Сразу, что бросилось в глаза – это седые волосы, при молодом лице. Его голубые глаза, в отличие от других, не бездонные и не прозрачные. В них читается мягкий характер и доброта человека, которому они принадлежат. Хозяин квартиры был одет в один халат.
– Проходите. И простите за мой вид.
– Виктор Викторович, неужели Вы не узнаете этого человека?
Виктор Викторович, так звали хозяина квартиры, смотрит на Макса более проницательным взглядом.
– Вообще, да, узнаю. Но, видимо, он просто очень похож на того, кто мне был так нужен. Ведь Максим умер.
– Это он, уверяю Вас. Он был на похоронах. Я его сразу заметил. Заметил, как он смотрел на Софию. В этом мире происходит много чего непонятного последнее время, так что то, что мертвец жив – для меня это уже не чудо.
– Нет, это чудо. – произнес Максим, глядя то на своего похитителя, то на Виктора Викторовича, – но поведайте, почему я здесь.
– То есть, Вы хотите сказать, что Вы… – начал хозяин квартиры.
– Можно на "ты", давайте на "ты". Ведь нам всем нынче тридцать три года.
– Хорошо, ты Максим? Который был подопытной мышью при разработке "Лонге"?
– Да, верно. А Вы кто?
– Но ты же мертв.
Девушка и похититель стоят в сторонке и наблюдают за происходящим.
– Может кофе? – предлагает с улыбкой посетитель Макса.
– Я ничего не понимаю о чем они говорят.
– Идем, за чашкой кофе я тебе все объясню.
Молодой человек с девушкой уходят на кухню.
– Как тебя звать-то?
– Лена, а тебя?
– Антон, можно, Тоша, – так мы узнали, как зовут двух последних новых героев в этой истории.
Тем временем Виктор Викторович предлагает пройти Максу в его кабинет. Это просторная комната, стены которой завешаны всевозможными вырезками из газет и журналов. Книжный шкаф, стоящий в углу комнаты, забит книгами по химии и биологии. На столе разброшены листы с формулами. Некоторые из них лежат на полу. Видно, что здесь совсем недавно кипела работа. Макс застыл – время в этом кабинете словно остановилось. Но лишь тиканье настенных вернуло его к действительности.
– Извините, за бардак – я уже несколько дней не заходил сюда.
– Ничего страшного. Меня сюда привели под дулом пистолета, так что, бардак я уж точно переживу.
– Тоша, – улыбнулся Виктор Викторович, – он не очень деликатен. Но парень добрый и весьма не промах.
– Я понял. Но кто ты? Все это… – Макс оглядывает кабинет.
– Имя мое ты уже знаешь. Я долгое время работал на общество покоя. До тех пор, пока ты не умер. Потом я стал не нужен, так как главная моя идея была тесно связана с тобой.
– Какая идея?
– По созданию антигена, который бы вернул нам нормальную жизнь. Но мне не верили.
– А я зачем? – Максу стало интересно. Разгадка, которую он искал, в свою очередь искала его.
Дело в том, что этот антиген нельзя создать в лаборатории.
– Для этого нужен Макс, только его организм подойдет – поэтому я его и привел к профессору. – закончил Тоша, допив свой кофе.
– Вот это дела… – произнесла с удовлетворением Лена, которой стало более-менее понятно, к кому она попала, – то есть, в этой самой квартире, может произойдет переломный момент в истории человечества?
– Нет, здесь профессор занимается теорией, для такого опыта нужна как минимум больница, чтоб за здоровьем Макса постоянно велся контроль.
– И где взять эту больницу?
– Поверь, у профессора столько связей, что это наименьшая из проблем.
Вскоре к Лене и Тоше присоединяются Макс и профессор, дабы избавиться от чувства голода, которые оба испытывали.
После позднего ужина профессор и Тоша расстилают постель для своих гостей в свободной комнате.
– Я живу один, иногда у меня ночует Тоша, поэтому места у меня не много, – извиняется профессор.
– Да ничего, я должен был ночевать в хостеле – здесь будет уютнее, – успокаивает его Макс.
– Лена, ты не против, если поспишь в одной комнате с Максом? – теперь уже интересуется Тоша.
– А у меня есть выбор? – улыбается девушка, – я его еще сама достану своими вопросами.
– Я бы тоже не упустил такого шанса, будь на твоем месте. Спокойной ночи, друзья! Мы с Тошой в соседней комнате.
Лена и Макс стояли в стороне, пока профессор укомплектовывал раскладное кресло постельным бельем а Тоша принес матрац, подушку и одеяло, чтобы расстелить это все на полу для гостя.
– На самом деле, я чертовски устал, – говорит Макс, снимает штаны и футболку и залезает под одеяло.
– Я тоже, ты не представляешь какая муторная и скучная работа администратора хостела, у нас там только я да одна уборщица… и 30 комнат. Ты не против, если я погашу свет?
– Конечно выключай.
Полумрак позволяет девушке без стеснения снять с себя одежду и лечь в приготовленную для нее постель.
– Мы ведь даже не успели познакомиться. Я Лена.
Ответа не последовало.
– Ты уже спишь что ли? – потише спрашивает девушка, – вот блин.
– Что говоришь? – наконец отвечает Макс, – я задумался, извини.
– Звать тебя как? Ты хоть и звезда всего человечества, но я… – Лена не успевает закончить.
– Максим.
– Очень приятно, Максим.
Опять неловка тишина, вызванная тем, что молодой человек был крайне встревожен. Он вспоминает себя двадцатиоднолетним, когда он так же лежал и думал, идти ли ему в лабораторию. Человек всегда склонен впадать в нерешительность в такие моменты, особенно, когда от его действий зависит жизнь всего человечества. Макс лежит и думает, а стоит ли браться за работу над антигеном – может все же большинство людей довольны нынешней жизнью, а ему попадались только единицы, которым этот генный переворот принес страдания. Но как же тогда слова судьи Ллайвана? Нет, что за глупые мысли – конечно все должно вернуться на свои места. Я породил это зло, мне его и уничтожать.
"Ты прав, бессмертие не принесло людям ничего хорошего, каждый пострадал от него." – голос Лизы звучит в тишине.
– Лиза? – Макс открывает глаза.
Перед ним сидит Лена, укутавшись в одеяло. Она трогает его лоб – но он оказывается холодным.
– Сам ты Лиза. – с улыбкой глядит на него девушка.
– Просто сегодня я был в двух мирах. И, наверно, это не может сказаться без последствий.
– Каких еще двух мирах? и кто такая Лиза?
– Моя жена.
– Она в другом мире? Прости, мне жаль. – Лена обняла Макса.
– Нет, она жива, просто в другом мире. Я ее видел сегодня.
– Да, я тоже в это верю.
– Ты говоришь это так, как будто я сумасшедший, – с безразличием произносит Макс.
– Нет, честно,
