции. В местных средствах массовой информации политических противников довольно точно, хотя и несколько пафосно, называли Партией Войны и Партией Мира. На данный момент общественное мнение медленно, но верно склонялось в сторону Партии Мира.
Анализ целей выявил закономерность — в их число попали заводы и склады, принадлежащие наиболее богатым сторонникам Партии Мира, и города, являющиеся интеллектуальными центрами планеты. Тогда все встало на свои места — и выбор целей, и жесткие сроки акции, и анонимность заказчика, и происхождение запчастей, и странная осведомленность о проблемах «Эскадрона». И хорошее знание характера «команданте», который за лишнюю кредитку способен… нет, не удавиться, скорее, удавить всех остальных.
Атака фактически подрывала основы благосостояния сторонников Шмидта, что выливалось в резкое сокращение финансирования Партии Мира. Интеллигенция, напуганная налетом, который неизбежно повлечет за собой сильные разрушения и жертвы среди мирного населения, должна склониться к милитаристской предвыборной программе Ван Ло, предусматривающей качественное и количественное усиление сил самообороны планеты. Малое время до выборов позволит поддерживать необходимый уровень страха и истерии. А это — дополнительные заказы для «своих», влияние в мире большого бизнеса, в перспективе — второй срок на посту Председателя. Простая политическая двухходовка. Шах и мат. А «Эскадрон» уже подписал контракт и тем самым завлек себя в ловушку.
Большой проблемой стало распределение роботов и пехоты по отрядам. Как ни крути, но слаженные роты «Эскадрона» вынужденно пришлось делить и раскидывать по разным шаттлам. Так же по необходимости формировались отряды из одиночек и частей разных подразделений. Все это неизбежно должно было привести к проблемам во время марша или боя, но времени на боевое слаживание катастрофически не хватало.
План атаки, разработанный общими усилиями, выглядел просто, как удар колуна. Сначала высаживаются роботы с трех шаттлов (были выбраны два «Единства» и «Бастион») и при поддержке атмосферно-космических истребителей приступают к выполнению задачи. Цели — города, заводы пищевой, легкой и химической промышленности. Четвертый шаттл («Единство» из числа субконтрактников) превратили в носитель истребителей для осуществления прикрытия и доставки четверки АКИ к некоторым весьма специфическим целям. Что-то разрушат роботы, а что-то, вроде того же предприятия тонкого синтеза, разнесут истребители. Соваться на нефтеперерабатывающий или химический завод на роботе — это для самоубийц.
Первые группы оттянут на себя местные силы самообороны. Вот тогда и настанет черед оставшихся транспортов, несущих мало роботов, но загруженных пехотой и бронетехникой. Их целями являлись два очень лакомых кусочка — завод по обогащению и очистке редкоземельных элементов со складом металлоконцентратов и склад с промышленным оборудованием. После десантирования роботы подходят к целям, уничтожают остатки охраны и держат периметр. Пехотные части с приземлившихся прямо на территорию складов шаттлов занимаются окончательной зачисткой. Потом начинается «перемещение материальных ценностей», а попросту — банальный грабеж. Через несколько часов все грузятся обратно на шаттлы и возвращаются на джампер.
В очередной раз интуиция проявилась, когда этот придурок Карлос попытался закадрить капитана джампера. Красива, нет слов, но ТАК к ней подкатить… Как только она его не пристрелила? В итоге злой как черт Карлос наорал на подчиненных и залез в своего робота — продолжать кусать локти в одиночестве; капитан наорала на свой экипаж; и, в конце концов, они прыгнули без дополнительной проверки расчетов траектории. Дурдом полный!
В результате вынырнули совсем не там, где рассчитывали. Офицер-наблюдатель, глянув на планету, стал ругаться трехэтажным матом и орать на штурмана — в месте предполагаемой точки высадки находилось обширное водное пространство. К тому же полпланеты затянуло облаками, и отыскать реперные точки на поверхности (острова, горные цепи, озера, моря и побережье характерной формы) для точного определения положения на орбите оказалось проблематично.
