легко расплавить, отработаем на нём отливку, да и посуду можно сделать будет.
— Ты хоть представляешь, как всё это делать?
— Пока только в общих чертах. — Дилинир вздохнул и начал подниматься. — Пойдём, думаю, нам хватит этого на первое время.
Орбы неожиданно застрекотали и засуетились, их внимание привлёк шум из леса. Эльфы повернулись в сторону шума и увидели кабаниху, с несколькими поросятами, озабоченно кружившуюся у ручья неподалёку.
— Привела потомство на водопой. — Сказал Дилинир.
— Да, но, похоже, что-то случилось, какая-то она нервная — заметил Тираэль.
— Похоже на то, нужно посмотреть!
Дилинир встал и осторожно направился к кабанихе.
— У неё, похоже, поросёнок в ручье застрял, давай его вытащим.
Тираэль подошёл к Дилиниру и начал отвлекать и успокаивать кабаниху.
— Надеюсь, она на нас не кинется. Тссс, малышка, успокойся, мы тебе хотим помочь! — Тираэль подошёл ближе к ней, слегка нагнулся и протянул к ней руку.
Кабаниха обеспокоенно заворчала, но потом подошла ближе к ручью и стала привлекать внимание к застрявшему поросёнку. Дилинир спустился в ручей и подошёл к застрявшему детёнышу.
— Лапа между камней застряла, вытащить не может — Дилинир нагнулся и аккуратно освободил поросёнка, который повизгивая ломанулся к матери.
— Наверное, это и называла Тарья гармонией с природой! — сказал Тираэль, помогая Дилиниру выбраться на берег.
Эльфы отправились в поселение, но не успели они пройти и несколько шагов, как их внимание снова привлекло стрекотание орба, летящего вдогонку с золотым самородком.
— Мы, похоже, один камушек забыли! — Длинир взял у орба самородок и бросил в мешочек. — Не понимаю, как они что-то держат, если у них даже лапок нет, просто светящиеся шарики.
— Сам не знаю, но помогают они хорошо.
Спустя несколько месяцев кузница была доделана, и Дилинир с Тираэлем приступили к переплавке золота и меди. Используя формочки из глины, они сделали посуду и фигурки, а также первые медные инструменты — кирки и топоры. Во время очередного поиска самородков эльфы нашли серебро. Для серьёзных изделий оно, как и золото, оказалось слишком мягким, и тогда Тираэль добавил в него меди и золота. Получившийся сплав оказался более твердым, и кузнец изготовил два ножа.
— Ух ты! Симпатично получилось! — Восхищённо сказал Дилинир. — Не слишком мягкие?
— Да нет, режет неплохо, тупится правда быстро. Но у меня есть идея, но потребуется помощь Лучэль.
— Ну, пойдём к ней, она, кажется, у кристалла.
Кузнецы, как и предполагали, нашли Лучэль у кристалла, она с помощью магии проращивала семена цветов.
— Привет, Лучэль! Нам нужна твоя помощь с магией! — Поприветствовал эльфийку Тираэль.
— Приветствую! С удовольствием помогу! — улыбнулась Лучэль.
— Вот гляди, есть пара ножей, хотелось бы улучшить их с помощью магии, Тарья говорила, что это возможно. — Тираэль показал свои серебряные ножи.
— Да, я помню, давай попробуем. Что ты хочешь с ними сделать?
— Металл слишком мягкий, и приходится часто затачивать, можно их заколдовать, что бы они ни тупились?
— Хитро ты придумал, думаю можно, дай мне один. — Лучэль взяла нож, провела над ним рукой и произнесла заклинание — «Бусор остоне сито ис вездо!»
На руке эльфийки проявились узоры, и серебристая дымка окутала лезвие.
— Кажется всё, давай второй! — Лучэль повторила процедуру со вторым ножом. — Слушайте, а вы же в пещеры ходите часто, давайте попробуем сделать так, чтобы они вам там освещали всё!
Лучэль положила перед собой оба ножа и начала произносить заклинание:
— «Кос толо лези касар аргентум, лило сантзин ил он проснакрор, ис подабине каса посадор сове».
— Ну-ка, проверим! — Лучэль взяла ножи, легко коснулась ими друг друга и их лезвия засияли приятным белым светом, ярким, но не слепящим. Ещё одно касание и свечение прекратилось.
— Невероятно! — синхронно произнесли кузнецы.
— А ты можешь нас научить такому? — Спросил Дилинир .
— Да, только давайте чуть позже, я пока сама не всегда могу правильно сконцентрироваться, удивлена чтор сейчас с первого раза получилось.
— Хорошо, будем ждать! Спасибо тебе огромное! — Тираэль улыбаясь, поблагодарил Лучэль.
Дилинир и Тираэль вернулись в кузницу и продолжили работу. Рукоятки ножей Тираэль обмотал кожей, сделав их более удобными в использовании.
— Держи, это теперь твой! — Тираэль протянул Дилиниру один из ножей.
— Благодарю, друг! — Дилинир осмотрел нож и заметил букву Д на верхней части рукоятки, возле лезвия. — Ого, ты даже гравировку сделал!
— Да, сначала хотел на лезвии, но Лучэль его так заколдовала, что я ничего не смог с ним сделать!
— Лучэль молодец, я, сколько не пытался, ничего наколдовать не смог.
— Это да, способная и красивая — согласился Тираэль.
— Ха! Я смотрю, она тебе понравилась! — Дилинир хлопнул Тираэля по плечу. — Ну что же, не робей брат!
Шло время, за пятьдесят лет, прошедших последнего появления Тарьи, братство эльфов выросло в численности с нескольких десятков, до нескольких тысяч. Первые поколения взрослели за десять-двенадцать лет, а каждое последующее всё медленнее и медленнее. Самым старым эльфам уже было около шестидесяти лет, и они были полны сил и энергии. Расширялись территории, изученные эльфами, они исследовали практически весь лес и прилегающие к нему земли. Эльфы научились ткать лёгкую и дышащую ткать и изготавливать из неё одежду, более подходящую для тёплого и влажного леса, чем кожаные накидки. Кузнецы полностью освоил выплавку меди и бронзы, стали изготавливать посуду, инструменты, украшения. Поначалу это были простые изделия, но со временем, отточив мастерство эльфийские мастера стали украшать свои изделия узорами, среди которых основным мотивом была природа. Лучэль уверенно овладела магией и начала учить остальных, вместе с помощницей Андриэль — эльфийкой с кожей и глазами мистического тёмно-фиолетового цвета. Те эльфы, которые не были заняты охотой и охраной занимались земледелием, домашним бытом, воспитанием детей и искусством. В поселении появилась школа для детей, в которой молодым эльфам передавали знания об окружающем мире, а также обучали ремёслам и искусству. Среди эльфов было много хороших музыкантов, часто играющих на улице, радуя щебетанием своих свирелей, а также художников, которые украшали дома в поселении своими картинами. Кроме того, художники помогали мастерам резьбы по дереву, раскрашивая их статуи, после чего издалека их вполне можно было бы перепутать с живыми. Развивались не только эльфы, но и — люди, которые оказались не самыми мирными соседями и периодически доставляли беспокойство лесному братству. Из-за участившихся конфликтных встреч с людьми, Амгорм был вынужден постоянно патрулировать границы леса, не появляясь в поселении по несколько месяцев.
Начало осени, вечер, отряд эльфийских дозорных заметил неглубоко в лесу группу людских лесорубов в сопровождении войск. Поскольку Амгорм приказал первыми в конфликт не вступать, они отправили гонца в сторожевой лагерь, а сами продолжили наблюдение. Гонец
