class="p1">Я фыркнула и поправила локон, выбившийся из косы.
– Знаешь, Прекраса, мне с тобой как-то уютно, что ли. Давно, кроме братьев, ни с кем так легко не общался. Останься со мной, а?
– Что? – пораженно воскликнула я, тут же в уме разрабатывая план побега из зачарованного, надо полагать, замка.
– Я про ночь.
– Да как ты…
– Просто поспи рядом. Мало ли… У меня же нога болит.
Я посмотрела на него, осознавая, что, во-первых, меня пытаются разжалобить, потому что заклинание заморозки исправно действует, а, во-вторых, смотрят с такой надеждой, что разрушить ее я не могу.
– Пожалуйста…
И сдается, он никого раньше не просил. Вообще ни о чем.
Разве могла я отказать?
* * *
Я проснулась посреди ночи от сдавленного стона. Алекс метался по постели. Позвала его, но он не откликнулся. Попыталась разбудить – тоже ничего не вышло. Лоб у принца был горячим. Почему у Алекса поднялась температура? Нога ведь его под действием магии не беспокоит!
Я сощурилась, пригляделась чисто ведьминым взглядом, и почувствовала, как тьма касается его крылом. Подскочила от ужаса. Привиделось? Это вряд ли. Похоже, усилилось старое проклятье.
Что теперь делать? Непонятно. Будь у меня с собой запас трав и зелий, я бы справилась, а так… И где Лис и Яр? Почему они до сих пор не появились? Неужели с ними случилась беда?
«Что стряслось, Прекраса?»
В моей голове раздался голос Яра, и я подскочила от неожиданности.
«Вы где? У Алекса сильный жар. Полагаю, его проклятье усиливается».
«Вот же, снежная бездна! У него временами, действительно, это случается. Слушай, у нас есть заготовка зелья, которое он иногда пьет, когда его жалит тьма той ведьмы. Ты найдешь флакон в комоде в комнате Алекса. Но в него необходимо добавить лепесток зачарованной белой розы. Кусты имеются в оранжереи замка. Справишься?»
«Да».
«А вы… У вас с Лисом все в порядке?»
Я осознала, что не просто так братья до сих пор не появились.
«Относительно. Мы у снежных волков. Лис разделывается с семнадцатым по счету оборотнем, претендующим на сердце его суженой. Прости, оставить его я пока не могу».
«Понятно. Я справлюсь».
Яр ничего не ответил, его присутствие в моих мыслях больше не ощущалось.
Я посмотрела на мечущегося Алекса и решительно поднялась. Надо его спасать! Быстро выскользнула из-под одеяла, накинула поверх ночной рубашки плед, обулась и открыла дверь, создавая светящиеся шарики. Пошла, плутая по коридорам и надеясь, что все равно доберусь до нужного места. Только бы побыстрее! Алексу может стать хуже! Оглянулась, прислушиваясь, но кругом было тихо.
Я помнила, что в замке, где живут принцы зимы, сейчас никого, кроме меня и Алекса нет, бояться нечего, но все равно стало не по себе.
Добралась до кухни, свернула в противоположную сторону и вскоре оказалась в огромном тронном зале. Величавые колонны, покрытые письменами, гладкий, словно сделанный изо льда, пол, роскошный трон, на котором лежала белоснежная мантия и сверкающая корона. В последний раз я видела ее на Алексе. Похоже, он переместил ее при помощи магии сюда. Зачем? Не хотел напоминать, кто он? Так я же и так знаю. Все это казалось безумно странным.
Но задерживаться в зале я не стала, поспешила дальше. Поплутала по коридорам и этажам и, наконец, нашла оранжерею. Она расположилась на самом верху одной из башен.
Здесь росло безумно много разных цветов, их ароматы смешивались, чувствовались повсюду. Часть деревьев явно была с юга, почти подпирала потолок с раскинутым звездным небом. Я прошла по дорожкам и нашла кусты с белыми розами. Наверное, хватит и одного цветка, чтобы создать нужное зелье, но я на всякий случай нарвала охапку, и с ней пришла в спальню Алекса.
Заготовку для целительского зелья, уменьшающего боль от проклятья, нашла быстро. Как-то я готовила такой сложный эликсир для маленькой девочки, на которую напал медведь, напитывала его силой и после почти трое суток лежала беспомощная.
Сейчас я открыла флакон, провела рукой над заготовкой. Конечно, магии в ней не было, она добавлялась в самый последний момент.
Вдохнула поглубже. В флакон бросила лепестки чуть мерцающих белых роз, затем сорвала волосок у Алекса и у себя, переплела. Так чары точно подействуют.
Мужчина снова застонал и заметался по постели. Я вновь пробежавшим по спине холодком почувствовала дыхание тьмы. Нет уж, с ней я точно справлюсь. И пусть не сниму проклятье, пока не знаю как, но не позволю причинять боль.
Я забралась под одеяло, вложила в зелье силу с искренним пожеланием света и заставила Алекса выпить.
Слабость практически сразу же накатила на меня волной, тьма почему-то повела себя непредсказуемо, вырвалась из оков, спеленала. И я, собрав силы, ударила по ней светом, заставляя отступить, не позволяя взять верх.
И практически сразу же провалилась в беспамятство. Темное, тягучее, как смола. Знаю, почему ведьмы и целители редко применяют это зелье, стоящее немало золотых. Оно простое и доступное в исполнении, но цена эликсира велика. Ты перетягиваешь на себя чужую боль, споришь с тьмой. И если окажешься слабее, она просто уведет тебя за грань, откуда нет возврата.
Тишину вдруг разорвала чья-то отборная ругань, в которой поминались все метели, существующие на свете. Алекс в порядке. Я справилась.
Улыбнулась с трудом, сил не было даже на это. Попыталась открыть глаза, но не смогла.
Чьи-то руки обняли меня, крепко и нежно, а губы горячо и жадно покрыли лицо поцелуями.
– Глупая ведьма! Ненормальная! Сумасшедшая! Моя…
Последнее слово, наверное, мне все же почудилось.
– Моя…
От удивления даже получилось открыть глаза и обомлеть от ужаса. Надо мной склонился сияющий в прямом смысле слова мужчина. Светились его руки, до невозможного красивое лицо, серебряные волосы… Я даже не сразу поняла, что это Алекс.
– Спи, – прошептал он. – И забудь, что видела.
Как же!
– Спи, моя ясноглазая, – прошептал принц, наклоняясь и целуя меня в лоб.
И не возразишь… А может, просто не хочется? Никто же не звал меня так ласково, как этот едва знакомый мужчина, который, кажется, навсегда украл мое сердце.
Уже закрывая глаза под действием непонятной силы, я заметила, как сияние Алекса угасло, а в комнате закружились снежинки, но понять, что происходит, не смогла, уплыла в сон.
* * *
Я проснулась от того, что мне стало жарко. Открыла глаза, огляделась. Я по-прежнему находилась в комнате Алекса. Казалось, в ней ничего не изменилось. Только на тумбочке появился букет белых роз. И одеял, которыми я укрыта столько, словно их
