Получается, Калеб не все ограничения предусмотрел? Либо он хотел, чтобы девушка об этом узнала? Не знаю, а гадать на кофейной гуще уже надоело.
С интересом смотрю на пораженное лицо Кати. Жду криков ужаса и страха.
В некоторых странах темные маги не в чести. Нас боятся, презирают, ждут подвоха. Хотя цвет магии – это лишь направленность, данная при рождении, на характер это никак не влияет. Кровь девственницы мы не пьем, как-никак девственниц можно использовать более приятным способ для всех сторон.
Стою, проклятий либо обвинений все еще нет, убегать в ужасе от меня тоже не собираются. Наоборот, Кати смотрит на меня с явным возрастающим интересом. Что-то обдумывает. Надо же, какая выдержанная мне попалась госпожа.
– Что умеешь делать? – спросила она, чуть ли не потирая руки.
У девушки аж глаза загорелись. Похоже, словосочетание «темный маг» ее ни капельки не напугало. Наоборот, девушка довольна, будто ей сфера всевластия попалась. Может быть, она как раз в услугах темного мага и нуждалась. Эх, Калеб, кому ты меня подсунул?!
Дико любопытно, какие магические способности ее интересуют. Вдруг мне сейчас прикажут мир захватить или еще что-то подобное?! Кстати, корона бы девушке пошла.
– Многое, – не стал вдаваться я в подробности. – Но, к сожалению, на данный момент не могу колдовать из-за ошейника.
Даже немного жаль ее разочаровывать и смотреть, как тухнет взгляд.
– А что интересует?
Кати промолчала.
– Переместить тебя к твоим родным я смогу, – я решил попробовать угадать, что же ей так нужно, затем добавил: – Разумеется, если снимешь ошейник.
Честно говоря, я ни на что не надеялся, мне просто интересно смотреть на ее реакцию. И да, признаюсь, мне просто нравится искушать девушку. У ее проблем есть простое решение, которому она почему-то сопротивляется.
– Не сниму, – покачала головой Кати. – Обойдемся как-нибудь без магии.
Не любит магию? Или все дело в недоверии ко мне?
– А почему ты так испугалась, когда сработала «сигналка»? – поинтересовался я.
Собственно, меня насчет этой «сигналки» интересовало все: на что она реагирует и, собственно, где тот, кто ее сделал. А также, какая у него была причина навешивать подобное на вход? Не верю, что причины не было.
– Да Аглая, бывшая хозяйка этого дома, говорила, что нужно быть осторожнее с тем, на кого это подействует, – пожала плечами Кати.
Многозначительно посмотрела на меня. Подавил улыбку, со мной-то точно нужно быть осторожнее. Даже с учетом ошейника. Магии нет, но мозги и опыт остались. Последний подсказывал, Кати явно что-то не договаривает.
– А где сейчас эта Аглая? – решил зайти с другого края я.
Уверен, она маг, а маг бы сейчас мне не помешал. Женщина могла бы уговорить девушку меня освободить.
– Ее уже нет, – вздохнула Кати. – Умерла. Перед смертью мне дом оставила.
– Жаль, – произнес я.
Я действительно сожалел, что женщину не расспросить. Слишком интересный у нее дом и участок.
– Наверное, скучаешь по ней? – спросил я.
Хотелось выяснить, какие у Кати с этой Аглаей были отношения.
– Хорошая была женщина, – ответила девушка. – Я ей за многое очень благодарна.
Больше ничего. Видно, эмоции не хотела показывать. Впрочем, мне ее фразы хватило. Не родственница, пришел к выводу я. А значит, меньше шансов, что унаследовала дар этой Аглаи. Хотя кто знает, может, Кати тоже маг, из-за ошейника я ауру не вижу.
– Между прочим, теперь сигналка каждый раз на меня так реагировать будет, – я кивнул в сторону двери.
Задумался, надо бы как-нибудь эту гадость снять, заодно смогу изучить, на что именно она реагирует.
– Потом что-нибудь придумаем, – улыбнулась мне девушка, снимая с себя накидку.
Как я и предполагал, фигура у девушки была: тонкая талия, манящие изгибы, округлости, где было нужно, насколько могло показать платье. Единственное, что портило картину, это платье. Невзрачное, из недорогой ткани и простого кроя. И крайне неподходящее.
