Читаем без скачивания Слепящая тьма (Заветы отцов наших 3) - Werewolf

Вылетев из узкого канала на реку, я снова переложил руль лодки вправо, бросил автомат и нагнулся за трофейным пистолетом. Стоило только на секунду отвлечься, как лодка словно норовистый конь прыгнула в сторону, едва не сбросив меня в воду.

Пистолет я схватил, с трудом выровнял лодку, слегка сбавил газ – лучше помедленнее, чем упасть в воду. Поднял руку с пистолетом, Три выстрела громом отдались в ушах…

Три быстрых выстрела в воздух. В нашей группе это означало "свои". Разумная мера предосторожности – и у Душана и у Криса нервы были явно на взводе и увидев приближающуюся к ним на полном ходу моторную лодку с установленным на ней пулеметом, могут и врезать автоматной очередью – разбирайся потом…

Место, откуда я ушел в свое подводное плавание я просек сразу – все-таки маскировка нашего плота была видна, если точно знать что и примерно где искать.

Сбросив газ до минимума, я медленно пошел вдоль берега, выискивая место, чтобы пришвартоваться…

Кудлатый неопрятный зеленый куст поднялся сразу, как только резиновый борт лодки коснулся берега. Мелькнул автоматный ствол – Крис, чертяка… С его умением маскироваться мало кто может сравниться…

– Где Душан (использовать цифровые псевдонимы было уже бессмысленно)?

– Дальше по берегу залег…

– Общий сбор. Пять минут и драпаем!

– Понял. Что с собой берем?

– Оружие, патроны, рацию – все! Больше ничего не нужно – уйдем на лодке. Плот заминировать!

– Есть!

Крис бросился назад к плоту, уже не соблюдая маскировку. Навстречу, тоже похожий на куст, каким то идиотским образом оказавшийся в воде, двигался Душан, он решил идти не по берегу, а по колено в воде. Увидев, что я на него смотрю, Душан махнул рукой – и в это время из чащи неожиданно ударил автомат. Ударил почему то не по мне, а по нему, хотя человек в лодке был явно. В разные стороны полетели ветки и обрывки листьев, Душан мешком повалился в воду. У меня на миг потемнело в глазах…

– Сука!!! – через секунду придя в себя, я обнаружил, что держа в вытянутой руке автомат я поливаю огнем прибрежные кусты. Откуда то сбоку гулкими короткими очередями ударил автомат Криса – пулеметные пули мощного Mk.17 SCAR буквально прорезали густой кустарник. Противник заглох…

Бросив разряженный автомат на дно лодки, я прыгнул в воду. Кажется, Душан уже пришел в себя и пытался подняться, его автомат был намертво прижат рукой к боку.

– Что?!!

– Живе будем… – выдавив из себя кривую улыбку, сказал Душан – Держись! Держись, сука, сдохнешь – замочу! – полуведя, полутаща его я пошел к лодке, воды в этом месте было по пояс, ноги проваливались в густой словно каша, цепкий донный ил. Идти было тяжело – но я шел, матерясь сквозь зубы. Сука, как же так – на отходе и так глупо…

Грохот коротких очередей из мощной винтовки приближался. Сменив магазин, Крис шел к лодке берегом, таща за собой мешок с вещами. Прижав приклад к боку локтем, он короткими очередями простреливал густую растительность, не давая боевикам свободно стрелять.

– Давай! – Душан навалился на выступающий из воды борт лодки, зацепился за что-то.

Резким толчком под зад я перебросил его через борт, матерясь, перебрался в лодку сам. Автоматные очереди гремели уже где то впереди, видимо пытаясь нас нащупать – густая ра стительность не давала точно стрелять, если только не подойти вплотную к берегу.

Лодка дернулась, закачавшись на волнах – Крис бросил сначала мешок с рацией и кое-какими боеприпасами, потом прыгнул в лодку сам. Взревел двигатель…

– Ну, что?

– Выглядит хуже, чем есть на самом деле – Крис уже ширнул Душана обезболивающим и антибиотиком из шприца – тюбика и теперь осторожно очищал рану перед тем, как заклеивать – пуля попала прямо в лезвие ножа (у Душана была привычка – вешать два метательных ножа рукоятью вниз на каждом из предплечий) и расколола его.

Сама пуля сидит неглубоко, кажется, попала в кость, но не раздробила ее. Осколки от ножа тоже сидят в ране – кровит сильно, но от этого не умирают. Сейчас обеззаразим – и закроем рану. Двадцать четыре часа можно терпеть.

– Черт… Ты как?

Сквозь сжатые зубы Душан что-то прошипел, кажется на сербском. Лицо белое как мел, но держится.

Повернув штурвал, я направил лодку к берегу. Завел в небольшую заводь, образованную лежащим в реке огромным валуном, где почти не было течения. Если сейчас с берега накроют – хана. Но связаться и запросить срочную эвакуацию надо.

