Аджитт уже ушёл, а Ракеш стоял, покачивая на одном пальце чёрное кружево.
— Твоё? — улыбнулся он.
Лера подошла, протянула руку, чтобы забрать, но он тут же сжал их в кулак, пряча в карман.
— Отдам потом. Поехали. Мне надо рассказать тебе, наконец, о том, куда ты попала. И познакомиться поближе, конечно же.
От его взгляда сердце вновь встрепенулось, и Лера невольно втянула в себя нижнюю губу, облизнувшись. Глаза Ракеша опасно сверкнули, и он распахнул перед ней дверь, пропуская вперёд.
Пятая глава
Лера смотрела прямо перед собой, пока лифт спускался вниз, но Ракеша, который стоял в двух шагах от неё, чувствовала нутром. Он словно затягивал в себя, пульсируя в каждом ударе сердца. Лера честно старалась не смотреть на него, но, стоило дверям Бентли закрыться за ней, как взгляд невольно перетёк на его руки. Длинные пальцы снова легли на руль, а между Ракешом и Лерой зазвенело напряжение. Чтобы отвлечься, Лера спросила:
— Так что, может, наконец, прольёшь тайну на то, что вокруг происходит?
Она спросила просто так, чтобы не думать о Ракеше и, уж тем более, об Аджитте, — обидное чувство, что её только что использовали самым бесцеремонным способом, всё ещё заливало щёки румянцем.
— С чего бы начать, — задумчиво протянул Ракеш. — Начну я, пожалуй, с того, что ты сейчас находишься в другом мире.
— Ну да, — фыркнула Лера. — А может, я вообще всё ещё сплю?
— Нет. Не спишь. — Его голос вдруг стал совершенно серьёзным. — Дело в том, что в нашем мире положение женщины и мужчины отличается от того, что принято у вас.
— Подожди, ты хочешь сказать, мы сейчас где-то в Эмиратах? Или в Азии? — Лера попыталась припомнить географию и историю из школьного курса. — В Эмиратах нет гор, но…
— Наш мир называется Абхея, и на привычных тебе картах его не разглядеть.
— Понятно. — Лера решила, что лучше со всем соглашаться, ведь совершенно ясно, что Ракеш немного того. — Так и чем ваши женщины отличаются от… землянок?
— Во-первых, они не занимаются сексом до свадьбы. — Лера скептично хмыкнула, но Ракеш продолжил спокойно: — У них немного отличается физиология, до брачных клятв ни одна из них не сможет вступить в связь с мужчиной. Но даже после желания женщин сводятся к тому, чтобы забеременеть и родить. На этом наша половая жизнь с ними прекращается.
— Насовсем?
— Да, — вздохнул Ракеш. — Наши женщины не любят секс и разделяют постель с мужем лишь ради зачатия. За всю жизнь в семье рождается лишь один ребёнок.
— Но… Неужели им совершенно не хочется? — округлила глаза Лера.
— Нет. — Ракеш снова вздохнул. — Они занимаются ребёнком, карьерой, прекрасно обходясь без секса. Мужчины — совершенно другое. Когда-то Создатель одарил нас неиссякаемой мужской силой, чтобы оплодотворить как можно больше женщин, дабы наш род не прервался. Со временем, когда затихли войны за территорию и Пять Кланов смогли договориться, стаи начали распадаться и теперь редко когда можно встретить мужчину с двумя женами, не говоря уж о большем количестве.
— Ну точно, что-то мусульманское, — пробормотала Лера себе под нос. Из всего, что говорил Ракеш, она поняла лишь одно: мужчины из этой страны завозят себе женщин, потому что их собственные совершенно фригидны.
— А как ваши женщины смотрят на таких, как я?
— Совершенно спокойно. Некоторые даже сами подбирают Игрушек для своих мужей.
— А ты женат?
— Нет. — Ракеш улыбнулся, и от его улыбки сердце вновь скакнуло к горлу, а внизу живота сладко заныло. — Я пока не нашёл себе невесту.
— А…
— Аджитт? Тоже нет. Но у него невеста есть, свадьба состоится через полгода.
Отчего-то эту новость Лера встретила с облегчением. Оставаться с ним надолго она не хотела, но и покидать через месяц это место не собиралась. Здесь было слишком интересно, чтобы так быстро возвращаться к привычной жизни.
Машина неспешно двигалась в потоке, вокруг ходили обычные люди, смеялись, спорили, разговаривали по телефону, и поверить в слова Ракеша совершенно не получалось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Скажи, — задумчиво протянула Лера, — а чем ваш мир отличается от нашего?
