В выставочном зале демонстрируется приказ 1865 года о назначении на должность первого главы службы Уильяма Вуда, подписанный юристом Министерства финансов, копия оружия Ли Харви Освальда[9] и экземпляры поддельных и подлинных векселей.
Мозговой центр Секретной службы находится на девятом этаже. Здесь, в Едином операционном центре, несколько агентов непрерывно следят за передвижением охраняемых субъектов, чьи кодовые имена и местонахождение отображаются на расположенных на стенах световых панелях. Когда охраняемый объект прибывает в новое место, сопровождающий его агент, назначенный разведкой, информирует об этом Единый операционный центр. Когда охраняемый субъект совершает неожиданные поездки, агенты службы безопасности докладывают в центр и об этом новом появившемся обстоятельстве. Рядом с Единым операционным центром находится Главный кризисный центр, роль которого — способствовать координации действий в случае чрезвычайных происшествий, подобных атаке на башни-близнецы 11 сентября.
Когда подозрительный звонок поступает в Белый дом и кто-то из агентов в штаб-квартире слушает его, он может сделать вид, что он еще один оператор, пришедший на помощь первому.
«Он ждет, не прозвучит ли „волшебное слово“ [означающее угрозу президенту], — объясняет агент Секретной службы, — в таком случае он запишет то, что услышит».
Сотрудники Экспертно-криминалистического отдела[10] Секретной службы сравнивают запись такого телефонного звонка с голосами в записях других звонков с угрозами из базы данных. Ни одна угроза не остается без внимания. Если удается определить местонахождение звонившего, Секретная служба проводит с ним беседу и оценивает, насколько серьезную угрозу он может представлять. Агенты стараются разобраться, являются ли угрозы реальными, или то, что говорит человек, является законным выражением права, дарованного Первой поправкой[11].
«Если вам не нравится политика президента, вы можете сказать об этом. Это ваше право, — объясняет агент Секретной службы, назначенный в группу охраны вице-президента. — Мы ищем тех, кто переходит границу дозволенного и начинает угрожать: „Я тебя достану. Я убью тебя. Ты заслуживаешь смерти. Я знаю, кто может убить тебя“. Имена таких людей мы вносим в компьютеризированную базу данных».
Подобные угрозы постоянно становятся причиной арестов. Так, к примеру, Секретная служба арестовала Барри Клинтона Экстрома, пятидесяти одного года, живущего в Аппе-Санте-Клер, Пенсильвания, после того как агент Секретной службы, предупрежденный, что этот человек рассылал электронные письма с угрозами, увидел, что тот набирает на клавиатуре следующее послание, отправленное из публичной библиотеки Питтсбурга: «Я ненавижу и презираю мерзавца президента Буша! Я убью его в июне на день рожденья его отца». Экстром был осужден на два года тюрьмы и два года наблюдения после освобождения.
Если в Белом доме появляется какая-то проблема, Единый операционный центр может наблюдать за происходящим с помощью камер видеонаблюдения, управляемых дистанционно, расположенных как внутри, так и снаружи комплекса. Любые письма или звонки с угрозами поступают в Секретную службу. Большинство угроз содержится в адресованных президенту письмах, приходящих по почте, меньше приходит по электронной почте и телефону. Потенциальные убийцы получают большое удовольствие, отправляя письмо. Они думают, что, если они его отправят, президент лично прочтет его.
Если письмо анонимно, сотрудники Экспертно-криминалистического отдела ищут отпечатки пальцев и анализируют почерк и чернила, сравнивая их с девяноста пятью сотнями образцов чернил в базе, называемой Международной библиотекой чернил. Для упрощения этой работы большинство производителей чернил теперь снабжают свою продукцию специальным этикетками, с тем чтобы Секретная служба могла отследить происхождение чернил. Характеристики каждого образца хранятся в цифровой базе данных. Специалисты пытаются сравнить чернила, которыми написано письмо с угрозой, с чернилами других подобных писем, для того чтобы установить его происхождение. Они могут попытаться найти на письме молекулы ДНК.
Отдел разведки и оценки в области безопасности Секретной службы распределяет индивидов по нескольким категориям, в зависимости от того, насколько серьезную угрозу они могут представлять.
