(Вот алкоголики, к примеру, отличаются именно этим. То есть суровой, терпеливой последовательностью. Если человек решил спиться, его уже вряд ли с этого пути собьешь…)
А давайте-ка спланируем на бреющем полете сверху вниз, от кроны к земле, скажем, в прилегающую к федеральной трассе деревню Ушаки Ленинградской области. Где несколько лет машины сбивают детей, потому что нет светофора, а большинство наших водителей, как известно, на пешеходных переходах не тормозят, хоть их штрафуй, хоть сажай, хоть кол им на голове теши, хоть их кастрируй.
Нет светофора. Гибнут дети. Жители ходят по зебре, митингуют. Они пишут в инстанции много лет, они даже президенту писали – без толку… Четырех детей накануне сбили – и вот, светофор обещан!
…Листочки, листочки, о чем вы опять шелестите?
Сокол!
Либерально-демократической партии России исполнилось двадцать лет. На съезде ЛДПР был вновь выбран ее бессменный председатель – Владимир Вольфович Жириновский. Всё это факты. Всё это – фантастика.
Он подошел к карте России, о чем-то задумался, обвел указкой контуры страны и от всего сердца воскликнул:
– Тут жить нельзя!
Все, в принципе согласные с этим утверждением, замерли, потому что никто на свете не может предугадать, куда заведет Владимира Вольфовича его пламенная беспокойная мысль.
– Здесь холодно. Самое холодное место на земле!
И Жириновский прямо на глазах загрустил. Как будто вот здесь, вот сейчас личной своей кожей ощущая, как холодно и грустно в России.
– Почему же наши предки оказались здесь?
И он реально задумался…
И я задумалась…
Я знаю, многие из вас смотрят на итоги очередных выборов и поражаются – опять у Жириновского восемь процентов, десять процентов, двенадцать процентов, да кто же за него голосует, что за чудаки! – ну что ж, объяснимся.
Я – избиратель Жириновского с многолетним стажем.
Я гневаюсь, когда Владимира Вольфовича – с его-то пятью проходками в Госдуму! – называют шутом и скоморохом. Вместе с тем я понимаю, что все наши политические деятели, как бы плохи или хороши они ни были, находятся в одном измерении – а Жириновский в другом.
Такое впечатление, что он нереален. Как соткавшийся из воздуха Коровьев в романе Булгакова. Или, если помните, был фильм «Кто подставил кролика Роджера», где на равных правах на экране существовали живые актеры и нарисованные персонажи, «мульты». Вот и Владимир Вольфович кажется мне таким фантастическим существом, который вроде бы живет в действительности – но действительностью не является.
На выборах председателя ЛДПР был подан один голос против Жириновского – и это был голос самого Жириновского. «Не люблю, когда все единогласно!» – объяснил вождь. Обычно политики строго разграничивают серьезное и смешное, выделяя для шуток особые маленькие зоны, – Жириновский так не может. Он пропитан юмором весь насквозь. Недаром даже в стальных глазах Владимира Путина появляется что-то вроде ласковой улыбки, когда он смотрит на Владимира Вольфовича.
Не представить себе Думы без него. Сколько он будет жить и здравствовать – столько будет сидеть волшебным мультом среди плотных, смертельно серьезных, тяжело ворочающих чугунными мозгами.
«Пусть курит наш народ! Курить и пить каждый день всем – это единственное спасение, чтоб меньше было самоубийств. Кончат курить – все будут вешаться!» (из речей ВВЖ).
Жириновский – действительно оппозиция. Только не политическая. Тут что-то другое!
Он противостоит не идеям, не поступкам своих политических противников – а самой сути, самому стилю их игры. Заметьте, к концу века многим казалось, что игра лидера ЛДПР сыграна, что он исчерпал свои возможности, что наступили иные времена. Но чем меньше было в поведении новых лидеров искренности, естественности, живых реакций – тем больше рос, наливался новыми силами и блистал Владимир Жириновский.
«Кросс-полярные маршруты», «деверсификация», «монетизация», «нанотехнологии»… Хочется беззлобно спросить: сынки, а по-русски никак? Никак! Движения новой России по-русски необъяснимы – таковы уж превратности нового менеджмента. Когда надо обязательно делать хмурое научное лицо и сыпать терминами. Дескать, мы не просто грабим природу и вырождаемся – а с помощью специальных знаний и высо-о-о-о-оких технологий.
Тут и вырастает Жириновский – который, без сомнения, явление русской разговорной речи.
«Жизнь человеку дана один раз, и прожить ее нужно в городе Сочи» (из речей ВВЖ).
