я мог бы перебраться на другой берег или доплыть до него вплавь. Вместо этого я погрузился в глубокое, бурлящее, вихревое течение, которое неудержимо увлекало меня вперед, засасывая под поверхность и кружа, как кусок мякины. Я выронил пистолет, который до сих пор держал при себе, и отчаянно рванулся вперед, пытаясь выбраться на поверхность и наполнить свои разрывающиеся легкие воздухом. Наконец мое лицо вынырнуло из воды на воздух, и я успела сделать полувздох, прежде чем водовороты снова затянули меня под воду. Я чувствовал, что все кончено, что я обречен на смерть в реке, но даже это было предпочтительнее отравленных дротиков дикарей. Затем, как раз в тот момент, когда я терял сознание, я почувствовал, что мои ноги коснулись дна. Я конвульсивно брыкался и бился и, вырываясь из течения ручья, упал без чувств на песчаную отмель.
Как долго я лежал там, мертвый для мира, я никогда не узнаю. Постепенно я начал осознавать звуки голосов, доносящихся, по-видимому, издалека. Они звучали странно, гортанно, диссонируя, и мгновенно память вернулась. Охваченный абсолютным страхом, я сел. Как только я это сделал, крик ужаса сорвался с моих губ. Скорчившись в нескольких футах от меня, отталкивающее, уродливое, черное лицо смотрело на меня. Это было одно из чудовищных обезьяноподобных существ. Истощенный, собрав остатки сил, я бешено ударил. Громкий крик последовал за оглушительным ударом, с которым моя рука опустилась на дикое лицо, и впервые я осознал, что полностью окружен двумя дюжинами самых странных существ, которых когда-либо видел человек.
Не было никаких сомнений в том, что они были людьми. Но они были самыми отталкивающе отвратительными людьми, которых могла представить самая больная фантазия. Черные, как уголь, с кривыми ногами и огромными обезьяноподобными ступнями, сутулыми плечами и длинными руками горилл, они выглядели как отряд Калибанов3. Их лица были широкими, плоскими и жестокими, с высокими скулами, чрезвычайно развитыми челюстями, маленькими вздернутыми носами и маленькими беспокойными, блуждающими глазами, как у слона. Их подбородки были покрыты густыми спутанными бородами, а копна спутанных волос нависала над их лбами и спускалась по шеям и плечам в виде гривы. Несмотря на их уродство, в их лицах и глазах было определенное выражение интеллекта, а их высокие лбы свидетельствовали о больших умственных способностях, сильно отличающихся от того, что можно было бы ожидать от таких примитивных типов людей. Каждый из них к тому же был гигантом, с огромными бугрящимися мускулами под черной кожей. В основном они были обнажены, но у некоторых на пояснице были полоски коры, а у одного или двух в ушах и носах торчали деревянные или костяные стержни. И почти каждый держал короткое духовое ружье длиной едва ли три фута. И я сидел, дрожа от страха и изнеможения, на каменистой полосе, ожидая смерти, которая, я был уверен, уже мне уготована.
И все же, каким-то образом, мне казалось, что в их поведении не было ничего угрожающего или враждебного. Парень, которого я ударил, отошел за пределы досягаемости, но не выказал обиды, вместо этого все смотрели на меня с большим любопытством и разговаривали между собой низким, гортанным голосом.
Тогда до меня дошло, что я, несомненно, был для них таким же странным и удивительным существом, как и они для меня. Они никогда не видели белого человека, никогда не видели одежды, и в целом я был существом совсем иного рода, чем те индейцы, которых они убили.
Медленно, с большим усилием я с трудом поднялся на ноги, я был слаб и шатался. В тот же миг двое ужасных существ прыгнули вперед и, не по-джентльменски поддерживая меня, наполовину перенесли через отмель на берег. Я отшатнулся от их прикосновения, но был слишком слаб, чтобы сопротивляться. Затем, когда я опустился на мягкий дерн, твари собрались вокруг, кудахча, жестикулируя, бормоча, и время от времени очень осторожно протягивая ко мне пальцы, прикасаясь к моей одежде, заглядывая в рукава, потирая руки о мои ботинки и, очевидно, преисполнились удивления. Вскоре появился еще один, неся мою шляпу, и его гортанные слова взволнованно взлетели ввысь. Очевидно, парни знали, что шляпа принадлежит мне, потому что они протянули ее мне, и когда я надел ее на голову, они отскочили, как будто я совершил какой-то внушающий благоговейный трепет магический подвиг.
Я начал чувствовать себя немного увереннее. Возможно, в конце концов, меня не убьют на месте – я был слишком ценным любопытным экземпляром, чтобы израсходовать его впустую, и даже если бы меня держали в плену, был шанс, что я мог бы в конечном итоге сбежать. Но у меня было мало времени, чтобы размышлять о своей конечной судьбе. Одно из существ, которое, казалось, было главным в группе, подошло ко мне и жестами и знаками показало, что я должен следовать за ним. Теперь я восстановил значительную часть своих сил и, окруженный существами, последовал за лидером в лес. Когда мы достигли первых деревьев, одно из существ прыгнуло на ветки с ловкостью обезьяны, взбираясь по свисающим корням и перепрыгивая с ветки на ветку с духовым ружьем в зубах, чтобы убежать по верхушкам деревьев, как гигантская обезьяна. Один за другим остальные последовали за ним, в то время как некоторые сидели на корточках среди ветвей и смотрели вниз на других и на меня, как будто ожидая, что я полезу наверх. Действительно, их лидер подначивал меня, и вскоре, потеряв самообладание, заговорил со мной совсем не дружелюбным тоном. Даже в мои лучшие годы я не смог бы взобраться на деревья, но у моих похитителей были совсем другие представления на этот счет. Забыв о своих страхах, они прижали меня к стволу дерева и даже попытались поднять. Чувствуя, что я должен им потакать, я изо всех сил старался взобраться по гладкому, скользкому стволу, и мои бесполезные усилия вызвали у дикарей веселые смешки. Когда я скользнул назад, люди-обезьяны осмотрели мои ботинки, о чем-то поболтали и позвали своих товарищей на верхушках деревьев. Хотя их говор был неразборчив, их интонации были настолько выразительными, что я был уверен, что они объясняли, что мои ноги без пальцев и, следовательно, не приспособлены для лазания. Но они решили, что, несмотря на все препятствия или недостатки, их пленник поднимется наверх.
Прежде чем я полностью осознал, что они делают, один из гигантов схватил меня и поднял над головой так легко, как будто я был ребенком. В следующую секунду один из парней сверху наклонился, схватил меня за талию, поднял меня,