«Есть определенная схема, в соответствии с которой мы действуем, — говорит один из агентов. — Мы смотрим, проходил ли данный индивид военную подготовку и огнестрельную подготовку, страдал ли он когда-либо психическими заболеваниями; и насколько он был бы способен разработать план действий и воплотить его в жизнь. Это нужно определить на основании интервью с данным человеком и затем оценить серьезность угрозы».
Угрозы класса III самые серьезные. В этом списке около сотни человек. Людей из этого списка постоянно подвергают проверке. Суды предоставляют сотрудникам Секретной службы большую свободу действий в случаях непосредственной угрозы президенту.
«С теми, кто представляет серьезную угрозу, мы проводим беседы каждые три месяца, а также разговариваем с их соседями, — говорит агент Секретной службы. — Если мы чувствуем, что эти люди действительно опасны, мы следим за их перемещениями практически ежедневно. Мы проверяем их почту. Если они находятся в местах лишения свободы или в закрытой психиатрической клинике, мы приостанавливаем наблюдение, а когда они выходят, сотрудники этих учреждений оповещают нас об этом. Если такой человек содержится в местах лишения свободы или в психиатрической клинике и он получает разрешение съездить домой, мы получаем уведомление об этом. Я гарантирую, что в этом случае неподалеку от его дома будет стоять автомобиль, чтобы мы точно знали, что он появился у себя дома».
«Если сюда поступает звонок или корреспонденция, сообщение в любой форме — даже завуалированная угроза — мы тщательно проверяем все, до тех пор, пока мы не будем уверены, что нам следует или завершить расследование, или продолжать следить за субъектом еще некоторое время», — говорит Паула Рид, специальный агент Отдела разведки и оценки в области безопасности.
Если президент направляется в город, где живет субъект, отнесенный к угрозам класса III, который в это время не находится в тюрьме или психиатрической клинике, агенты Секретной службы перед визитом президента обязательно навестят его. Агенты спросят его, планирует ли он выходить из дома, и если да, то куда он направится. Они установят наблюдение за его домом и будут следовать за ним, если он куда-то пойдет.
Даже если такой субъект будет находиться в это время в закрытом учреждении, агенты, занятые подготовкой визита, обязательно посетят его. Никаким случайностям не будет оставлено ни одного шанса.
«Если человек из списка угроз класса III не находится в тюрьме или в клинике, мы отправимся к нему и будем за ним присматривать, — рассказывает бывший агент Уильям Албрачт. — У нас уже налажен хороший контакт с этими ребятами, поскольку мы должны проводить с ними беседу каждый квартал, просто чтобы быть в курсе, что они делают, как поживают, принимают ли прописанные им лекарства, и все такое. Мы приходим к ним домой и говорим: „Как поживаешь, Фредди? В город приезжает президент, а у тебя какие планы?“. Что мы всегда хотим услышать, так это: „Я собираюсь держаться от этого подальше“. „Ну, ты знаешь, — тогда скажет агент, — мы будем присматривать за тобой, так что имей это в виду. Даже не думай ходить туда, где будет выступать президент, потому что мы будем рядом, как задний карман на твоих собственных штанах. Куда бы ты ни пошел, мы будем следить за тобой. Мы будем постоянно держать тебя в поле зрения и знать, где ты находишься. Мы тебя предупредили“».
Джон Хикли-младший все еще числится в списке угроз класса III. В марте 1981 года он был признан невиновным в том, что стрелял в президента Рейгана, пресс-секретаря Рейгана Джеймса Бради, агента Секретной службы Тимоти Маккарти и сотрудника полиции Томаса Далахэнти, поскольку суд установил, что он страдает психическим заболеванием. С тех пор он находится на принудительном лечении в больнице Сент-Элизабет в Вашингтоне. Но Хинкли периодически разрешают покидать психиатрическую клинику, чтобы навестить мать в Вилльямсбурге, штат Вирджиния. Если он едет в Вашингтон, его семья извещает Секретную службу и агенты могут вести за ним наблюдение.
В отличие от фигурантов списка класса III, те, кто находится в списке класса II, угрожают, но вряд ли способны привести свои угрозы в исполнение.
«Такой человек может что-то упустить из виду, как один парень, который действительно думал, что он может убить президента и угрожал ему, в то время как сам страдал параличом рук и ног; или как тот, кто не может разработать достаточно хороший план, который можно было бы воплотить в жизнь».