Интересно, она специально так одевается? Чтобы меньше внимания привлекать?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И при этом я заметил на руке Кати браслет, так выбивающий из всего остального. Сделанный из золота, литой и массивный, плотно прилегающий к запястью. Я не был ювелирных дел мастером, но даже я мог сказать, что браслет стоил недешево. Любопытно.
– Пошли, покажу дом. Тебе же теперь здесь жить.
Бросил взгляд на крохотную и довольно узкую прихожую. Собственно, и сам дом с виду небольшой. М-да.
Да уж, интересные у меня изменения в жизни за один день: из правителя в раба, из дворца в дом, принадлежащей умершей ведьме. Собственно, об этой умершей ведьме мне хотелось узнать поподробнее.
Поскольку девушка делиться подробностями не особо хотела, я надеялся, что обстановка внутри дома что-то разъяснит. Собственно, все было здесь весьма скромно. Чисто, опрятно, но видно, что на стенах начала уже тускнеть краска, да и мебель старая, немного потертая.
Кухню Кати показала мне мельком, но, честно говоря, она почему-то мне больше напомнила лабораторию, слишком много всяких приспособлений было на столах. Надо будет потом посмотреть внимательнее.
– Надеюсь, ты понимаешь, что в этом доме не получится открыть кондитерскую. Здесь мало места, – заметил я.
– Я это понимаю, у меня есть другое помещение на примете. Но еще я понимаю, что рабы обычно не дают советы господам.
– Увы, тебе попался именно такой раб, – пожал плечами я.
– А еще темный маг, с весьма загадочным прошлым. Может быть, мне проще сдать тебя обратно и вернуть деньги?
– Можешь попробовать. Только не факт, что ты купишь за эти деньги кого-то другого. Да и торговец, скорее всего, уже уехал.
Мне не было страшно, я чувствовал, что Кати не серьезно.
– Могу завтра попробовать, раз сегодня уже поздно, – ухмыльнулась девушка.
– Почему решила купить раба? Разве не проще найти кого-нибудь более расположенного к такому труду? С навыками и способностями?
У меня, конечно, много талантов, но я не думаю, что я расположен к кондитерскому искусству. Да и вряд ли выгляжу как тот, кто идеально подходит для такой работы.
– Здесь бешеные цены на труд свободных людей. Не переживай, научишься, – на секунду задумалась и добавила: – В крайнем случае, я знаю, где бойцовые ямы.
На последней фразе девушка улыбнулась. Шикарная мотивация. Либо кондитер, либо гладиатором на арену. Надо будет потом со своими чиновниками так попробовать, когда мне еще раз заявят, что не успевают с проектом к сроку.
Тем временем Кати продолжала показывать, где что. Собственно, показывать было не так много.
– Это моя спальня, – девушка махнула рукой на одну из крайних дверей. – Туда не входить. А это твоя, – Кати указала на другую дверь.
Зашли. Комнатка небольшая, кровати нет, но есть тахта. Конечно, не королевская кровать, но тоже сойдет. А еще есть шкаф. Что мне еще, в принципе, надо?
Каким, оказывается, непритязательным я становлюсь. А это первый день только.
– Вещи можешь положить в шкаф, – подсказала Кати, стоя в дверях.
Совсем забыл о свертке, который держал в руках.
Открыв шкаф, замер. В шкафу висело платье. Белоснежное. Красивое, пышное, с кучей юбок, украшенное жемчугом, камнями и золотыми нитями. В таком не стыдно и на королевском балу показаться, не говоря о каком-нибудь другом торжестве.
На одной из полок заметил какой-то отрез полупрозрачной ткани, который крепился к гребню, неподалеку перчатки, украшенные изысканной вышивкой.
– Красивое, – заметил я, надеясь на какое-нибудь пояснение. Как-то недешевый наряд выбивался из общей картины. Подобное платье в небольшом городке было ни к чему. Вряд ли здесь были подходящие мероприятия для ношения таких нарядов.
– Да, – протянула Кати. – Совсем про него забыла. Завтра возьмем на рынок и продадим.
– Может быть, не нужно? – предложил я. – Тебе не жаль?
Почему-то избавляться от наряда мне не хотелось. Все-таки девушка хороша собой, и хотелось, чтобы ее окружали красивые вещи. Тем более интуиция настойчиво шепчет, что платье для девушки что-то да значит, несмотря на показное равнодушие.
