— Тогда можете для начала ответить на мой самый первый вопрос.
7.39.12 Биография генерала Чена от Даррена
Даррен слегка поскучнел, но кивнул:
— Генерал Чен Сун Он, как вам будет угодно. Спрашивайте.
— Чен — это провинция?
— Да.
— Господин министр мне рассказывал, что его семья жила какое-то время у семьи Чен, которая потом вошла в состав Карна по договору о присоединении Четырёх Провинций?
— Совершенно верно.
— Но он же говорил, что если начнётся война, то генерал Чен будет по ту сторону границы.
— И снова верно.
— Как так вышло?
— Он не сын правителя Чена, он его внук. Во время войны правил Чен Ин Сон, сейчас правит Чен Ин Ха, сын Ин Сона и родной брат матери генерала Чена.
Вера нашла лист с генералом и стала быстро записывать. Даррен поставил на стол оригами в виде журавлика и взял следующий листок, начал складывать его и рассказывать дальше:
— Во время войны мать генерала Чена была замужем за сыном правителя Шаня, это примерно между центром империи и южным побережьем, туда долго добираться. Во время переворота правителя убили, его сыновья тоже разбежались кто куда, отец генерала Чена погиб, его жену спасли слуги и спрятали, она жила у них, и родила у них, получилось, что ребёнка не было в семейной книге, это его спасло. Всех остальных детей нашли и убили, так всегда делается, когда меняется династия, правитель Шань был женат на дочери императора Ву, генерал Чен — его правнук. Его мать долго прятала ребёнка, потом уже после войны она смогла связаться с семьёй, ей организовали фиктивный брак и записали ребёнка задним числом, как рождённого в доме Чен. Но это потребовало много времени, была сильная неразбериха, а им надо было создать несуществующего мужчину с биографией, женить и похоронить, это сложно, даже при цыньянской несовершенной бюрократии. К тому моменту, как они всё провернули, и мать генерала могла вернуться в дом своего отца, генерал Чен уже проявил себя в школе и его заметили, в империи одарённых детей отмечают особо, и продвигают за счёт государства.
— Ого, — улыбнулась Вера, Даррен тоже улыбнулся и сразу смутился, сдал назад:
— Ну, не за счёт государства, я неправильно выразился. Их замечают учителя, они докладывают чиновникам местного самоуправления, чиновники присутствуют на экзаменах, и если ученик действительно хорош, его рекомендуют в учебные заведения рангом повыше, они отправляются учиться в региональные центры, это дорого, поэтому чиновники берут на себя обеспечение транспорта, одежды, питания и проживания для такого одарённого ребёнка. Если он показывает успехи, то чиновник его стимулирует подарками и всякими поблажками для его семьи, потому что, если его протеже будет делать успехи и тоже станет чиновником, то своего добродетеля не забудет, и обеспечит ему достойную старость, и будет помогать его детям — так формируются связи и работает социальный лифт. Так вот, к тому моменту, как мать генерала получила возможность вернуться в дом отца, генерал Чен уже был замечен, в него крепко вцепились, потому что видели перспективу и успели вложить деньги. И его матери пришлось остаться там. Она могла вернуться, но решила не возвращаться. Её отец выслал им денег, не особенно много — Карн не оставил правителям империи их богатств, они остались правителями только номинально, поэтому… Нет, ясное дело, что часть богатств они успели спрятать, но за ними хорошо следили, так что они не шиковали, и одинокая женщина с ребёнком тоже не могла себе позволить особой роскоши. Ей даже приходилось работать, не на фабрике, конечно, но деньги она зарабатывала, даже когда уже смогла связаться с родителями.
— А чем она зарабатывала?
