– Вот ещё! – фыркнула я. – Пусть первый позвонит!
– Лена, ты, вроде бы, умная… Но иногда ведёшь себя, как глупый ребёнок.
– А ты будешь учить меня, как правильно обращаться с мужчинами? – язвительно поинтересовалась я. – У тебя под окном стоит полк бравых кавалеристов, мечтающих о свидании?
– Да кому я нужна, жирная корова, – вздохнула Настя. – Просто я чувствую, что тебе очень хочется позвонить Володе и помириться с ним. Ну, давай, возьми телефончик.
– Нет.
– Вы же такая чудесная пара. Позвони ему.
– Нет.
– Я от вас балдею. Вы мои кумиры. Позвони!
– Нет.
– Ты мечтаешь услышать его голос. Ты очень по нему соскучилась.
– Заткнись!
– Какая у тебя сила воли! – восхитилась Настя. – Ты – кремень. Соблазнять тебя разговором с Володей, то же самое, что предлагать мне бисквитный тортик. Я бы его целиком проглотила. А ты твёрдо стоишь на своём.
– Хватит болтать. Собирайся, нас ждут, – оборвала я пустые разговоры. – Кстати, встреча состоится на корабле.
***
Мы захватили ноутбук с большим экраном для презентации, буклеты и корпоративные сувениры. Настя даже собралась тащить на себе треногу с офисной доской, чтобы я вдоль и поперёк изрисовала большие листы диаграммами и графиками. Но ничего не понадобилось.
Мы с Настей впервые оказались на корабле, используемом в качестве жилого дома. Доехали до указанного места, вышли на пристань и поднялись на палубу пришвартованного к берегу Сены плавучего средства.
Вот яхта – это понятно: поплавал под парусом, поглазел на девчонок в Сан-Тропе, завернул в монакское казино, а потом высадился на сушу – в коттедж или квартиру. Но тут мы увидели корабль, используемый для постоянного проживания. Удивительно и непривычно!
Отправляясь на встречу, я, безусловно, хорошо подготовилась и собрала в интернете информацию о потенциальном партнёре. Осмотревшись, подумала: вот она – французская непритязательность. Хозяйка компании с годовым оборотом в десятки миллионов евро могла бы устроиться во дворце. А она плавает туда-сюда по реке на каком-то судёнышке, на столе у неё – морковка, зелёная фасоль и мидии. И госпожа миллионерша, похоже, вполне довольна жизнью.
На палубе мы увидели мужчину в белой капитанской фуражке – толстого, вальяжного. С седой бородой и чёрными глазами. Он радостно нас поприветствовал и одарил весёлым взглядом. Хозяйка компании – сорокапятилетняя Шарлотта, загорелая красотка с копной каштановых волос и зелёными глазами, – представила нам этого морского волка. Его звали Макс…
Пол пружинил под ногами, за стеклом иллюминаторов виднелся берег реки, доносились всплески воды. Мы с Шарлоттой опустились на угловой диван, боком друг к другу. Вино в моём бокале мерцало и источало нежный аромат. Настя с лицом скорбящей матери зависла над корытом с зелёной фасолью. Морковка и мидии тоже не улучшили её настроение. Ведущий консультант «Медэкспорта» недоумевала – и что, нам больше ничего не дадут? А ведь она только что плотно позавтракала!
Настина неудовлетворённость меня волновала меньше всего. Я внимательно слушала Шарлотту. Прозвучавшее предложение показалось странным. Я-то думала, что мою фирму ждёт тесное, даже интимное сотрудничество с корпорацией, специализирующейся на медицинском инжиниринге. Но выяснилось, что Шарлотту не интересует, какое медоборудование я могу им поставить или, наоборот, заказать у них. Мадам нацелилась конкретно на мою персону. Шарлотта хотела нанять меня в качестве консультанта.
– Елена, ваше выступление на выставке… – начала Шарлотта. – Признаюсь, оно произвело на меня впечатление. Мы сейчас активно развиваемся. Но без опытного проводника соваться на вашу опасную территорию даже не стоит… Именно такой человек, как вы, отлично ориентирующийся в российской рыночной ситуации и русской специфике, будет нам очень полезен. Кроме того, вы отлично представили свою фирму в Париже, ваш стенд привлекал внимание. В следующем году я бы хотела принять участие в российских выставках и конференциях.
– В апреле пройдёт выставка в Уфе. В июне – в Калининграде. В сентябре – в Москве, – быстро прикинула я.
– Вот! – воскликнула Шарлотта. – Именно вы мне и нужны! Вы знаете, как всё организовать и провести. В прошлом году я сунулась на выставку в Гуанчжоу. И знаете что? Китайцы – ещё те бюрократы, похлеще французов. Я едва не сошла с ума, стараясь учесть все требования организаторов. Нас похоронили под горой документации. И в России, думаю, та же история.