— Чем? — Ракеш вдруг весело хмыкнул, и в чёрных глазах вспыхнули лукавые искры. В этот момент Бентли остановился у знакомого уже дома — они приехали. Открыв перед Лерой дверь, Ракеш протянул руку, помогая выбраться, не переставая улыбаться. Уже в лифте, когда за ними закрылась дверь, он посмотрел на неё, и Лера невольно отступила на шаг назад. На неё смотрело пламя, глубинное, живое, яркое. Глаза Ракеша полыхали настоящим огнём, даже белков не было видно. Чётко очерченные губы изогнулись в дьявольской полуулыбке, и Лере показалось даже, что она увидела клыки.
— Дай мне руку, — на удивление, голос звучал совершенно привычно, насмешливо. Лера осторожно протянула руку, подавляя желание вжаться в стенку кабинки, а желательно вообще испариться. Ракеш поднёс раскрытую ладонь к её ладони, и Лера взвизгнула, тряхнула рукой, пытаясь сбросить язычок пламени, заплясавший на кончиках её пальцев. Наконец ей это удалось, и, забившись в угол, Лера подняла на Ракеша испуганный взгляд.
— Кто ты?
— Я принадлежу к роду Чёрных драконов, Аджитт — мой родной брат.
— Д-драконов?
Конечно, пламя на пальцах и огонь в глазах поколебали уверенность, но поверить, что Ракшеш — дракон, причём, настоящий, с крыльями, умеющий изрыгать пламя, совершенно не получалось. Лера нервно хихикнула. Лифт остановился, до квартиры они дошли в полной тишине, и только, когда за ними закрылась дверь, Ракеш снова заговорил.
— Тебе сейчас всё это кажется совершеннейшим бредом, я понимаю. Но ты обязательно привыкнешь.
— Привыкну? — хихикнула Лера, понимая, что проще согласиться, чем спорить с сумасшедшим. — Конечно же, привыкну. А где твои крылья? А ты умеешь плеваться огнём? А почему ты выглядишь как человек?
— Мы почти утратили способность оборачиваться, — на лицо Ракеша набежала тень. — Только брак с Истинной парой возвращает нам эту способность. На время, нужное, чтобы зачать ребёнка.
— Вы делаете это в драконьем облике?!
— Нет. — Ракеш улыбнулся. — Но после свадебной церемонии, на короткое время, мы получаем возможность вновь обретать свой настоящий облик и взлетать в небеса. — Он помрачнел. — Правда, после того, как жена беременеет, оба теряют эту способность. И это уже навсегда.
— Это, должно быть, очень печально. — Грусть в голосе Ракеша была такой ощутимой, что у Леры на глазах заблестели слёзы. Чтобы скрыть их, она отвернулась и посмотрела в окно. Высокие здания подпирали небо и, при должном воображении можно было представить, что там, в вышине, парят прекрасные драконы. — Так было всегда?
— Нет. — Ракеш подошёл к ней и встал за спиной. — Когда-то мы могли превращаться в любое время, когда пожелаем. Но потом Верховный дракон прогневал Создателя, и тот лишил нас почти части сил, оставив возможность принимать настоящий облик на время, в качестве наказания и напоминания о том, чего мы лишились.
— Верховный?.. — Лера нахмурилась. — Так Аджитт, он же…
— Да, сейчас он — Верховный дракон, но он лишь предок того, кто обрёк нас на страдания. Аджитт очень много времени проводит, изучая древние летописи — как и каждый, кто был до него, он ищет возможность снять проклятие и вымолить у Создателя милость.
Всё это звучало настолько невероятно, что Лера с удивлением поняла, что верит. Конечно, проще было представить, что это — сказка или забытая легенда, но что-то в словах Ракеша заставляло проникнуться его болью.
— Зачем ты мне всё это рассказал? — тихо спросила она, обернувшись.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Потому что ты должна знать, что тебя окружает, — улыбнулся он. — Все девушки, которые попадают к нам, узнают об этом.
— А если я забеременею?
— Это невозможно. Человеческие женщины не могут зачать от драконов.
Ракеш заключил лицо Леры в ладони и провёл большим пальцем по губам, слегка надавливая на нижнюю, заставляя приоткрыть рот. Не сводя с него глаз, Лера коснулась кончиком языка его пальца, втянула его в рот, осторожно посасывая.