Идем совсем не в ту сторону, куда рассчитывали…

– Майк Ромео один вызывает Альфу, прием…

Сигнал спутниковой связи метнулся в космос. Где то далеко над нами, висящая в черном мраке космоса система спутниковой связи приняла сигнал, усилила его и передала на один из самолетов, барражирующих сейчас над Мексиканским заливом…

– Альфа слушает Майка Ромео один…

Господи, когда я в последний раз был так рад слышать голос адмирала… Вице-адмирал Ричард Рейли сам руководил спецоперацией. Сейчас он находился на борту летающего радара, но не обычного С3А, сделанного на базе Боинг 707, а на борту С130, переделанного в радар и принадлежащего Береговой охране США. Три таких самолета постоянно висели над Мексиканским заливом, засекая самолеты с контрабандой и наркотиками. Однако сейчас у летающего радара была и другая миссия…

– Альфа, яйца сварились вкрутую, можно вынимать…

– Ты уверен?

– Уверен, проверил сам Еще бы не вкрутую, в том эллинге две мины рвануло и запас высокооктанового бензина для катера. Тут и камень сварится…

– Принял.

– У меня десять – пять! (десять-пять – требование санитарной машины, стандартный радиокод военной полиции – прим автора) – Понял тебя, сообщи точку?

– Альфа, основная точка недоступна, иду на точку Эхо – Принял, вертолет будет через тридцать минут. Продержишься?

– Продержусь, Альфа, конец связи…

Санта-Барбара, Калифорния 12 апреля 2008 года История делается во тьме. В этом – одна из величайших особенностей двадцатого века, его достижение и его проклятье. Если еще в девятнадцатом веке в политике сохранялись какие то, пусть слабые пережитки рыцарства, и нередко солдаты, взявшие на мушку офицера получали команду "Отставить" (считалось что офицеры в армии, даже вражеской служат не для того, чтобы их убивали простые солдаты, сейчас бы над этим многие посмеялись от души, в том числе и я) – то сейчас…

Символом конца двадцатого века стала маска. Не театральная. Террористы и бойцы спецназа носят черную маску, чтобы никто не мог видеть их лиц. Политики и государственные деятели носят другую маску, невидимую. Многие не подозревают, что невидимая маска существует, и искренне верят в то, что стоит выбрать правильного политика – и он позаботится о нас. Но это не так. За разными масками скрывается одно и то-же – жадность, ненависть, жажда власти. И многие так привыкли к своим маскам, что они стали уже второй кожей…

Черный седан "Крайслер-300" остановился в одном из "карманов" на высокогорном шоссе N 1, проходящем через Калифорнию. Из машины неспешно выбрался благообразный пожилой седой джентльмен с черной кожаной папкой в руках, взглянул на часы. Еще пятнадцать минут – он приехал рано. Значит, время еще есть. Глубоко вдохнув горный воздух, джентльмен подошел к самому краю обрыва и начал рассматривать местные достопримечательности, ни на что не отвлекаясь…

Не так давно этот человек был у власти, входил в Администрацию, дорабатывающую сейчас последний год. Когда отчетливо запахло жареным, покинул ее по собственному желанию. Однако кличку свою в политическом бомонде Вашингтона – "Принц тьмы" он сохранил, что говорило о многом. Знающие люди говорили, что у него есть компромат на половину нынешней администрации, включая и действующего президента Джорджа Буша. И надо сказать, те, кто это говорил, не особо кривили душой.

За спиной раздался скрип тормозов, но человек не обернулся, он всецело был поглощен зрелищем заходящего солнца, окрасившего горную гряду в причудливый, оранжево-красный цвет. Стояла особенная, предзакатная тишина, иногда разрываемая шумом проносящихся по автостраде машин. За спиной раздались шаги.

– Любуешься природой?

– А мне сейчас другого и не остается. Только вот природой любоваться и учить подрастающее поколение – Да, брось…

Собеседник "Принца Тьмы", приехавший на встречу в таком вот удаленном и тихом месте был известен всему миру. Для того, чтобы "не засветиться", он надел темные очки в пол лица, машину – черный Шевроле Тахо – взял напрокат один из его помощников на свое имя. Тем не менее, чувствовал он себя не в своей тарелке, постоянно нервно оглядывался.

– Слушай, может в машине поговорим?

Ага, там, где у тебя диктофон работает, разговор пишет. Ищи дураков в другом месте…

– Ты давно был в Калифорнии, Дик?

– Да год назад, кажется – А здесь бывал?

– Нет…

– Ну, так и насладись пейзажем. Смотри какой закат, в Вашингтоне такого не увидишь. Да и у вас в Техасе – тоже. Только здесь. А в машине мы и в любом другом месте можем поговорить. Как "Дабл-Ю" (Жаргонное название нынешнего президента США – прим автора)?