– Странно, – пожала я плечами. – Я несколько раз участвовала в китайских выставках – так, когда же? В пятом, восьмом и двенадцатом году. И всё прошло на ура. У меня много партнёров в Китае. Я знаю китайский язык.
Не стала уточнять, что речь шла о моей первой фирме, уже бесславно погибшей. К чему ненужные подробности?
– Да что вы? – удивилась Шарлотта. – Тогда мне ещё сильнее захотелось нанять вас в качестве консультанта.
– Но у меня собственный бизнес.
– Ах, Елена, у вас совсем маленькая фирма, – с улыбкой напомнила Шарлотта.
– Маленькая фирма с огромным будущим, – уточнила я. – Моё время стоит очень дорого.
– Я готова оценить ваши знания и опыт по достоинству. Я подготовила контракт, – Шарлотта протянула мне бумаги. – Ознакомьтесь, пожалуйста.
***
– Думаешь, она спит с капитаном? – спросила Настя, когда мы возвращались в отель. – Иначе, зачем бы она его держала?
– Возможно, чтобы управлять кораблём?
– Тоже мне проблема. Что им управлять? Светофоров нет, скорость смешная. Тут бы и енот справился.
– Ты так считаешь? Ну, значит, капитан у Шарлотты исключительно для секса.
– Он мне понравился. Такой увалень. Мишка. Пока вы обсуждали детали, я пошла к нему на палубу. Он мне дал порулить.
– Мы же никуда не плыли! В смысле, были пришвартованы!
– Это не важно. Мужчина – огонь. Он придавил меня к штурвалу.
– Я рада, что ты хорошо развлеклась на корабле. А ведь ныла – не пойду, протестую, сколько можно работать!
– Ты, как всегда, оказалась права.
– Вот!
– Сколько раз я говорила себе: слушайся Леночку, она плохого не посоветует.
– Подлиза.
– Только пожрать ничего не дали! Что за люди!
– Мы сюда не пожрать приезжали. У нас был сугубо деловой визит.
– Но существуют же правила гостеприимства! Морковка, зелёная фасоль… Фу! Как можно давать это гостям!
– Успокойся. Зато тебе предоставили живую игрушку – морского волка.
– В общем, давай заедем в ресторанчик.
– Никуда мы не заедем, у нас ещё чемоданы не собраны.
– Успеем!
***
Ночью, в аэропорту – а я отлучилась всего на минутку, чтобы купить в дьюти-фри обалденную кожаную сумочку – Настя раздобыла метровый багет, нафаршированный ветчиной и козьим сыром, и попыталась проглотить его одним махом, пока я не вижу.
– О, опять жрёшь, – с отвращением констатировала я, приближаясь. – Ты же оторвалась в ресторане всего три часа назад. И вот…
– Три часа! Я голодала целых три часа!
– Самолёт не взлетит!
Настя сделала судорожное глотательное движение и виновато заморгала.
– Тебе не стыдно?
– Стыдно. Я сама себя ненавижу.
– Ладно, не давись. Горе ты моё. Худеть-то будем?
– Будем, – страстно подтвердила Настя. – Завтра, во вторник. Начинать в понедельник – слишком банально. Наверняка ничего не получится.
– Милая моя, уже и так вторник. Я обещала Изабель, что приведу тебя в чувство. Прошёл год. Ты набрала ещё десять килограммов.
– Я мерзкая, жирная бегемотиха, – всхлипнула Настя и откусила кусок побольше. – Я знаю. Ничего не могу поделать. Ты вот смотришь на этот багет, и тебе на него наплевать. А я чуть с ума не сошла, когда его увидела… Ветчина такая розовенькая, тонко порезанная, белый сыр выглядывает – нежный, мягкий… А у багета корочка хрустящая…
– Мне на него не наплевать, – отрезала я. – Запросто съела бы и один, и два.
– Да ладно! Ты вообще есть не любишь.
– Я это дело обожаю. Но надо сделать выбор. Или еда, или фигура.
– Нет, ты всё равно меня не поймёшь, потому что ты красивая. Ты стройная. Ты никогда не была в моей шкуре.
– Да. А знаешь, что бы я сделала, если б однажды утром проснулась в твоей шкуре? Проснулась бы и увидела, что у меня пузо торчит, как Джомолунгма, сиськи – как арбузы, а на талии – колесо от «БелАЗа»?
– Я знаю. Ты бы сразу застрелилась, да?
– Нет! Я бы заклеила рот скотчем и отправилась в тренажёрный зал. И не вышла бы оттуда до тех пор, пока вновь не превратилась в себя прежнюю.
– Вот! – торжествующе воскликнула Настя. – Я и говорю, что ты никогда меня не поймёшь. Мне не с чем сравнивать. Я всегда была толстухой. С детства. Меня уже в первом классе дразнили жирной коровой и слонопотамом.
