заколочено.
Я ухмыльнулась, пока он не видит, и зашла в комнату. Постельное белье было чистым, я стянула платье, пристроив его на стуле рядом и легла в кровать. Было неудобно, я поворочалась немного и, наплевав на приличия, сняла еще и бюстгальтер. Выдохнула с облегчением, расслабилась и уснула почти сразу же.
Едва проснувшись, я почувствовала на себе взгляд и натянула одеяло до самого носа, прежде чем открыла глаза. На стуле у двери сидел «тот второй» и нахально меня разглядывал.
«Интересно, сколько раз за ночь я непроизвольно скидывала одеяло?» – пронеслась в голове мысль, и я начала стремительно краснеть.
– Как спалось? – спросил он, улыбаясь.
«Видимо, неоднократно» – тяжело вздохнула про себя и пропищала из-под одеяла:
– Хорошо.
– Есть хочешь? – я подумала, чего хочу и ответила честно, заливаясь краской еще сильнее:
– В туалет хочу.
– Удобства у нас на улице, – ухмыльнулся он и вышел, давая мне одеться.
«Вот теперь папа был бы доволен» – промелькнула мысль. Я оделась так стремительно, как не одевался ни один его новобранец. Машинально, по-армейски, заправила постель и прошмыгнула в ванну. Увидела новую зубную щетку розового цвета и пасту и решила не церемониться: открыла упаковку и с удовольствием почистила зубы и умылась. Поставила ее в стаканчик, стоящий на краю раковины, рядом с двумя другими: зеленой и синей.
«Синяя Сени» – подумала про себя и несколько раз повторила фразу, показавшуюся глупой, хихикнула и вышла.
– Провожу, – сказал он и вышел, а я пошлепала следом, сунув ноги в туфли. Едва спустившись, я поняла, что туфли были лишними: сарайчик, который, видимо, и был туалетом, располагался в отдалении, к нему вела довольно утоптанная тропинка, но тонкий каблук будет все равно проваливаться. Я сняла их и с удовольствием пошла босиком рядом с тропинкой: трава еще не успела пожухнуть и приятно щекотала ступни. Было довольно прохладно, но воздух был таким свежим и чистым, в отличии от городского, что я пошла медленнее, наслаждаясь каждым вздохом.
Второй встал на углу дома и наблюдал за мной, без улыбки, но с интересом. Я зашла в туалет, который был вполне приличным и даже чистым, прикрыла дверцу, которая оказалась без крючка, задрала платье, а она начала открываться. Я судорожно схватилась за ручку, но уже успела предстать в неприглядном виде, потому что второй громко заржал. Прикрыла глаза в досаде, но в туалет от этого меньше не захотелось: пришлось приспосабливаться.
– Крючок был бы не лишним, – заметила я, когда поравнялась с ним, – там просто некуда деться.
– И лишиться спектакля? – хмыкнул он. – Подышала? Пойдем.
И я понуро побрела в дом.
– Что можно поесть? – спросила, проходя.
– Все, что найдешь.
Я кивнула, прошла на кухню, по-хозяйски поставила чайник на газовую плиту и сунула нос в холодильник. Нашла сыр, отрезала пару кусочков, затем полезла по шкафам, открывая один за другим. К моему удивлению, обнаружила турку, молотый кофе и корицу. Выключила чайник и сварила кофе, по папиному рецепту. Понюхала ароматный напиток, прежде чем сделать глоток и тут же услышала за спиной:
– Еще есть?
Улыбнулась, налила чашку и протянула своему похитителю, хотя думать так о нем было почему-то странно. Он принюхался, отхлебнул немного и прикрыл глаза.
– А готовить умеешь? – спросил, едва открыв их, я кивнула. Я и вправду отлично готовила, о чем мой муж даже не догадывается. Он никогда не спрашивал, а я никогда не говорила. – Обед за тобой, – хмыкнул он и уселся за столом.
Я прошла и села напротив, прихватив бутерброд и с удовольствием позавтракала под его неусыпным взглядом, который меня совершенно не напрягал. Потом собрала пустые чашки со стола, отнесла их в мойку, вытерла крошки и перемыла всю посуду, которая успела появиться в раковине за ночь и утро.
Окинула взглядом комнату с тоской: делать было совершенно нечего.
– Сейчас тут полно грибов, – заметил он невзначай, – хочешь сходим? – мои глаза вспыхнули: я много лет не ходила по грибы, хотя очень любила это занятие, но быстро потухли вновь. – Что-нибудь придумаем, – подмигнул он и прошел в комнату, где, судя по всему, спал Сеня, а вернулся со спортивными штанами и футболкой и протянул их мне.
Я пошла в «свою» комнату, переоделась и сдавленно засмеялась, закрывая рот руками, чтобы не разбудить Арсения, хотя даже не видела себя. На звуки пришел второй и последовала та же реакция.
– Сегодня без грибов, – сказал он, вытирая слезы, – сними это, ради Бога.
Я отпустила руки и штаны упали на пол, что вызвало второй приступ смеха.
– Можно оставить футболку? – спросила, когда смогла говорить. Она прикрывала больше тела, чем мое платье и в ней было гораздо удобнее.
– Оставь, – пожал он плечами и вышел, я аккуратно повесила свое платье на спинку стула, сложила спортивные штаны и положила их на край лавки.
– Спасибо, – и снова пошла рыться в холодильнике, решая, что можно сделать на обед, чего так же не делала уже пять лет.
Вообще, это заточение пока было больше похоже на незапланированный отпуск на природе и, несмотря на то, что могло закончиться в любой момент самым неприятным для меня образом, я решила не впадать в уныние и принялась увлеченно готовить.
Второй продолжал пялиться, прожигая мне затылок, я повернулась и спросила:
– Как тебя зовут?
– Степан, – представился он без лишних вопросов.
«Степа, Степушка, Степка, Степочка, Степаша, Стеша» – начало кружиться в голове, а я снова попыталась спрятать улыбку.
– Ты выглядишь глупо, – ехидно заметил он.
– Сейчас узнаешь почему, – услышала я и в гостиную вышел Арсений и плюхнулся на диван. Я широко улыбнулась и протянула ему миску с ножом:
– Стеш, почисть картошечки на суп, пожалуйста, – и посмотрела на него тем же щенячьим взглядом.
У Стеши вытянулось лицо, и он в недоумении оглянулся на товарища.
– Я Сеня, – пожал он плечами, а Стеша заржал и забрал у меня миску, а я развернулась и продолжила готовить. – Почистил, – сказал он через несколько минут, а я в изумлении повернулась.
Картошка в самом деле начищена, причем вся, что была. Я взяла одну шкурку и она поднялась за моей рукой спиралькой. Посмотрела через нее на свет, а Степа довольно хмыкнул.
– Служил? – спросила я невзначай,