Впрочем, через пять минут мостик «обрадовал» — вроде бы что-то похожее нашли и с положением вроде бы определились. Цели находились на другом конце континента… В результате для того, чтобы уложиться в отведенное время, шаттлам придется почти час разгоняться на полутора «же», потом по баллистической кривой входить в атмосферу и тормозить уже на двух, попутно выбирая, куда именно удобнее всего сесть, так как переданные заказчиком карты сильно отличались от реального рельефа, расстилавшегося внизу. Интуиция радостно выла: «Ага! Я же говорила!!»
Тело Вэнса налилось тяжестью. Пока терпимо, но что будет через час? Еле заметное движение рукой по подлокотнику, и в уши ворвался легкий шум статики.
— Мостик, это Захват-Один! — Звук с микрофона шел чистый и почти без запаздывания.
— Мостик на связи, — откликнулся кто-то из команды.
— Как обстановка? — Нет, может, стоит напрямую спросить: «Кто нас внизу ждет? И нет ли признаков формирования комиссии по очень торжественной встрече незваных гостей?»
— Пока тихо. Аэрокосмических сил нет, орбитальных станций нет, система заатмосферной защиты молчит, если она вообще существует.
— С джампера новости есть? — Не то чтобы Стиллману очень хотелось это знать. Просто такая болтовня перед высадкой изрядно его успокаивала.
— Отошли все шаттлы, ложатся на курс. Видимость ограничена, целей не видно.
— Плохо. — Дополнительное маневрирование в атмосфере планеты могло привлечь ненужное внимание.
— Еще бы! Летим вслепую. — Собеседник на мостике вполголоса чертыхнулся.
— Нас засекли?
— Скорее всего — да. Что-то похожее на радар нас ведет, но какой именно — не пойму. В справочнике его нет.
— Сколько еще лететь?
— Два часа минимум. На разгоне минут сорок, полчаса невесомости, вход в атмосферу и на торможение около часа.
— Ладно, удачи. Будут новости — сообщи.
— Принято.
Стиллман еще раз шевельнул пальцем, обрывая связь с мостиком, и вышел на частоту своего подразделения.
— Это Захват-Один, всем Захватам! Проверка связи.
Основная частота… Есть. Запасная… Норма. Вторая запасная… Хорошо. Аварийная… Тоже в порядке…
— Проверить состояние роботов!
Так, начали. Реактор… Система стабилизации магнитного поля… Так, хорошо. А под нагрузкой? Отлично, запас есть, и приличный… Гироскоп… Вооружение… первая группа — плазма, вторая группа — лазер, третья — пушка. Охлаждение… Отлично, идем дальше. Системы обнаружения… прицеливания… целеуказания… система управления огнем — в норме… Тактический дисплей…
Все работало так, словно его робот только что вышел из сборочного цеха. Ни одного, даже мелкого сбоя. И именно это нервировало больше всего. «Если у вас все слишком хорошо, значит, вы что-то пропустили!» — вспомнилось любимое выражение сержанта из Академии. Черт, что же нас ждет внизу?
Солнечная система. Планета Земля. СССР. Москва. Кремль. 22 октября 1977 года. 10 часов 35 минут— Докладывайте. — Председатель Совета Министров СССР Алексей Николаевич Косыгин, де-факто занявший место стремительно впадающего в маразм «дорогого Леонида Ильича», внимательно посмотрел на министра обороны, маршала Дмитрия Федоровича Устинова.
— Появление неизвестного объекта зафиксировано станциями слежения в восемь часов тридцать три минуты по московскому времени двадцать второго октября. По докладам Центра Управления Полетами, объект совершил ряд маневров, после чего от него отделились четыре меньших объекта, которые направились к атмосфере Земли. Сейчас они находятся в зоне действия радиолокационных станций системы предупреждения о ракетном нападении и взяты ими на сопровождение. Предварительный расчет траекторий показывает, что они нацелены на Западную Европу и европейскую часть СССР. На радиозапросы ни орбитальный, ни отделившиеся объекты не отвечают, хотя ведут активный поиск при помощи бортовых радиотехнических средств.