— Преподавала, у неё было хорошее образование. Стихосложение, каллиграфия, языки, музыка. Когда генерал Чен показал первые успехи в школе, его мать пригласил в свой дом местный судья, она учила его детей манерам и языкам. Потом генерал Чен закончил храмовую школу, его пригласили в офицерский колледж в столице, и его мать переехала с ним, начала жить у его нового покровителя, одного из императорских чиновников, но там она уже была просто гостьей, документы были готовы и все знали, что она благородная госпожа. Отношение к правителям-перебежчикам там было не очень хорошее, но её извиняло то, что она юридически была замужем за офицером армии нового императора, которого как бы убили — вдова военного, к ним есть уважение и сочувствие. Генерал Чен закончил колледж, он за него не платил, поэтому обязан был отслужить год бесплатно в императорских войсках, после этого даётся увольнение, и он попросил разрешения отвезти мать к её отцу, потратил на это отпуск. В доме Чен его по всем правилам приняли в семью, он оставил там мать и вернулся в армию императора, и служил там всю жизнь, хотя распределение просил поближе к границе, чтобы иметь возможность навещать родственников. Он воевал с варварами юго-востока, Шен вам не рассказывал? Они там познакомились.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не особенно, — Вера быстро писала, с трудом удерживаясь от соблазна набросать профиль генерала, или хотя бы силуэт со спины. — Понятно… Он не женат?
— Нет. Он был женат, один раз, его супруга умерла, не родив ребёнка, полгода назад примерно, после этого он не женился больше. Да и у него нет на это времени, он постоянно в разъездах по службе, то воюет, то учится, дома бывает редко.
— Понятно, — она дописала, он поставил на стол бумажную лягушку, улыбнулся:
— Следующий листок?
7.39.12 Разбор Вериных заметок по балу от Даррена
— Пожалуй. Это у нас… — она взяла всю стопку, перебрала и положила перед собой самый первый лист: — Артур.
Даррен качнул головой:
— Ничего не могу сказать, пока ничего конкретного не ясно. А вы что о нём думаете, вашей божественной силой? Годится он в друзья святой Призванной?
Вера задумалась, неопределённо двинула плечами:
— А надо ли?
— Он сильный маг, таких мало. Это не аргумент для вас? Или он вам настолько не нравится, что вы не будете с ним работать ни при каких условиях?
Она задумалась ещё крепче, изобразила неопределённый жест:
— Он не плохой человек. Он просто… не воспитанный, в смысле не манер, а душевных качеств. Но сам по себе он не плохой. Просто равнодушный, поверхностный, такой какой-то… вроде и не слабый, но шаткий. Кто его качнёт в свою сторону, тот его и получит, сам он какой-то высокой цели существования не видит и не ищет, ему не надо, такой… бродячий он. Глядя на его брата, удивительно, что он Артура не заразил своим энтузиазмом и не потянул за собой. То ли не нужен, то ли не нравится чем-то. Надо подумать над этим ещё, мало информации.
Она замолчала, взяла карандаш и стала нервно рисовать косу по краю листа, невольно вспоминая синие глаза Анвара Шарифа. Даррен наглаживал сгибы оригами, кивнул:
— У меня самого пока мало информации, но когда будет, я поделюсь. Дальше?
Вера сняла лист Артура со стопки, прочитала первое попавшееся имя на следующем листе:
— Рубен. Он был на балу?
— Был, но в основном заседал по альковам. Вы его могли видеть у баров, он скромно одевается, примерно в такие же костюмы, — он указал на свой серый пиджак, Вера спросила:
— Не любит выделяться?
— Не видит смысла тратиться. Он очень здравомыслящий и не зависимый от моды и чужих мнений.
— Угу, — Вера быстро дописала пару слов, опять посмотрела на Даррена: — Биография?
— Самая заурядная биография сына мелкого помещика, чья семья постепенно поднималась в финансовом плане и подтягивала связи через браки. Его отец был одним из тех, кто женился на богатой наследнице после войны, есть мнение, что он еврей, и что дворянство он купил за день до знакомства с будущей женой. Он работал секретарём у старого помещика, хозяин его усыновил после войны, когда потерял всех сыновей и надежду на обеспеченную старость, семья секретаря ему за это хорошо заплатила. Сейчас Рубен очень влиятельная персона, у него связи во всех слоях общества, от верхов до самого дна. Я бы вам не советовал с ним даже видеться. Просто на всякий случай.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
