его и скинь мне.
***
Энн достала телефон из кармана джинсов и, не скрываясь, сфоткала Джона, пока тот вымерял расстояние по бокам стола, чтобы отцентровать клавиатуру.
***
Энн: Он точно псих. Монитору и клавиатуре уже пять минут место найти не может.
Энн: Лови.
Салли: А он ничего такой, рыжая версия Стива Джобса.
Энн: Хочешь, познакомлю?
***
– Мисс Росс, – в кабинет вошел мистер Хилл.
Энн дважды в жизни видела финансового директора компании и впервые в жизни – в своем кабинете.
«Кто он такой?» – пронеслась мысль в голове девушки, внимательно изучающей Джона.
– Это мистер Рид, и вы должны помочь ему адаптироваться.
– Поняла.
– Мистер Рид, смотрю, вам уже выдали компьютер. Отлично. Если что-нибудь понадобится, обращайтесь к мисс Росс или к моему личному секретарю, мы сделаем все, чтобы вам было максимально комфортно.
***
– Эй, Майкл, давай проучим Джона за вчерашнее? – предложил Тони.
На его лице сиял свежий фингал. Правый глаз заплыл, а нижняя губа вздулась, словно его покусали пчелы.
– Да, Майкл, нас четверо, а он один, – добавил Тим.
Даже толстяк Джо, самый молчаливый из ребят, тоже не остался в стороне:
– Я могу его подержать, пока вы потанцуете с ним.
– Да, Майкл, пошли, – настаивал Тони, потирая распухшую губу.
Главарь банды молчал. Может, он просто не знал, как поступить.
– Майкл, он сейчас слиняет. Решайся.
Джон заносил вилы в сарай и не видел, как за углом дома шептались ребята.
– Мы будем действовать быстро, – повысил голос Тони, – Джо подбежит, схватит его сзади, а потом я покажу ему стиль кобры.
– Да, и я буду драться, как Брюс Ли, – добавил Тим.
– Хороший план, парни, – произнес Майкл. – Но чтобы наши удары были сильней, сперва стоит хорошенько подкрепиться. Я слышал, что один батончик Hershey's усиливает удар. А я хочу, чтобы нашему малышу досталась двойная порция, поэтому давайте съедим по шоколадке и покажем, что будет, если распускать руки.
***
– Кто ты такой? – спросила Энн, когда финансовый директор покинул кабинет.
– Я Джон.
– Я поняла, что тебя зовут Джон, но кто ты такой?
– Будущий дизайнер.
Энн схватилась за голову от непонимания.
– Ты всегда так «много» говоришь?
Джон ничего не ответил. Он утонул в светящемся экране аймака. Энн пристально смотрела на «рыжую версию Стива Джобса» и пыталась поймать хоть одно его движение. Но он продолжал сидеть с ровной спиной, как тибетский монах, и не моргая плавно двигал мышкой.
– Готова поспорить, что у тебя нет друзей! – кинула Энн.
– Готов поспорить, что все ваши друзья устают от вас, – тихо произнес Джон, не отрываясь от экрана.
– Ты все же умеешь говорить? А я уже подумала, что ты робот и твой алгоритм позволяет выдавать лишь односложные ответы.
– Тогда бы я очень хотел, чтобы вы были таким роботом, – сказал Джон.
***
Энн: Этот тип невыносим, он хамит и считает себя пупом земли.
Джон выкидывает номер с разворотом
26 ноября. Обед
Надеюсь, это не какой-нибудь эксперимент британских ученых. Важные люди в костюмах посадили меня в кабинет. Принесли мне новый комп. И оставили наедине с грязнулей. Она невыносима и без умолку тараторит. Если я правильно запомнил, ее зовут Энн. Одета она ужасно, волосы сальные, а нелепо заправленная рубашка не стиралась минимум два дня. И как только ее тут держат? Совершенно не вписывается в формат компании. У остальных сотрудников неплохой вкус и, если не сильно придираться, относительный порядок на рабочих местах, но не у этой леди. Кажется, на ее столе танцевали чечетку, и это напротив меня. Теперь, чтобы сконцентрироваться на работе, мне придется сильно постараться, если только не повернуться к этой неряхе спиной…
***
Энн: Этот тип что-то задумал.
Энн: Он решил отвернуться. Взял свой НОВЕНЬКИЙ компьютер и повернулся спиной!!!! Ты представляешь, какой нахал?
Энн: Салли???
***
– Что ты себе позволяешь? Я тебе так противна, что ты решил от меня отвернуться?! – вскочила Энн.
Джон молча продолжил перестановку.
– Эй, мистер, я вообще-то не пустое место, чтобы игнорировать меня.
Джон поставил компьютер на стол и стал снова отмерять расстояние по краям, чтобы монитор стоял абсолютно симметрично.
Энн кипела. Молчание парня вызвало у нее дрожь в теле. Она стиснула зубы и, преодолев расстояние между ними, дернула его за плечо.
– Мистер, я не пустое место, тебе понятно?!
– Вы – Энн? – спокойно произнес Джон.
Девушка смотрела огненным взглядом. Совсем не это она хотела услышать, но это было уже лучше холодного молчания.
– Еще вчера я был страховым агентом, а сегодня мне прочат карьеру дизайнера.
Энн разжала зубы.
– Ваши боссы решили, что у меня потенциал, потому что моя анкета – это «произведение искусства».
– И как это касается того, что ты решил отвернуться от меня?
– Беспорядок, – Джон указал на стол Энн. – Я не выношу беспорядок.
– Посмотрите на него! Это мое рабочее место, и я имею право работать в тех условиях, в которых мне комфортно.
– Поэтому я и отвернулся.
– Ты так пытаешься намекнуть мне, что я плохая хозяйка?
– Нет.
– Ты хочешь меня упрекнуть за то, что я грязнуля?
– Нет.
– Ты считаешь, что женщине нельзя быть такой неаккуратной?
– Нет. Мне просто не нравится беспорядок.
***
– Майк, смотри, что у меня есть, – сказал Тим и протянул четыре батончика Hershey's.
Майкл, увидев шоколадки, почему-то не обрадовался, а, напротив, побелел.
– Все, как ты хотел, – добавил Джо.
– После того как мы их съедим, я точно буду как Брюс Ли, – заметил Тим.
Майкл молчал. Он не мог разобраться в собственных мыслях.
– А я отточу свой стиль кобры, – Тони поднял правую руку перед лицом и, согнув кисть, зашипел, как змея.
– Кажется, кому-то не поздоровится! – не мог успокоиться Тим.
Джон находился в сарае и не подозревал, что парни затеяли неладное. Он вообще мало что замечал вокруг себя. Парень был себе на уме и, быть может, поэтому так не нравился ребятам.
– Джон в сарае? – спросил Майкл.
– А где ему еще быть? Снова там возится с инструментами, раскладывает их, словно на распродажу, – ответил Тим.
– Тим, давай сюда шоколадку, сейчас мы хорошенько заправимся и проучим рыжего приятеля.
У Тони чесались руки, так он хотел отомстить за синяки на своем лице. И хотя родители уже поговорили с мамой Джона, этого было недостаточно. Тони хотел мести.
– Месть подается холодной, да, Тони? – жуя Hershey's, спросил Майкл.
– Я бы сказал, сладкой, –