Выдающийся демагог. Такой украсил бы даже блистательные ряды демагогов афинской демократии, римской империи, французской революции. Для демагогии – то есть искусства разговаривать с массами – прежде всего нужна энергия. Настоящая энергия, которая залегает в природе личности. Здесь ВВЖ равных нет.
Даже если он начинает речь вяловато, полусонно – через несколько секунд, можете не сомневаться, из глубин пойдут клубы пара, засверкает огонь, а потом и лава начнет извергаться. От сотрясающих его энергетических вихрей у ВВЖ вечная проблема с галстуками – они сбиваются набок, воротничок рубашки начинает топорщиться, по пиджаку словно пробегают волны. Заработало!
«И что они сделали за десять лет? У них было столько денег, сколько у России никогда не было, ни у царской России, ни у Советского Союза, и что они сделали? Ничего! Ни одной дороги не построили, даже эту, свою родную, Москва – Петербург, шестьсот километров всего, и то не построили. Где деньги? Только сидит эта Голикова, бухгалтер, и плачет».
Ведь всё правда! Только не горькая, не ужасная, а – пока ВВЖ говорит, только на этот момент! – забавная.
Он что-то делает с действительностью. Как-то ее преображает на мгновение. Это – свойство искусства. И ВВЖ – явление искусства. Когда его видишь и слушаешь, жизнь кажется интереснее, веселее, хитрее, умнее, забавней, ярче, неожиданней, чем в сводках новостей или в речах политических лидеров.
Жириновский – протест русского духа против скуки. Сокол прикола.
Нисколько не сомневаясь в его умственных и деловых способностях – карьеру он сделал фантастическую! – я ценю в Жириновском именно это свойство.
«Мне Саддам Хусейн ни одного динара не дал. Если бы дал, я бы взял» (ВВЖ).
Личность! Причудливая, странная, с фокусами и вывертами личность, которой вряд ли можно доверять, острая, артистичная. И действует там, где личностью уже вовсе не пахнет, среди серых, пригнувшихся, одинаковых, стереотипных, тоскливых до смерти. Победа индивидуальности над заштампованными мозгами, лицами, реакциями. (Не потускнел за двадцать лет нисколько, наоборот – расцвел.) Конечно, если бы он еще был добр, мудр, правдив, бескорыстен, честен и справедлив – о! что было бы тогда! Наверное, это называлось бы второе пришествие Христа.
Чего нет, того нет. Есть Жириновский. Не орел, конечно, но уж сокол – это точно.
Воистину Октябрьская!
Вот уже 65 лет как по большому счету на нас никто не нападает, не правда ли? Однако «чувство уверенности в завтрашнем дне» что-то несильно прирастает у граждан РФ. Неважно обстоят дела даже с чувством уверенности в сегодняшнем дне.
Видимо, мы напрасно приравняли свое историческое времяисчисление к тем вехам, что расставила Европа. Это у них там были Средние века, Возрождение, Новые и Новейшие времена.
У нас же явно было и есть что-то другое.
Например: это в Средние века в Европе проездные пути-дороги были источником постоянной опасности. На дорогах свирепствовали разбойники. Хозяева постоялых дворов драли с проезжающих лютую мзду. Передвижение в пространстве было делом героическим.
Теперь, если нет форс-мажора, картина в Европе достаточно мирная.
У нас не так. Не знаю, как дела обстоят на всех направлениях движения, но уж нравы Октябрьской ЖД мне более-менее известны. Это воистину Октябрьская дорога! Такая же мало вежливая с простыми гражданами, как ее историческая тезка – Октябрьская революция. Когда только ступаешь на Московский ли, Ленинградский ли вокзал, становится ясно: караул, грабят!
Если в городе доллар (покупка) стоит, скажем, 30 рублей – здесь будет 34.
Если в городе дурацкое криминальное чтиво в бумажной обложке стоит 80 рублей – здесь будет 170.
Бутерброд с подкрашенной семгой возрастет в цене вдвое.
Чайник зеленого чая в кафе – и тот угрожающе зарычит: подавай 300 рублей!
Стоимость всех газет автоматически удваивается и даже утраивается.
То есть пассажира предупреждают прямо на вокзале, что он попал в особую зону ценообразования. Что здесь только раскошеливайся, потому что пути-дороги если не прямо в руках у разбойников, то, видимо, выплачивают им постоянную дань. Состригая ее, эту дань, разумеется, с пассажиров.
Эту хищную, разбойничью повадку РЖД даже и не думает чем-то прикрывать.
Вот как раньше назывались дневные поезда из Петербурга в Москву?
