Прямо над головами пролетел выполненный в форме шестиугольной пирамиды со слегка вытянутой лобовой частью, блистающий лучеметами фланер колониальной полиции. За ним еще три кинетических гравиоцикла в виде пираний с четырьмя излучателями-колесами вместо плавников. Они мчались столь низко, что чуть не зацепили коммерсантов Империи Пурпурного созвездия. Гермес, впрочем, лишь рыкнул. - Пульсарная флора. Затем склонился поближе к торчащему, как локатор, уху Урлика:
- Да, постой парень, накручивать коллапсы на пятки! Конечно, еще есть информация. С планеты Земля должна поступить новая партия культурных ценностей, так что пора искать клиентов.
- Найдем. У перепончатокрылых искусство безволосых приматов пользуется большим спросом. Художества зверей, ценят только животные!
И два негодяя заржали идиотским смехом. Гермес врезал ногой спешащей по своим делам лимонной медузе( гибридный организм фрукта лимона и сухопутной медузы!), и проводив её перелет удовлетворенным взглядом, провыл:
- Неполноценных особей полно, они способны только пить вино! А кто из них способен не успех? Такой расклад лишь вызывает смех!
Напарник кинул и пропустил в рот пирожное, выскочившее, из уличного синтезатора - автоматика сработала на телепатическую просьбу.
Затем комп-браслет на руке у Урлика выдал трехмерную голограмму - клыкастый крылатый монстр показал что-то выразительным жестом. Жирное лицо стэлзана вдруг вытянулось и, развернувшись, богато одетый толстяк бесшумно удалился.
Гермес жестом подозвал полуголую мускулистую девицу, судя по наколке (пронзенному мечом сердцу с длинным номером на голом плече), она служила в антивойсках - что-то наподобие штрафбата в армии Стэлзаната. Дева взлетела перед ним, выставив, обнаженную пышную грудь, с алыми, блестящими, как глянец сосками. Со ступней её босых ног еще не успели сойти волдыри, от традиционного болевого воздействия, бега по раскаленной добела металлической дорожке, что принято в антивойсках Пурпурного созвездия. Покорность вбили капитально и, внешне юная девчонка( хотя усталые ядовито-зеленые глаза выдавали куда более солидный возраст) глядела с преданность старой собаки.
- Исполню все, что скажешь повелитель. Полчаса десять куламанов. - Ее длинный, розовый язычок, призывно лизнул по полным, атласным губам.
- Если хочешь чтобы тебе скосили, срок выполни вот это. - Гермес передал с комп-браслета (плазменный компьютер с многочисленными функциями: в том числе способный убить мини-лазером и поддерживающий связь между звездными системами) кратким импульсом послание. Форме сгустка гиперплазмы, оно ушло, в подобие ручных часиков, что носила атлетически сложенная воительница-шлюха.
- Вот время ночи любви отнесешь его пентагоному Бегдеру раса хоффи! - На сверкнувшей голограмме мелькнула смесь медведя и носорога с ушами слона. - Это его рожа!
- Будет исполнено! - Девица тряхнула массивными бедрами и взлетела в воздух, управляя полетом, оттягивая носки и расставляя пальцы рук.
***
В это время парализованный юноша был доставлен в медицинский центр. Несмотря на все повреждения, он был в полном сознании. Мысли измочаленного мальчишки были обращены к родной Земле...
...Его порабощенная планета стонала под кверлиловой( основной металл из которого делают звездолеты захватчиков в сотни раз прочнее титана) пятой. Незадолго до своего отлета в бескрайние дали космоса, он был свидетелем варварской зачистки, в результате которой погибли десятки тысяч людей, в том числе и его подруга Елена. При правлении губернатора Фагирама Шама землян стали преследовать беспрецедентно жестко, как никогда ранее. Любого из туземцев, кто пытался подойти без пропуска, хотя бы на пять миль к автотрассам, безжалостно убивали. И хорошо если быстро: большинство распинали на крестах в форме свастики, шестиконечных звездах или сажали на кол. С живых невольников независимо от возраста и пола сдирали кожу, или вешали за волосы, растворяли в кислоте, отдавали на съедение муравьям-мутантам. Были и более изощренные пытки с помощью нанотехнологий и различных виртуалок. Людей расселили по баракам, эксплуатируя, как тупых животных. Практически все крупные города и промышленные центры были уничтожены еще при завоевании планеты. После обработки "чистыми" аннигиляционными зарядами на Земле не осталось ни единого военного объекта и ни одного завода. Под предлогом того, что все представители человечества должны иметь работу, их полностью лишили механизации, заставляя почти всё делать вручную. Часть рабов использовалась для строительства громадных декоративных сооружений. В редких учебных учреждениях людей учили лишь элементарным знаниям, на уровне начальной школы. Ведь тупость ближе к покорности, а живой ум как вольная птица, рвется к свободе. Недаром реакция всегда была против того чтобы дать простому народу образование. Культурные сокровища землян бессовестно грабили, шедевры рассеивались по другим звездным системам. Сами талантливые мастера при этом оставались в положении заключенных концлагерей, и им было даже хуже, чем тем, кого природа не наделила талантом. Почему? Потому, что работа на износ стала проклятием, остальные не столь способные могли иногда и отлынивать за ненадобностью. Посему представители человечества предпочитали скрывать свои дарования. Но их все равно находили с помощью интеллектуальных сканеров и детекторов. Планета превращалась в одну сплошную казарму, в колонию обширнейшей космической империи. С человечеством делали все, что хотели. Самыми ужасными были фабрики смерти, где плоть убитых, или что еще страшнее живых людей шла на вторичную переработку.
Кошмарное воспоминание; раскрашенная физиономией как сорока, в черном костюме с желтыми тупыми шипами стэлзанка, со всего размаха бьет его тогда еще совсем маленького мальчика перчатками по лицу. Свистит рассеченный воздух, впалые от недоедания щеки обжигает огнем, хочется ответить, но тело сковано невидимым, давящим тисками полем. Только не заплакать, не закричать, не показать что тебе страшно... Самое жуткое здесь не боль, к которой ты привыкаешь с младенчество, даже не унижение, ибо какая гордость может быть у раба, а тот факт, что перчатки сделаны из натуральной человеческой кожи. Той самой кожи, что живьем содрали с твоих товарищей!
... Лев очнулся и застонал, с трудом повернулся, роботы попытались его успокоить, придерживая своими колючими, многосуставочными конечностями. При этом как будто в насмешку израненному гладиатору, словно маленькому мальчику, запели тонюсенькими, механическими голосками колыбельную. Мальчишка ощутил обиду, он уже успел за свою недолгую жизнь побывать в таких передрягах, что психологически ощущал себя аксакалом. Эраскандэр шепнул напухшими, разбитыми губами:
